Брак (СИ)

– Отсиживаться? – эскулап грозно нахмурил брови. – И кто же тут отсиживается, а? Мы ведём войну! Изнурительную, опасную и...
– Позиционную, – припечатал Ларго. – Пока Сопротивление рассеивает силы на точечные удары, Вирус порабощает мужчин Агломерации одного за другим. Поэтому надо действовать сейчас, пока ещё не поздно. Пока ещё есть те, кто способен...
– Давно ли вы вообразили себя Избранным, господин Ларго? – Доктор, похоже, готов был его растерзать. – Я каждый день борюсь за жизни этих людей. А ты... ты готов обречь их на смерть!
Ким уже набрал в лёгкие воздуха для достойного ответа, но спор прервала Персефона.
– Довольно! – сказала старая женщина и поднялась. Отошла к стене и принялась внимательно рассматривать цельнометаллическую обшивку, сцепив руки за спиной. – Мы все когда-нибудь умрём, не так ли, Доктор? Поэтому куда важнее как именно и ради чего.
Доктор ничего не сказал, но бросил на Ларго тяжёлый взгляд исподлобья.
– Мой сын и муж в лапах чёртова монстра, – отрезала Персефона, обернувшись. – Как по мне, сейчас самое время показать зубы. И наш юный друг Ким абсолютно прав: Сайрус ждёт нападения на Стоки Инкубатора. Такой ход выглядит максимально закономерным. Именно поэтому он может стать для нас роковым.
– Так значит...
– Да, – кивнула бывшая кукла Этингера. – Придётся нам рискнуть. И действовать настолько непредсказуемо, насколько это вообще возможно. Только так Вирус не сможет нас просчитать.
Ким согласно кивнул. Доктор набычился, а Персефона продолжила.
– И самое главное – не допустить утечки. Ни в коем случае! Если тварь проникнет в сознание хотя бы одного бойца, погибнет всё Сопротивление.
– Так значит, Персефона согласилась? – спросила Ева, и Ларго теснее прижал её к себе.
Дырявое покрывало сбилось и съехало в сторону, обнажив стройное смуглое бедро и аппетитные ягодицы. Ким нежно поглаживал бархатистую кожу, ощущая, как под пальцами бегут мурашки.
– Согласилась, – пробормотал Ким, уткнувшись носом в тёмную макушку, и тяжело вздохнул.
– Тогда почему ты такой угрюмый? – вопросила смуглянка и, приподнявшись на локте, внимательно уставилась на него.
– Доктор считает, что риск не оправдан. Если план не сработает, всех перебьют, и Сопротивление погибнет.
– Ну, а если сработает? – Ева принялась чертить ноготком невидимые узоры у него на груди. – Что тогда?
– Мир станет прежним, – тихо сказал Ким. – Каким был до войны. Не сразу, конечно но... Со временем. Люди снова научатся любить и создавать семьи, женщины будут рожать детей не по принуждению, а по своей воле, как раньше. Может, мы даже когда-нибудь увидим небо. Луну, солнце, звёзды... Знала ты, что беспроглядные тучи над Агломерацией генерировал атмосферный очистительный купол?
Ева кивнула.
– Мы отключим его, – продолжил Ларго, – а корпорации разрушим до основания. Их больше не будет. Никаких. Никогда. Надо только...
Ким не договорил. Да и не требовалось: смуглянка понимала его без слов.
– Ты справишься, – изрекла она. – Ты сумеешь уничтожить эту тварь. Я знаю.
– Спасибо, – серьёзно ответил Ларго.
– За что?
– За то, что веришь в меня. – Он притянул Еву к себе и поцеловал. – А теперь надо немного поспать, как считаешь?
– Возражений не имею, – улыбнулась Шестьсот сороковая и уютно устроилась в его объятиях. – Хочу увидеть во сне тот новый мир, о котором ты рассказывал.
"Надеюсь, ты увидишь его не только во сне", – подумал Ким и зарылся лицом в тёмные локоны.
Спи сладко, любимая...
Ларго не знал, что именно его разбудило. Ночной кошмар? Не исключено. Однако вспомнить, что снилось, так и не получилось. Может, опять тот монстр с пастью на пузе? Вполне возможно. Вполне...
Ларго огляделся, всматриваясь в темноту. Очаг давно остыл, и Ева укуталась в покрывало, точно в кокон. Ким хмыкнул, мгновенно сообразив, что к чему: плутовка стянула с него одеяло, и он попросту замёрз!
Надо бы развести огонь и достать второй плед. Интересно, отчего здесь вдруг стало так холодно? Ларго поднялся и крепко выругался – студёный пол обжёг босые ступни. Спешно сунув ноги в ботинки, Ким как был – нагишом – направился туда, куда обычно стремятся все порядком подмёрзшие люди. В уборную.
 
Закончив сверхважное дело, он зевнул, потянулся и, сполоснув руки, бросил короткий взгляд в мутное зеркало. Бросил и застыл.
Вместо собственной небритой физиономии Ларго узрел лощёную носатую рожу.
Проклятье! Проклятье!!!
С другой стороны на него смотрел Сайрус Вик. Смотрел и улыбался своей фирменной ехидной улыбочкой.
  
Глава пятьдесят первая
 
Ким попятился. Он хотел крикнуть, но не смог: горло словно тисками сдавили. Даже дышать стало трудно.
– Не гоношись, мой милый друг, – ухмыльнулся Вирус. – И не верти так головой: тебе всё равно меня не увидеть.
– Ты... ты... – Ларго коснулся лица. Отражение повторило жест с пугающей точностью. – Ты – это...
– Всё верно, – отозвался Сайрус. – Я – это ты. А ты – это я. Удивлён?
Ким остолбенел. Моргнул, но наваждение не исчезло.
– Вижу, что удивлён, – продолжил монстр. – Хотя, признаться, наверняка в глубине души ты подозревал нечто подобное. Разве нет?
Ларго стиснул зубы. Он хотел дёрнуться, врезать кулаком и разбить стекло вдребезги, но тело одеревенело и не слушалось.
– Вижу, что подозревал. Не скрывай. Не лги самому себе. Ты думал об этом с самого начала. Так ведь?
– Нет!
– Нет? – брови Сайруса взлетели вверх. – Ах, какое лицемерие!
– Это неправда! – прохрипел Ким. – Неправда!
– Вот как? – Вирус скривил губы. – Возможно, ты просто забыл, ведь столько времени прошло. Но я помогу тебе вспомнить. Ведь ты – наш самый послушный мальчик.
– Н-нет... выдавил Ким и сглотнул подкативший к горлу ком. – Нет!
НЕТ!!!
Всё вокруг заволокло туманом. Густым, непроглядным и липким, словно синтетическая паутина. Сознание рванулось из тела и воспарило в сером мареве, поднимаясь всё выше, и выше, и выше... Исчезла каморка. Исчез запрятанный глубоко под толщей земли бункер. Исчез Кибериум, и вместе с ним – весь искалеченный мир...
"А ведь ты почти вспомнил тогда... – прозвучал в голове голос. Такой чужой и родной одновременно. – И не просто вспомнил. Увидел!"
Ларго хотел закричать, но рта не осталось, как не осталось конечностей, головы и тела. Всё исчезло. Всё. Кроме несчастной души, которая летела прочь, за пределы пространства и времени.
Свет. Яркий свет и мерзкий запах. Ядрёная смесь парфюма, терпкого дыма и дорогого алкоголя. И шум. Оглушающе резкий, давящий, он нарастал неуклонным крещендо, и казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут. Хотя... Откуда перепонки, когда нет ушей? И как он, Ларго, учуял запахи, ведь у него нет больше носа? И почему он видит? Глаз же нет! Или...
Ким наблюдал со стороны. Невидимый и бестелесный, он находился везде и нигде одновременно.
Сколько народу... Целая толпа. Все разодетые, как на параде. Модные.
Так, стоп. Он уже видел это. Определённо видел. Кажется, это был сон. Бредовый кошмар, только и всего. Ларго снова разглядел гостей. Довольные и пьяные, они хохотали, хлопали друг друга по плечам, раскуривали сигары и громко выкрикивали тосты. Что же такое они празднуют? Ах, да! Назначение господина Мирео управляющим в компании покойного Виктора Лессера! Как он мог забыть... Добряк Мирео получил статусную должность и разгулялся на славу. А чтобы подвыпившие приятели не заскучали, организовал присутствие кукол: обнажённые девицы с застывшими на лице улыбками мелькали тут и там, ублажая гостей как видом... так и делом.
 
И снова – как и тогда, во сне – мелькнул в толпе знакомый силуэт: хрупкая миниатюрная фигура двигалась к выходу на лестничную клетку.