Безвозвратно (ЛП)

Он задрал край моего платья вверх и скользнул рукой между ног.
Блядь. Я знала, что была сухой, и молилась про себя о том, чтобы он не проник в меня. Майло ущипнул меня за клитор, а потом взял ещё один зажим, и прицепил его к нему, зажимая потуже, пока я не начала хватать ртом воздух. Я прижалась к Аллее, пытаясь свести свои движения к нулю и не тянуть цепочки.
Когда он поднял цепочку вверх, я заметила, что на конце она разделяется на две, образовывая «Y». Он закинул оба конца мне на плечи и посильнее натянул, но я понятия не имела, к чему он прикреплял их.
Я надеялась, не к горлу Аллеи. Моё сердце выпрыгивало из груди, когда он исчез из моего поля зрения, повторяя то же самое за моей спиной.
Снова появившись, он вставил мне в рот что-то напоминающее уздечку для лошади, прицепив к ней с обеих сторон цепочки. По крайней мере, мне было что прикусить, ведь каждое движение означало, что будет ещё больше агонии.
Майло занял место за столом, на котором обычно сидел Росс — справа от меня, а сам Росс занял место где-то за моей спиной. Я хотела видеть и следить за каждым из них, но я опустила глаза на стол и сосредоточилась на своём дыхании.
«Кому-то придётся угостить меня хорошим обедом, когда всё это закончится», — подумала я, когда три голые женщины начали выставлять еду перед мужчинами. Даже с окружающей нас горячей едой, внезапно показалось, будто включился кондиционер, потому что моя кожа покрылась мурашками, но я пыталась не дрожать.
Ёбаные ублюдки.
Ноги начало покалывать, потому что они начали неметь, но я не могла изменить положение и хоть как-то облегчить это состояние. Я считала вдохи, это помогало мне ослабить напряжение от анальной пробки, но это были цветочки по сравнение с тем, что планировал Майло для моего тела.
По крайне мере, эта пробка заставляла меня делать медленные спокойные вдохи.
Внезапно Аллея дёрнулась, и я захныкала, когда цепи натянули все чувствительные части моего тела. Мои вдохи превратились в резкие глотки воздуха, но это лишь усугубило проблему. Как только я восстановила дыхание, мужчина напротив Кирка протянул руку и сжал мою грудь. Я хмыкнула, стараясь изо всех сил не двигаться, но когда он начал водить большим пальцем по моему сверхчувствительному соску, я откинула голову назад, натягивая цепь, прикреплённую к зажиму на клиторе.
Я прикусила прут у меня во рту, дыша ртом через стиснутые зубы.
Кирк отложил вилку и встал, проводя рукой по моей ноге и надавливая на мою киску.
Какого хера?
Мне хотелось убить каждого из них лишь взглядом, как только они встанут из-за стола. Я была сухой. Мне было больно, и я не была ни капли возбуждена, но он поцеловал меня в плечо, осматривая цепь и прикусывая мочку уха. Он не сделал ничего, что заставило бы меня двигаться, точнее, двигаться много, но его прикосновения заставляли меня дышать чаще, и боль исчезла. Он исследовал руками и губами открытые участки моего тела.
Я хотела поблагодарить его и проклясть одновременно. Мужчина на противоположной стороне стола поднялся, но я заметила, как Кирк поднял голову, и мужчина тут же передумал что-либо делать.
Аллея стонала позади меня, и я понимала, что Майлз делает с ней то же самое.
Кирк потянул за цепь, прикреплённую к моему клитору, и в этот раз возбуждение смешалось с болью. Я не знала, спасал ли он меня от страдания или делал всё только хуже.
Хотя он определённо показывал это шоу для Майло. Играл свою подлую роль и в то же время заявлял свои права на моё тело. Он поцеловал меня в лоб и вернулся на своё место, чтобы закончить ужин.
Я чувствовала, что покраснела, и скоро удовольствие снова уступило боли, но выброс эндорфинов помог мне пережить ужин.
После ужина Кирк и Майлз подошли к нам. Сначала они сняли цепи с уздечек в наших ртах, оставив зажимы. Потом Кирк бережно убрал один из них. В миг, когда онемение отпустило, я вскрикнула, так как кровь прилила обратно под повреждённую кожу. Аллея дёрнулась позади меня, но поскольку Майлз держал второй конец цепочки от зажима на моём соске, мы обе переживали о том, что движения навредят нам обоим.
