Измена. Я отомщу тебе, предатель (СИ)

Да ещё и занимается теперь тем, что ему нравится. И работать будет дома. Может, принять его предложение и уволиться? Нет, это как-то неправильно.
Хотя у меня нет таких опасений, что в случае чего Платон может бросить меня, и я останусь без денег на улице. Я доверяю ему безоговорочно. Я каждый день как будто по чуть-чуть становлюсь с ним ближе. Падаю в бездну новых чувств.
Хотя я так и не заговорила ещё про тот альбом. Сейчас Андрей исчезнет из моей жизни и можно будет вернуться к тому разговору. Тревожно, вдруг Андрей обманул насчёт развода? Вдруг будет вставлять палки в колёса и не подпишет документы. А мне так хочется, чтобы нас с Платоном все, наконец, оставили в покое. Хочется, чтобы мы были только вдвоём в целом мире.
А еще я начала замечать, что мне трудно сдержаться, хочется иногда его поцеловать. И не только поцеловать… В больнице мне вообще снились эротические сны с его участием. Я себя сдерживаю изо всех сил. Да, надо разобраться с разводом. А еще мне до сих пор не рекомендовано вести «половую жизнь» ... А если бы было можно, я, наверное, не сдержалась бы: пришла бы ночью в спальню Платона в одной сорочке… И наплевать на мнение других. Интересно, это во мне говорят беременные гормоны? Или новая любовь?
  
Глава 28. ДНК-тест
 
Когда через неделю мы с Платоном приехали в клинику, я поняла, что внутри у меня все это время сидела большая тревога. Может такое произойти, что по закону подлости отцом окажется Андрей?
Конечно, от этого я не буду любить моего ребёнка меньше, вот только я в последнее время как будто глаза открыла на бывшего мужа: вижу, какой он на самом деле ненастоящий, двуличный и подлый. Я не хочу с ним воспитывать ребёнка. Не хочу вести с ним разговоры о воспитании, учитывать его мнение. Ничего не хочу с ним больше.
Вчера в очередной раз перенесли суд. Мне это ужасно надоело. В прошлый раз Андрей сказал, что я ему больше не нужна, а все равно не даёт мне покоя. А если ребёнок его? Вообще заставит вернуться к нему?
Стоп, о чем думаю?
Конечно же, отец Платон. Он сказал мне, что в любом случае ребенок наш. И я хочу в это верить. Я готова сейчас даже молиться, чтобы это так и было. Сколько всего Платон пережил из-за меня, если он был влюблён меня ещё со школы.
Не надо, пожалуйста, новых преград между нами.
Перед процедурным кабинетом я все время оглядывалась и смотрела по сторонам. Как хорошо, что Платон не стал проводить тест в нашей клиники, для Антонины Аркадьевны мы с Платоном счастливая семейная пара, пусть такой и останемся.
— Их здесь нет, — говорит Платон, наверное, заметил мое беспокойство.
— Ты пойдёшь первый?
— Да, если хочешь.
Платон уходит и через несколько минут возвращается с повязкой на локтевом сгибе.
Теперь моя очередь.
Захожу в кабинет, пытаюсь дышать ровно. Медсестра спрашивает, как я переношу взятие крови из вены.
— Обычно хорошо переношу.
У меня берут кровь. Я пытаюсь представить, что это обычный анализ, от этого не зависит ничего.
Когда выхожу из кабинета, Платон улыбается. Как всегда, ни о чем не волнуется.
— Ну что, я поехала на работу? — спрашиваю у него.
К сожалению, закончился мой больничный. Сегодня первые уроки после долгого перерыва.
— Да, я вызвал тебе такси, пойдём, провожу.
Мы идём к выходу, Платон даёт наставления:
— Если будешь плохо себя чувствовать, сразу же звони мне, не надо сидеть на работе. И после работы позвони, заберу тебя.
— Хорошо, как скажешь, — улыбаюсь. И когда я привыкла его слушаться?
Он провожает меня прямо до машины, наклоняется ко мне и целует в щеку. Обычно он так не делает.
Еду на работу и трогаю место поцелуя рукой. Мне нравится, как горит от его простого прикосновения моя кожа на щеке. Часто бьется сердце. Что же со мной случится от настоящего поцелуя? Теперь я знаю точно: Платон проник в мое сердце.
Я даже перестаю волноваться о результате теста. Какая разница? Мы все равно будем вместе. И я в любом случае не вернусь к Андрею.
***
 
