Безвозвратно (ЛП)

Дом. Я раздвинула шторы, впуская свет свободы, но туча закрыла солнце, и вокруг всё потемнело. Человек в костюме, находившейся за сотню футов от меня, вдруг оказался у окна. 
Росс. 
Я отступила в ванную, чтобы избежать его взгляда, но тут окно тоже было широко открыто.
Я ощущала на себе взгляд, хоть и не видела смотрящего. Закрыв окно, я попыталась запереть дверь, но она оказалась меньше дверного проёма и замок не поддавался. 
Я услышала шаги, потом меня позвал Кирк. Я сидела напротив двери, стараясь удерживать её запертой, но он открыл её на несколько дюймов, достаточно для того, чтобы змея проскользнула внутрь. 
— Нет, — закричала я, отскакивая от двери и забираясь в ванну.
Дверь открылась, но снаружи никого не было, только я и змея.
— Кирк, — закричала я. — Пожалуйста, Кирк, помоги.
«Просыпайся! Это сон! Почему я не могу проснуться?!»
«Если это сон, тогда просто взгляни на змею».
Моё сердце колотилось так сильно, что я начала чувствовать головокружение. 
Скрыться было негде, и я упала на колени. Змея подползла ближе, останавливаясь в нескольких дюймах от ванны. Сделав глубокий вдох, я взяла её. Мгновение она была спокойна, но страх снова взял верх, и будто почуяв это, змея резко развернулась в моих руках. 
Я пыталась справиться с её длинным телом, держа возле головы, чтобы она не могла меня укусить.
Я вспомнила боль, когда змея укусила меня в спину.
«Только не боль. Пожалуйста, не нужно больше боли».
Руки обвили меня, вырывая змею из моих ладоней, она замерла, а потом обернулась вокруг его руки.
— Кирк.
Его губы нашли мои, и он поднял меня, прижимая к стенке душа. Я позволила своему страху и боли выйти через поцелуй, и они сразу же сменились возбуждением и страстью. 
— Ты мне нужен, — я потёрлась об него, и он поднял мои ноги. Я скрестила их у него за спиной.
Его напряжённый член давил на мой вход, медленно и дразняще обещая то, что должно произойти.
Я очнулась ото сна, ловя ртом воздух. В комнате было ещё темно, и я уткнулась в подушку, пытаясь замедлить дыхание. Из-за сновидения моё тело было сильно возбуждено, я ощущала влагу между ног.
— Серебро.
Я затаила дыхание, услышав, как Кирк прошептал моё имя и перекатился на мою сторону. Я спала в его постели уже три ночи, три долгих ночи прерывистого сна из-за болевшей спины и сумасшедших сновидений. Он не трогал меня, за исключением первой ночи, когда я перевернулась во сне на свою израненную спину и проснулась, крича от боли.
— Безумный сон, — прошептала я и отвернула лицо в другую сторону.
Даже в течение дня он оставлял меня поправляться в одиночестве, но это была не та дистанция, что в начале. Теперь, когда он проходил мимо комнаты, я чувствовала его взгляд, будто он пытался уловить каждое моё движение и заставить боль исчезнуть.
— Тебе что-нибудь нужно?
Чтобы ушло напряжение внизу живота. Я сжала ноги крепче, жаждая освобождения, которое не могла получить. По крайней мере, пока у меня не появится пара минут, чтобы избавиться от этих ощущений.
— Серебро, — повторил он, не услышав ответа. Он коснулся моих волос, делая ощущения невыносимыми.
— Я в порядке.
Он заворчал, но не откатился, как я надеялась. В моей голове возникла мысль о том, чтобы уступить и позволить ему разобраться с этой проблемой. Он сделал это до этого, и, очевидно, с этим не было никаких сложностей.
Я зажмурила глаза. Сон. Мне нужно поспать. Это всё из-за сна, я позволила управлять ему моими эмоциями.
Конечно, возвращение к первоисточнику проблемы может сделать только хуже, я это осознавала, но была моя последняя мысль, прежде чем я снова проснулась от запаха еды.
Последние два утра я просыпалась, когда он уже поел и приносил завтрак в спальню, так, что можно было есть в максимально удобном для меня положении.