  
Но, блядь, в мгновенье, когда они убрали зажимы, боль была сильнее, чем за всё время ужина.
Я втянула побольше воздуха, когда Майлз приготовился снять с меня второй зажим. Волна боли зародилась в моём теле. Мы с Аллеей расцепили наши руки, и я наклонилась вперёд над столом.
Остался один. Ёбаный ад.
Моя грудь содрогалась от неровных вдохов, когда Кирк посадил меня назад и потянулся к последнему зажиму между ног. Аллея закричала, и через секунду мой голос зазвучал с ней в унисон. Я хотела упасть назад на стол, но когда адская боль в самом низу животу утихла, Кирк подтащил меня к краю стола и расправил мою одежду, придерживая меня, когда я ступала на пол онемевшими ступнями. Я была готова упасть к его ногам, но он удерживал меня, пока кровь вновь привала в затёкшие места.
Бедром я почувствовала, как у него в кармане завибрировал телефон. Он немного отодвинулся от меня и медленно достал его из кармана, нажав на одну единственную кнопку.
— Важный звонок? — спросил Росс.
— Просто забыл отключить будильник.
Будильник.
Тот, что на его двери, и это означало, что подмога прибыла. Я почувствовала, как мои глаза расширяются, но Кирк притянул моё лицо к себе и впился в меня жарким поцелуем. Он замер на минуту, прежде чем отпустить меня, и слабо покачал головой, давая мне понять, что нужно взять себя в руки.
Когда худшее осталось позади, он сел обратно и притянул меня к себе на колени. Я опустила голову ему на плечо и втянула его запах.
Это всё, что я могла сделать.
Моё тело было истощено от напряжения.
Как только я вышла из прострации, Кирк покормил меня какими-то остатками своего ужина, до того, как девушки пришли убирать тарелки. Мужчины за столом тоже посадили своих рабынь между ног или на колени. Аллея и я, казалось, были единственными, кто не принимал участие в каком-либо половом акте, потому что мы, видимо, заслужили короткую отсрочку.
Пока взгляд Майло не упал на меня.
— Серебро, — он протянул каждую букву моего имени и вытянул руки в моём направлении.
Блядь.
Я мысленно молилась, чтобы команда поспешила и поскорее проникла на двенадцатый этаж. Мне было интересно, почему это занимает так много времени и почему до сих пор никто ничего не заметил. И что самое худшее, я боялась того, что будет, когда они нас найдут.
Кирк поставил меня на ноги, не говоря ни слова, чтобы выиграть время, но я всё равно боялась, что моё сердце или мозг взорвутся, как только Майло коснётся меня. Несмотря на волны страха и дискомфорта, мне пришлось нацепить милую улыбку на лицо и опустить руки в его тёплые ладони.
Как только хор стонов возрос вокруг нас, мужчина ворвался в комнату и поспешил к столу.
Я услышала невнятную ругань Росса, и мои внутренности скрутились в узел. Что-то пролетело через комнату и врезалось в окно. Я нырнула под стол, боясь, что следующий предмет полетит в меня.
— Облава, — вот и всё, что слетело с уст Росса прежде, чем мужчины вскочили со своих мест с криками и проклятиями.
Началось. Всё, что я хотела сделать, это свернуться калачиком возле Кирка или в каком-нибудь углу. Кирк вскочил с места и поднял меня на ноги, толкая к Аллее, которая собирала всех девочек в стороне.
— Кто-то слил информацию, — произнёс Росс и мои шаги замедлились.
Я не могла посмотреть назад, потому что таким образом слишком многое раскрыла бы, но чья-то рука ухватилась за моё платье, и меня швырнули на стол. Я скользнула по нему и упала на другую сторону. Спина горела, тело отказывалось двигаться.
— У нас нет на это времени, — прошипел Майло, хватая одного из своих людей и шепча ему что-то на ухо, прежде чем оттолкнуть его к двери.
Росс проигнорировал его и остановился возле стола, направляя на меня пистолет.
— Кажется, нам стоило послушать Кэт.
— Это был я, — закричал Кирк. — Она не виновата.