Сердце генерала (СИ)
У меня даже голова слегка закружилась от облегчения. Конечно, Грая сейчас ничего мне подробно не объяснит, но уже одно то, что такая возможно есть, грело душу. Если смогла она, смогу и я. Детей я хотела. Очень. Но не от неприятного мне мужика.
Все еще не верилось, что моя жизнь тут предопределена. Неужели я попала в другой мир, чтобы застрять в гареме?! Может, попробовать все-таки сбежать?
Я с тоской посмотрела на дверь и на охранников со странными загнутыми мечами в ножнах. В моем мире такие, кажется, называются ятаганами.
Бежать сейчас — глупость, но так бездарно прохлопать свою вторую жизнь не хотелось до колик. Конечно, живут и в гаремах, и неплохо живут и развлекаются интригами и заговорами. Но это все не мое. Совсем не мое. Мне нужен мой генерал, уже привычная крепость, мои домочадцы, немногочисленные, но настоящие подруги и друзья, да даже беспризорники в городе, которых обязательно нужно вытаскивать из их болота! Я хочу туда! В гареме жизнь не для меня!
Постепенно из комнаты на торги ушли и темнобровая красавица, и колдунья Грая. Наконец, пришло и мое время.
Меня провели по короткому коридору в другую небольшую комнату, где уже ожидал главный евнух. Он пристально оглядел меня с ног до головы и удовлетворенно кивнул. А как тут не кивнуть, если меня почти сутки продержали в банном комплексе, готовя к такому важному событию? Я даже спала там. А сегодня меня одели в светлые шелка и нацепили так любимые здесь монисты, нарисовали на глазах стрелки, добавили бирюзовые тени, отчего мои глаза словно засветились, губы покрыли нежным алым блеском.
— Будешь вести себя хорошо, и тебе достанется хороший богатый хозяин, — наконец, сказал он. — Я знаю, какие мысли сейчас бродят в твоей голове. Поверь, ты у меня тут далеко не первая такая. Но подумай и о том, что лучше жить в гареме богатого влиятельного хозяина, чем рабыней в лачуге золотаря, — евнух надвинулся на меня своей тушей, встал почти вплотную, поднял указательным пальцем за подбородок мое лицо, вгляделся в глаза и добавил так холодно, жестко и равнодушно, что у меня по коже пробежали неприятные мурашки: — Веди себя хорошо и слушайся моих команд. Иначе… Поверь, тебе не понравится наказание, которое я для тебя придумаю. — Признаюсь я не трусиха, но в этот момент по-настоящему испугалась. Евнух это понял и удовлетворенно кивнул. — Пошли. Надеюсь, принц наконец прибыл.
Слуги накинули на меня покров, и я на подгибающихся ногах пошла вслед за евнухом. И сейчас душу мне грело только одно: он так и не последовал совету старой колдуньи Магды и не продал меня в первый день, а значит на моей беде не наживется. По крайней мере, мне было приятно так думать.
Глава 20
Глава 20
Стоило нам выйти на помост, как все в небольшом зале, который напомнил мне университетскую аудиторию с уходящими верх рядами сидений, в предвкушении загудел.
Евнух представлял меня собравшимся, а я рассматривала зал сквозь полупрозрачную ткань покрова. От волнения я даже толком не могла рассмотреть лица — все скакало перед глазами, — но принца я все же не заметила. Почему-то взгляд привлекла широкоплечая фигура охранника рядом с каким-то купцом. Хотя это скорее был наемник — об этом говорили наряд, прическа (поднятые вверх волосы, заплетенные в конский хвост) и кожаная накладка на пол-лица. Он сидел полубоком, той самой накладкой ко мне, и что-то в этом человеке заставило мой взгляд остановиться, запнуться. Но что?
— Позвольте вам продемонстрировать жемчужину сегодняшней коллекции! — хорошо поставленным голосом произнес евнух и снял с меня покров. По залу пронесся вздох восхищения. — Начальная сумма тысяча золотых! — возвестил лысый, и по залу снова пронесся вздох — сумма была внушительной даже для этих людей.
И все же не прошло и пары секунд, как посыпались первые предложения.
— Две тысячи!
— Две пятьсот!
— Три!..
— …Пять пятьсот!
— Шесть!
Суммы были гигантскими. За шесть тысяч в Лантаре можно купить небольшое имение.
Я ловила на себе липкие оценивающие взгляды, в которых плескались вожделение и расчет, и была не в силах от них избавиться. Внезапно я встретилась взглядом с Ильнаром, своим нынешним господином. Его глаза блестели в предвкушении небывалой прибыли, ноздри трепетали, а пухлые руки мяли ткань своего яркого цветастого халата. Стало так противно, что я больше старалась не поднимать взгляда.
— Девять тысяч? — услышала я слова евнуха. — Всего лишь? За такую красавицу, да еще колдунью?! Только представьте, каких детей она вам родит, а что она может предложить вам в постели…
Он подошел и перекинул мои длинные локоны на грудь. А потом встал сзади и начал развязывать повязку на груди. Зал затаил дыхание, мои руки метнулись вверх, чтобы прикрыться, но тихий угрожающий рык заставил их опустить. Я закрыла глаза и отвернулась насколько могла. В глазах закипали слезы, но я не собиралась показывать их этим уродам.
Дружный вздох дал знать, что все всё увидели. Разве что предусмотрительно перекинутые вперед волосы стали последней защитой от алчущих взглядов.
— Двадцать тысяч, — внезапно произнес кто-то.
Я посмотрела на говорившего и узнала купца, рядом с которым сидел тот самый широкоплечий наемник. Тот снова отвернулся, демонстрируя мне лишь кожаную накладку на лице, будто ему было неинтересно происходящее, но его грудь отчего-то нервно вздымалась, а вся его фигура была напряжена так, будто он собирался вскочить, но неимоверным усилием воли сдерживался.
Зал снова ахнул, но прошла минута, и никто не решился перебить столь внушительную ставку.
— Двадцать тысяч, раз, — прокашлялся евнух. — Двадцать тысяч… два, — пауза. — Двадцать тысяч… — пауза, во время которой я зажмурилась, не желая ничего слышать. — Три! Жду вас с деньгами, — счастливо прощебетал евнух.
— Гард, отнеси монеты господину Авгаю и прямо сейчас забери мою рабыню. Я желаю покинуть аукцион.
— А как же ужин и развлечения? — угодливо спросил евнух, но тут же добавил: — Хотя понимаю-понимаю. Я бы тоже поспешил уединиться с такой красавицей! — Послышался характерный стук, возвещавший о том, что монеты евнуху доставлены. — О-о-о, уверен, здесь все монетки до единой. Иначе и быть не может!
«Конечно, не может», — с горечью подумала я. В Кахете все аферы, связанные с покупкой и продажей рабов, очень строго караются. Эта страна держится на рабстве, и ее устои подрывать нельзя.
Внезапно я ощутила, как мои плечи укрыли плащом. Надо же, похоже, наемник позаботился, чтобы имущество хозяина больше никто не видел в неподобающем виде.
— Пошли, — тихо сказал он, и я резко распахнула глаза с мокрыми от не пролившихся слез ресницами, еще до конца не поняв, отчего так быстро заколотилось сердце.
И встретила взгляд любимых темных глаз. Ноги подкосились, а из горла вырвался всхлип. Теперь я понимала, почему он все время прятал от меня лицо — я бы не смогла сдержаться и точно бы себя выдала! Серж подхватил меня за талию:
— Пошли, — тихо и напряженно повторил он, подталкивая меня вперед, и добавил еще тише: — Нужно торопиться.
Почему нужно спешить, я поняла уже в следующее мгновение.
Дверь в другом конце зала, через которую входили аукционеры, с грохотом распахнулась, и на ее пороге появился принц Исмаил. Обернувшись, я на мгновение встретилась с ним взглядом, увидела, как хищно блеснули его глаза, но тут же нырнула в боковую дверь, откуда выводили купленных рабов.
— Стойте! Я хочу купить эту рабыню!
— Боюсь, вы опоздали… — успела услышать я прежде, чем дверь за моей спиной закрылась.
Глава 21
Мы уже не шли, а неслись по коридорам аукционного дома. Слуги шарахались от нас в стороны. Но я чувствовала небывалый прилив энергии от того, что Серж пришел за мной и сейчас сжимал мою руку. Все эти дни я жила под гнетом неизбежности, и теперь готова была взлететь от облегчения и желания действовать!