  
Кожа на спине ощущалась всё ещё жестко, но пылающая боль ушла, оставив болезненные гематомы. Однажды, пережив разрушительные перемены, и теперь, когда у меня было что-то, я боялась, что всё снова перевернётся с ног на голову. Я уже видела его тёмную сторону и выжила, хотя, казалось, что наказание радовало его не больше, чем меня.
Он сделал это для того, чтобы быть уверенным, что я выполню всё, что будет сказано, но, пока я страдала, он был нежным и внимательным. До сих пор было практически невозможно понять, о чём он думал, но он определённо смягчился. Я признавала то, что это может быть только до того момента, когда он убедится, что прикосновения больше не причиняют мне слишком сильной боли.
Я перевернулась, и запах Кирка ударил в нос, пробуждая воспоминания из сна. Я не могла продолжать в таком духе. Балансировать на грани безумия, держаться за одну лишь жизнь и прошлые убеждения, живя здесь.
Я всё ещё не примирилась с тем, что никогда не буду свободна. Но здесь, подчиняясь Кирку, можно иметь определённую степень свободы. Если я не начну этого делать, то снова вернусь к задумчивому и отстранённому Кирку. Не было определённости в том, который из вариантов был хуже, но каждый раз, когда он делал что-то хорошее, очередной кусочек моей воли ускользал от меня.
В скором времени у меня не будет выбора в этом вопросе.
Мне нужно взять контроль хоть над чем-то, пока ещё могу.
Я посмотрела на часы, было ещё рано, и скорее всего Кирк только сел завтракать.
Если бы я пролежала в кровати достаточно долго, то он снова принёс бы тарелку в спальню и позволил есть в постели, но после сновидения я чувствовала тревогу. Не была уверена, хочу ли видеть Кирка, но лежать в постели и думать о нём я точно не собиралась.
Я выбралась из спальни и обнаружила Кирка, завтракающего за столом.
— Ты рано проснулась, — сказал он, возвращаясь на свой стул.
Направляясь к нему и держа взгляд опущенным, я опустилась на колени возле него. Довольный звук вырвался из его горла, он потрепал меня по щеке и вручил кусочек бекона. Я аккуратно взяла еду из пальцев и прислонила голову к его бедру, когда он погладил мои волосы.
— Забирайся сюда, — сказал он, похлопывая себя по ноге. Я медленно взобралась, моя спина болела и горела при каждом движении.
Он начал кормить меня, кусочек за кусочком, всё, что осталось на его тарелке. Когда я попыталась ухватить кусочек омлета, пока тот не успел соскочить с вилки, он усмехнулся. Это был напряжённый смешок, но, по крайней мере, он не злился на меня.
— Тебе это нравится?
— А должно?
Я потёрлась носом о его шею и пробежалась пальцами по груди. Он поймал мою руку и поднялся на ноги.
Я затрясла головой, теряя эмоциональную и физическую связь.
— Я пытаюсь быть той, кем ты хочешь, чтобы я была.
— Почему? — прошептал он, садясь на место.
— Потому что это единственное, что я могу сделать. Я нуждаюсь в твоей защите и…
И я не была полностью честна. Моё тело всё ещё хотело его.
— И взамен ты готова отдать свою душу и тело? — он посмотрел на меня, сощурив глаза. — Ты интриганка.
— У нас обоих есть причины не доверять друг другу, но каждый раз, когда я пытаюсь, ты меня останавливаешь, и я не знаю, что предположительно от меня требуется, — я отступила назад, сильнее запахивая халат. — Если ты меня действительно не хочешь, тогда просто отдай кому-нибудь.
— Нет, — зарычал он, вставая и откидывая стул. Он схватил меня за волосы и подошёл ближе, прижимаясь своим телом к моему. — Ты моя и никуда не пойдёшь.
— Хорошо, тогда познакомь меня с другими чертами своего характера, может тогда я смогу совладать с ними со всеми.
Он прижал меня к холодильнику. Холодная поверхность ужалила заживающие рубцы на спине. Когда я поморщилась, он остановился на секунду, но затем обрушил свои губы на мои.