Молчание (СИ)

Макето встал, как вкопанный.
— Т-твою мать! — выругался он дрожащим голосом, затем обернулся и сказал Кристине:
— Ну вот и все: отвоевал наш отряд.
— Бойцы, не тормозим! — закричал Сергей и указал «кочергой» в сторону Капрона. — Пробуем пробиваться вперед, вон к тем дверям.
Впереди Капрона собралось целое полчище «ногогрызов», оно растянулось метров на восемь в длину.
— Погибать, так с музыкой! — хохотнул Капрон, откинул лопату в сторону, покрепче сжал кочергу и с диким воплем бросился на «ногогрызов». От его сильных и резких взмахов вжикающие ползучие твари улетали по нескольку штук.
Сергей стал за спиной Капрона. Он наносил меткие удары по тем «ногогрызам», что ухитрялись проскочить мимо самодельного оружия Капрона.
— Твари! Получайте, суки!
За спиной Сергея раздался дикий женский вопль. Это заорала Кристина. Сергей обернулся и выругался:
— Твою мать, да помогите ей кто — нибудь!
— Поздно, они ее уже сожрали, — сообщила ему Оля.
Сергей вздрогнул о того, что увидел: с другой стороны по кровавому полу катились головы Психозы, Макето и Кристины.
Лавина «ногогрызов», пришедшая со стороны узкой двери, прорвалась к ногам отступающих Рыбина и Шурика. Рыбин и Шурик мгновенно осели и заорали благим матом, их ноги в считанные секунды превратились в кровавый фарш.
— Помогите, они жрут нас живыми! — закричала Мария.
17
Анна замолчала и ласково провела рукой по разрисованному морозом оконному стеклу:
— О, метнес рега ках! — произнесла она и затем добавила. — Кегер ро!
Тем временем больные двенадцатой палаты хирургического отделения — Ира, Света и Степановна, — уселись на самой дальней кровати, застеленной серым покрывалом. Взгляд у них был пустой, стеклянный — отрешенный от этого мира. Лица — неестественно застывшие, каменные.
— И тогда Андрей Кабен отчаялся, — продолжила свой рассказ Анна. — Он понял, что его попытки все исправить не принесут нужного результата, так как многое решало время, которое он безрезультатно растратил.
Внезапно в глазах Иры появился серебристый блеск, он раскалился внутри них и превратился в две яркие огненные точки. Лицо девушки ожило.
— Скажите, Анна, а почему мы не можем просто убивать? — спросила она. — Зачем нам такие сложные схемы?
Анна улыбнулась ласковой улыбкой и шагнула в сторону Иры.
— Любое убийство противоречит всем законам мироздания. Убийство без причины — это пошлость, это варварство. Пойми, в любом действии должно быть заложено максимум пользы. Примитивные поступки свойственны, как правило, примитивному разуму. Такому, например, как у человека.
— Но для Андрея Кабена целью является обыкновенное убийство, — заметила Ира и повысила голос. — Зачем, скажи мне, вся эта бестолковая прелюдия к простому акту убийства?
— Ты это поймешь, когда освоишь основы тактической логики, — сказала Анна.
— Ты не ответила на мой вопрос, — разозлилась Ира.
— Все очень просто, — стала объяснять рассказчица. — Открытым, не скрывающим свое намерение действием, вы бы раскрыли себя, как угрожающий фактор, тем самым, спровоцировав своего врага на ответные меры. И это еще самые маленькие проблемы, которые из таких открытых действий вытекают. Теперь тебе хоть чуть-чуть стало понятно?
Ира кивнула и улыбнулась, удовлетворенная ответом.
— Итак, Ира, смотри мне в глаза, — приказала Анна. — Взгляд свой не отводи. Почувствуй, что мы с тобой единое целое.
Ира послушно уставилась в глаза Анны. Взгляд у Иры при этом переменился на серьезный, сосредоточенный. Из ее носа вытекла бордовая струйка крови.
Анна тихонечко выругалась. Она подошла к Ире, сняла со спинки кровати белое полотенце с рыжими пятнами и вытерла кровь с лица девушки.
— И тогда произошло то, чего не ожидал сам Андрей Кабен, — зашептала Анна. — В убежище, в котором он прятался, зазвонил телефон, и какой-то седой мужчина протянул ему трубку и произнес: молодой человек, это, скорее всего, спрашивают вас. Ответьте, если вам не трудно.
Неожиданно, вырвав с мясом защелку, на которую была закрыта дверь, в палату ворвались Магамединов и Николаев.
 