Платон
Как только Ира уехала, сразу появилась Виолетта. Хорошо, что они не столкнулись.
Виолетта накрасилась, как на парад. Да ещё и надела вызывающую одежду. Оголила едва появившийся живот. И это все, чтобы просто сдать анализ?
Смотрю на неё и не понимаю, чем она только нравится моей маме?
— Андрея нет? — спрашивает вместо приветствия.
— Нет. Но время есть, ты пришла раньше.
— А это точно не подстава? Нормально тут анализы возьмут? Выглядит клиника как-то не очень.
— Репутация у них хорошая, я проверял, не волнуйся, никто не собирается тебя подставлять. Если ты сама себя не обманываешь, — отвечаю ей.
Виолетта хмурится. Мы садимся на диван в коридоре, ждём моего брата. Осталось десять минут до назначенного времени.
Неожиданно Виолетта поворачивается ко мне, улыбается и говорит:
— А мы с тобой Платон одинаковые.
Я пил воду в тот момент и поперхнулся от услышанного. Спрашиваю ее:
— В каком смысле?
— Мы на все готовы ради любви. И любим мы тех, кого нельзя любить.
— Не говори ерунды….
— Ой, это ты не притворяйся. Чем ты лучше меня? Я тоже люблю Андрея давно, мне без разницы, что он женат. Так и ты сколько был неравнодушен к жене родного брата? Я думала, что мне это казалось. А теперь понятно, что нет, не казалось. Втрескался в Ирину. И чего только вы в ней находите…
— Помолчи лучше и не сравнивай. Это не то же самое…
— Ой, прекрати строить из себя святошу, пожалуйста. Не надо. Срок у Иры какой? А она тоже все ещё замужем. Чем ты лучше меня?
Виолетта так проникновенно говорит, искренне, глаза у нее горят каким-то непонятным огнем, что я и сам задумываюсь. Чем же я лучше? Может, мы, правда, похожи в своей страсти к тем, кого любить нельзя?
Спрашиваю у неё:
— Ты, правда, любишь Андрея?
— А ты думаешь я просто так с ним? Андрей — моя первая любовь, ещё когда мелкой была, думала, что, когда вырасту, будем вместе. Вот выросла и мы будем вместе. И ребёнок от него у меня, хотя быть не может такого. Это все знак свыше. Я ему предназначена!
Слушаю ее и не могу поверить. Виолетта и любовь, верность как-то не вяжутся друг с другом. Какие чувства у меня к Ире всегда были. А какие у неё к Андрею. Не хочется сравнивать. Я просто сижу и молчу. Виолетта мечтательно улыбается. А Андрея все нет.
К нам подходит медсестра.
— Извините, вы Ладыгин Платон, заказывали ДНК-тест? Вас заведующий хочет видеть.
Это странно, я не знаю заведующего, но встаю и без вопросов следую за медсестрой.
Она провожает меня до кабинета и открывает дверь. Я прохожу.
В кабинете меня встречает приятный наружности врач преклонного возраста, в круглых очках и почти лысой головой. Говорит мне:
— Присаживайтесь.
— Извините, а мы разве знакомы? Может, вы с кем-то меня перепутали? Мы пришли сюда просто сдать анализы…
— Тест ДНК на отцовство?
— Да, верно.
— Садитесь. Сейчас объясню в чем дело.
Я сажусь в кресло.
Врач начинает спрашивать:
— Кем вам приходится Ладыгин Андрей?
— Это мой брат.
— Он только что мне звонил и предлагал большую сумму денег для подделывания результатов теста.
Я не верю своим ушам.
Не знаю, что ответить. Неужели мой брат совсем потерял голову?
Заведующий продолжает:
— Все разговоры записываются, естественно, я отказал бы ему в любом случае. Скажите, вы сами разберётесь с этим вопросом или мне стоит привлечь полицию?
— Нет, извините нас, мы разберёмся с этим сами.
Я возвращаюсь к Виолетте, она все ещё ждёт на прежнем месте. Взгляд у неё теперь грустный. Спрашивает:
— Андрей не собирается приходить, да?
— Видимо, нет.
— Как жаль, что я не смогу никак подтвердить его отцовство.
Мне тоже жаль, если честно. А потом в голову приходит идея:
— Давай ты сдашь, но сравним с моей кровью.