Осинка. Чужая сила (СИ)
Лось даже не успел заметить моего присутствия и испугаться. А я отчаянно старалась не думать, что делаю. И обжигающая сладкая жидкость, которую я, захлебываясь, глотала, дарила такое тепло и наслаждение, что мне легко было закрыть глаза на свои действия, не думать, не переживать.
Я быстро насытилась и успокоилась. А тело, только недавно подранное Тахо, быстро стало заживлять раны и переломы, я слышала, как со щелчками вставали на место кости, и недовольно морщилась — не так я себе свою жизнь дальнейшую представляла, не о том мечтала и надеялась.
Возвращалась я уже не спеша. Темнота перестала быть для меня проблемой, я видела все ясно и отчетливо. Немного по-другому, но точно не хуже, чем днем.
Тахо спал, смешно обхватив себя руками. Наверное, мерз на стылой земле. Дуб не пустил его внутрь тоже. Было грустно, что единственные настоящие друзья отвернулись — деревья следили за мной, шептались в темноте, осуждали. И не принимали. Я знала, что им нужна моя сила, не смогут без нее, но они упрямились, сердились. Глупые. Как будто это был мой выбор.
Парень проснулся еще до восхода солнца. Ветер принес новый холодный день, да и снег, кажется, снова собирался.
— Тахо, — спросила я зябко перебирающего плечами под кожухом медведя, — а где теперь Прародители? Файро, Веро? Ведь граница открылась не только для тебя. Да и уход Грегга должен был им путь сюда отворить.
— Наблюдают, поди-ка, — недовольно буркнул хранитель, — ждут подходящего момента.
— Это какого? — склонила я голову на плечо. Удивительно, но видела я хранителя теперь не только человеком: если поворачивать голову из стороны в сторону, легкой дымкой просвечивал медвежий силуэт. Интересно, а наоборот также будет? Сквозь медведя тоже человек проглядывать начнет?
— Почем мне знать? — ответил он. — Появятся — у них и спросишь.
— Хороший ты собеседник. Приятный, — обиделась я. — Между прочим, я тебя до сих пор с собой не зову. Если надо, одна за Волниной пойду, не сломаюсь.
— Если б я только мог уйти, — грустно потянул Тахо, а я совсем расстроилась. Теперь мне и домой не вернуться — а ну как семье вред нанесу, и Волнинку не бросить, за меня ей досталось. Еще и хранитель мне попался упертый. Дай ему волю, отведет меня к себе в деревню, чтоб самому не ходить-бродить незнамо где. Хорошо, эта мысль еще не пришла Тахо в голову, потому что против него мне не выстоять. Пока не выстоять. Сбегать придется.
— Ты хоть и упрямишься, но знаешь: нельзя Волнину этим чужакам отдавать. Я слышала Эйра, — сказала я, — там, за гранью. Не хотел нам зло причинять. А что дети его немыслимое творят, так тут не его вина.
— И чья же? — Тахо с удивлением на меня посмотрел.
— Так может, тех, кто нас с наставником убил? — предположила я.
— Я могу взять след сумеречных, — нехотя проговорил Тахо.
— Как пес, что ли? — не удержавшись, засмеялась я и добавила, глядя на ощерившегося хранителя. — На что они нам? Мстить за смерть я покуда не хочу. Да и сноровки маловато.
— Мало ли, — пробурчал хранитель, — А сноровка — дело наживное. Я помогу.
— Правда, что ли? — удивилась я. Неужели он не только жаловаться да обижаться горазд.
— Ты неплохо дерешься. Только опыта маловато. Наверное, все с оружием баловалась, — ответил Тахо. — Теперь и врукопашную любого мужика сделаешь. Демонские силы безграничные, жилы да кости в тебе теперь тверже стали, — и тоскливо вздохнул. — Ты теперь многое можешь. Кроме того, чтоб жизнь прожить спокойно…
Ну зачем он так? Я ведь гнала от себя эти мысли. Слишком сложно, слишком обидно. Слишком необычно, чтобы всерьез задумываться о будущем. Кто я теперь? Мертвец, наделенный силами леса да ветра, которые бунтуют внутри. Не хочу об этом думать! Не буду.
— Когда я захочу их найти, — резко ответила я, — попрошу тебя. Сейчас надо Волнину вызволить. А там, глядишь, и демоны появятся.