— Анна, с этой минуты я запрещаю вам произносить что-либо! — рыкнул Павел Петрович. — Вы закрываете на замок свой милый ротик и следуете за нами.
На лице Анны появилось неподдельное удивление.
— Что случилось? — спросила она, выглядя при этом, как невинное дитя. — Чем я вас так разозлила?
Магамединов кинул взгляд на Иру, Свету и Степановну. Все трое сидели в одинаковых позах, положив руки на колени, и не шевелились, словно они были не людьми, а роботами, которых отключили на время. Магамединов, увидев все это, покраснел от гнева и заорал на Анну:
— Тебе же сказали: закрой рот и следуй за нами! Будешь сопротивляться, потащим силой.
Анна резко вытянула вперед свои руки. Магамединов и Николаев, не сговариваясь, сразу же схватились за них.
— А ну втные физические стали на колени, живо! — сквозь зубы прошипела женщина.
Магамединов и Николаев громко вскрикнули, и, сильно сжав челюсти, повалились на колени. Их лица перекосились от боли. Мышцы шеи вздулись буграми, словно они были надувные, и их кто-то перекачал насосом.
— А-а! — завопил Магамединов, чувствуя, как его глаза вылезают из глазниц.
— Ох! — застонал Николаев. — О-о-ох!
Анна сверху вниз посмотрела испепеляющим взглядом на Николаева и Магамединова:
— Неужели, вы, ничтожества, думаете, что можете мне что-то сделать?! Как вам вообще такая мысль могла прийти в головы?! Ползите отсюда, пока я вас не уничтожила.
Мужчины схватились за головы и дико заорали из-за невыносимой боли, возникшей в их черепных коробках. Максим Викторович прямо на коленях попытался добраться до выхода, но и двух метров не продвинулся, закатил глаза и рухнул на пол. Павел Петрович тоже повалился рядом. Он задергался как эпилептик, а затем замер. На его губах показалась густая желтая пена.
Анна, взглянув на поверженных мужчин, улыбнулась. Повернувшись к своим невольным слушателям, она спросила:
— На чем я остановилась?
И неприятно засмеялась, будто это фраза была какой-то очень смешной шуткой.
  
Глава 9
 
Безвыходное положение
 
1
Тем же утром в подвале больницы, по узкому коридору навстречу Марии быстро двигались «ногогрызы», они ревели и визжали своими пилами. Молодая женщина, широко раскрыв глаза и кусая губы, смотрела на ужас, приближающийся к ней.
Мария понимала, что это приговор не только для нее, но и для всего отряда, попавшего в западню, и не верила в благоприятный исход битвы. За ее спиной стоял перепуганный до смерти Жуков.
— Помогите же мне, я вас умоляю! — закричала она.
Сергей резко обернулся и взглянул на Марию и Жукова. Женщина впустую размахивала «кочергой». Она была в истерике и не соображала, что делает. У нее тряслись колени и руки. Жуков тоже никак не мог перебороть свой страх, его подбородок ходил ходуном.
— Вот же блин!!! — выругался Сергей.
Он стремительно проскочил мимо Жоры и Оли и крикнул по ходу движения:
— Жора, защищай ноги Капрона!
Жора, округлив глаза, повернулся к Сергею.
— Я? — испуганно переспросил он. — А? Что?
Оля прорвалась вперед Жоры и со всего размаху ударила «кочергой» по «ногогрызу», который подскочил к ногам Капрона и угрожающе зашумел своей острой пилой.
— Я здесь сама справлюсь! — крикнула смелая девушка, от удара «кочерги» в разные стороны разлетелись искры и желтые брызги.
— Молодец, боец! — похвалил Сергей. — Так держать!
 
Мария, закрыв глаза, случайно попала «кочергой» по приблизившемуся к ее ногам «ногогрызу».
— Нате вам! Получайте, суки! — заорала она и нанесла еще несколько таких слепых ударов по ползучим тварям.
Жуков в это время стоял с раскрытым ртом и смотрел за действиями Марии. Сергей оттолкнул его в сторону и рявкнул: