Милая заложница

Пальцы Роба опустились ниже, скользнув между жестким корсажем и мягкой сорочкой. Он осторожно нащупал под тонкой тканью сосок.
О, какое он вызывал у нее томление! Своей близостью он мучил ее вспыхнувшую желанием кожу. Элспет боролась с желанием изогнуться под его касаниями. Когда Роб провел по соску ногтем, стрела запретного желания пронзила ее тело от груди до лона.
В ее голове зазвенели предостерегающие колокола.
— Прекрати. — Элспет прикрыла грудь рукой. — Это не целительные касания.
Его ухмыляющееся лицо было воплощением греха.
— А вот тут ты права, девушка. Это любовные касания. И ты едва вкусила от удовольствия, которое они способны доставить. Если ты только позволишь мне, ты отведаешь их сполна.
— Нет. — Она вскочила на ноги, чтобы отстраниться от него. — А если ты попытаешься взять меня силой, я выцарапаю тебе глаза. Ты меня понял, Роб Мак-Ларен?
— Я не буду брать тебя силой. Я сделаю только то, что ты сама пожелаешь. Мне известно, что ты девственница и хочешь ею остаться, — серьезно ответил Роб. — Но, видишь ли, нет большего наслаждения для мужчины, чем возможность доставить удовольствие женщине. И я знаю способы, которые порадуют тебя, одновременно оставив в неприкосновенности твою невинность.
Слушая его, девушка даже дышать перестала, а потом сделала быстрый и судорожный вдох.
— Можно мне доставить тебе удовольствие, Элспет?
Глава третья
Она моргнула, чувствуя себя маленькой рыжей белочкой, загипнотизированной взглядом змеи. Потом опомнилась и встрепенулась.
— Нет, конечно, нет! — пятясь от него, воскликнула девушка. — Ты похитил меня с моей собственной свадьбы! Как я могу позволить тебе касаться меня там?
— Я не заметил, чтобы мои прикосновения были тебе противны.
Роб не считал, что он знает о женщинах все. Но он умел распознавать страсть, когда ему приходилось с ней сталкиваться.
— Я тебя почти не знаю.
— Ага, — кивнул он. — Насколько я понял, ты очень хорошо знаешь Лахлана Драммонда.
Сделав несколько стремительных шагов, Элспет остановилась на противоположном от него берегу источника.
— Мы с ним встретились у алтаря, если тебе так уж интересно. Его выбрали для меня мои родители.
— Что ж, девушка, это говорит в твою пользу. Иначе я усомнился бы в твоем разуме. — Робу понравилось то, как вспыхнули ее щеки. — И все же, если я не ошибаюсь, сегодня вечером ты намеревалась лечь к нему в постель.
Ее брови страдальчески изогнулись.
— Он стал бы моим мужем. Мне пришлось бы это сделать.
— Сколько энтузиазма! — не скрывая сарказма, воскликнул Роб, — А я-то считал тебя влюбленной невестой.
— Я не говорила тебе, что влюблена.
— Если твое сердце равнодушно к твоему избраннику, то тебе не стоит бояться страсти, — произнес Роб, обходя источник и приближаясь к ней.
Элспет заставила его снова почувствовать себя мужчиной. Он решил пойти на поводу у своей похоти и на этот раз не подавлять вспыхнувшее желание.
Похоть и любовь — не одно и то же. Роб это знал и не считал, что предаст Фиону, использовав свое тело для того, чтобы отомстить врагу. Особенно если ему удастся убедить невесту Драммонда отдаться ему по доброй воле.
— Ты прервал церемонию, когда клятвы еще не были произнесены. Официально я не жена Драммонда. Во всяком случае, я так думаю, — ответила Элспет, продолжая обходить источник, чтобы отдалиться от своего похитителя.
Ее соски четко вырисовывались под лифом платья. Роб не знал, что тому причиной — холод или воспоминание о его прикосновении, да ему и не было до этого дела. Так или иначе, они представляли собой заманчивое зрелище. Ему отчаянно хотелось их пососать.
— Я девственница, и это означает, что мне лучше воздержаться от каких бы то ни было удовольствий.
— Ты не показалась мне слишком сдержанной, — отозвался Роб, резко меняя направление и таким образом сокращая расстояние. — Целуя тебя, я заметил, как твое тело реагирует на мои прикосновения. Ты страстная женщина. С твоего позволения, я даже осмелюсь утверждать, что ты меня хотела.
 
— А если я не дам тебе своего позволения?
— Мне все равно. Главное то, что это так и есть, девушка. Элспет зацепилась носком туфли за широкую юбку платья и упала на каменный пол пещеры. Роб подбежал к ней и опустился на колени.
— Ты не поранилась?
Она подняла на него глаза, показавшиеся ему бездонными. Он заметил, что они светло-карие и способны менять цвет в зависимости от окружающей обстановки. Сейчас они в точности воспроизводили зеленый цвет окаймлявшего пещеру мха. Элспет покачала головой.
— Кроме тебя меня ничто не способно здесь ранить. Элспет стиснула пальцы в кулаки, но продолжала держать их у себя на коленях. Роб чувствовал, что она хочет его ударить, но проявляет мудрость, сдерживая желание.
— Зачем ты так со мной поступаешь? — спросила она. В ее голосе послышались сдавленные рыдания.
— Мне кажется, это очевидно. Твой будущий муж мне кое-что должен и не желает рассчитаться.
— Значит, я должна пострадать вместо него?
— Нет, я хочу, чтобы, потеряв тебя, страдал он.
— Значит… — Голос Элспет дрогнул, и она сглотнула. — Ты все равно намереваешься меня убить.
Роб сел рядом с ней. На ее ресницах трепетали слезы. «О Всевышний, избавь меня от женских рыданий!»
— Нет, я понял, что не смогу причинить тебе боль, — мягко ответил Роб. — Но малыш Лахлан не может этого знать. Я пригрозил им убить тебя, если они последуют за нами, и все же он бросился в погоню. На твоем месте я бы призадумался, прежде чем клясться в верности человеку, которому настолько безразлична твоя безопасность.
Элспет невесело усмехнулась, обхватывая колени руками и прижимая их к груди.
— Как будто тебе есть дело до моей безопасности.
Роб посмотрел ей в глаза. Вокруг ее зрачков мерцали крошечные золотистые искры.
Теперь, когда она не убегала от него и не боялась его, он внезапно осознал, что Элспет Стюарт настоящая красавица. У нее были полные свежие губы. Их уголки были приподняты, из-за чего на ее лице постоянно играла обольстительная полуулыбка, как будто она хранила от окружающих какую-то прелестную тайну. Под розовыми щеками угадывались небольшие ложбинки, указывавшие на то, что с годами ее красота будет только расцветать.
— Лахлан Драммонд — везунчик, — убежденно произнес Роб.
— Я не думаю, что он с тобой согласится. — Элспет рассеянно выдергивала нитки из распущенного шва на подоле. — Ты не забыл, что у него похитили невесту? Прямо у алтаря.
— Ну да, так и было.
Роб наклонился ближе. От Элспет исходил тонкий запах вереска и хвои. Духи были роскошью. Ему хотелось понять, куда она нанесла ароматное масло. На нежную кожу запястий? На пульсирующую точку на белом горле? Или в эту восхитительную ложбинку между грудями?
Одной мысли обо всех этих мягких запретных местечках оказалось довольно, чтобы Роб с новой силой ощутил свое мужское естество. Он хотел исследовать эти укромные тайники, погрузить в них нос и омыть их языком.
Элспет попыталась отодвинуться, но он снова сократил расстояние и сел рядом.
— В таком случае что ты намерен со мной сделать? — очень тихо спросила она.
— Большинство мужчин на моем месте отняли бы у тебя твою девственность.
Если бы он пошел на поводу у своего разбухшего члена, он овладел бы ею в считанные секунды. Может, она и стала бы отбиваться, но наверняка снова сомлела бы под его поцелуями. Роб в этом не сомневался.
— Если ты собираешься меня изнасиловать, тебе придется вначале заткнуть мне рот. — Элспет вызывающе вздернула подбородок. — Потому что я буду кричать изо всех сил.
— Правда?
Роб поднял руку и провел кончиком пальца по кружевам на ее лифе. До женитьбы он не был монахом, но, потеряв Фиону, понял, что мужчина способен отречься от женщин. С тех пор как она ушла из жизни, ни одной из дам не удалось его прельстить.