— Как знаешь, — ответил медведь. — Переправа в двух днях пути… — начал было он и запнулся. — Если мы побежим, до вечера доберемся.
— Отлично, — я не стала оборачиваться на гостеприимный дуб, брать оставленные вещи, испачканные в собственной крови. А ножи и так были при мне. И рванула со всего духа сквозь лес, пряча горе.
Сзади затрещал бурелом — огромный мохнатый медведь не отставал. Поразительно быстро Тахо менял обличие. Что ж, чем быстрее, тем лучше.
Двигаясь вдоль реки большими скачками, я все острее чувствовала приближение чужого корабля. Признаюсь, боялась, что мы опоздаем, придется самим искать пути на тот берег. А захочет ли помогать Веро, я не ведала. Без нужды не пойду с ней договариваться. Только не теперь, когда они меня предали и оставили одну.
Непонятное чувство тянуло меня в Элию, взглянуть на эту демонскую страну, посмотреть на потомков Ветра в деле. Воздушная сила неторопливо перетекала во мне, небрежно касаясь лесной, дразня ее, заставляя закипать, выплескиваться. Но теперь я легко удерживала их внутри, лишь со стороны наблюдая за их борьбой. Захочу — притихнут, будут меня слушаться, как миленькие.
А вот на лес и его обитателей я злилась. Я не хотела умирать. Я не хотела становиться демоном. Я хотела домой… И уж если хотите принимать меня такой, какой я стала не по своей воле, то и силы моей больше не получите!
Деревья вслед моим мыслям волновались, трещали. Думайте-думайте, дорогие, как вам теперь с такой наследницей уживаться. Еще уговаривать меня будете помочь. Сейчас, как снег растает, проснетесь от спячки мертвой, станете восстанавливаться, молодняк поднимать, много силы нужно будет…
Я торопила себя гневными мыслями, подстегивала злыми словами. И ведь не виновата, да и не сделала ничего, а Прародители убить хотели, лес отвернулся, сумеречные демоны, как прознают, что возвратилась, искать начнут. Бежала и жалела себя страшно.
И даже не сразу поняла, что меня затормозило. Я резко остановилась, будто споткнувшись, обернулась вокруг себя и втянула холодный воздух. В нос ударил знакомый запах тяжелого мужского пота. И я улыбнулась — где-то совсем рядом был Рэнн.
Глава 20
Медведь рядом тяжело водил мордой из стороны в сторону, а потом в несколько прыжков достиг реки, где принялся жадно пить воду.
А я стояла и не знала, что делать дальше. Рэнн был где-то здесь. Вот пройду дальше, зайду за излучину реки и увижу его. А еще — я зажмурилась и прислушалась — семнадцать, нет, девятнадцать воинов. И кажется, сейчас они не брезговали медовой брагой, закусывая вепрем, томящимся на костре.
Тахо подошел уже человеком, его мощная грудь продолжала тяжело вздыматься после долгого бега. Я вот не запыхалась совсем. Не помню, дышала ли в пути… Что ж, у моей новой сути были интересные черты. Не сказала бы, что мне все это нравилось, но изменить что-либо было уже не в моей власти.
— Тебе такой нельзя к людям, — огорошил меня медведь.
— Какой? — вздрогнула я, повернувшись.
— Зубастой и бледной.
Я замолчала, нахмурившись, переступила с ноги на ногу и спросила:
— А как тогда? А что мне?..
Тахо сел на свой расстеленный на земле плащ.
— Иди сюда, — он похлопал ладонью рядом. — Мне дед показывал, как вы маскироваться умеете. Ничего сложного, если силы есть.
Я от этой неожиданной новости даже спорить не стала, тут же рядом села:
— Да? Это ж сколько между людей демонов гуляет?
— Много, особенно на той стороне Ключиницы. Впрочем, и тут достаточно, — пожал плечами Тахо. — А тебе что с того? Сейчас ты их сможешь увидеть. Раньше не могла. И что, хуже тебе жилось?
Я снова замолчала, обдумывая сказанное. А потом спросила:
— Так как же мне это спрятать?
И улыбнулась, показывая клыки.
Тахо вздрогнул:
— Страх-то какой…
Мотнул головой и продолжил:
— Смотри, ты теперь сама управляешь своим телом, неживое оно у тебя, поддается легко, — он положил теплую ладонь мне на затылок. — Закрой глаза и представь свое лицо.
Медведь затих на мгновение и вздохнул: