Романов. Том 13 (СИ)

Княжна еще стояла над Арсением без движения. Я видел, что она прекрасно слышит соперников. А затем сестра рванула с места.
Вскинув свой шест параллельно земле, Ксения отклонила атаку сверху, одновременно с этим вставая так, чтобы Олег оказался между ней и Павлом.
Удар под колено, добивание в грудь, и первый охранник валится наземь.
Подшаг вперед и колющий удар в грудь второго соперника. Павел едва успел отскочить, под его подошвами поднялись облачка пыли.
Сестра нанесла короткий удар концом шеста в грудь лежащего Олега — не калеча, но обозначая добивание.
Павел в это время сдвинулся в сторону, чтобы не топтать «убитого».
Ксения взорвалась градом ударов, от которых оставшийся на ногах охранник был вынужден уйти в глухую оборону.
Княжна махала шестом с каждым разом все сильнее. Воздух гудел от ее ударов, и если бы на охране не было защиты, любое попадание раздробило бы кости. Но пока Павлу хватало скорости уклониться, хотя и действовал он на пределе своих возможностей.
По лицу охранника тек пот, а Ксения все напирала, не давая ему даже нормально вздохнуть. Свист шеста слился в сплошной визг, давящий на нервы. И Павел пропустил удар.
Его шест переломился, а моя сестра играючи ткнула концом своего шеста в шею стоящего напротив него мужчины.
— Браво! — с улыбкой воскликнул я, начав хлопать в ладоши.
Признаться, я не ожидал, что Ксения Алексеевна так хорошо владеет навыком транса. Она ведь не прибегала к дару, работала только на трансе. Не уверен, что Сергей бы так смог, а вот сестренка смогла приятно удивить.
Улыбаясь, княжна Казанская сняла повязку с глаз и чуть поклонилась мне.
— Благодарю, Дмитрий, — с удовольствием произнесла она, демонстрируя, что даже не запыхалась за время тренировки. — Но такого результата я достигла только благодаря помощи уважаемого Валентина Федоровича.
Командир отряда охраны усмехнулся в жесткие усы, но я видел, что похвала ему приятна.
И ведь одними словами это не закончится — его обязательно ждет какая-то награда. Обучение княжеской семьи — это всегда почетно, и может рассматриваться, как проявление высшей формы доверия. А уж когда ты работаешь со взрослыми людьми, уже имевшими наставников, и они улучшают свои результаты — это тем более серьезно.
Технически Валентин Федорович — мой человек, он служит Красноярскому князю, хотя и входит в клан Романовых. Так что после слов Ксении Алексеевны я вполне могу как премию выписать, так и в должности повысить.
— Рад, что пребывание у нас в гостях позволило тебе подтянуть свою форму, — с улыбкой ответил я, поворачиваясь к командиру отряда. — Валентин Федорович, завтра в девять утра жду вас с подробным докладом о ходе тренировок княжны. По результатам будем обсуждать дальнейшие планы.
Командир поклонился со всем возможным уважением. Теперь улыбку он даже не прятал. Я практически прямым текстом сказал, что он получит награду за уделенное Ксении Алексеевне время.
— На самом деле мне у вас очень нравится, — подтвердила сестра, вручая свой шест стоящему рядом Павлу. — Но ты ведь не для этого вышел из своего кабинета посреди рабочего дня?
Я кивнул. Охрана тут же расползлась по полигону, старательно изображая, что никого здесь с нами и нет. Впрочем, высказывать поздравления своему командиру это им никак не мешало.
— Нужна твоя консультация, — произнес я. — Тебе, наверное, нужно привести себя в порядок?
Ксения хмыкнула и, демонстративно оглядев себя, кивнула.
— Подойду к тебе минут через пятнадцать.
Я покинул полигон и поднялся к себе. Результаты анализа ДНК монаха Василия уже лежали в базе данных «Оракула». Однако для того, что разобраться в этой картине, мне действительно требовалась помощь Ксении.
Меня никогда не учили быть наследником, и кое-какие моменты, которые для будущего главы рода очевидны, мне просто не преподавали. Конечно, Руслан Александрович подтянул мои знания, но князь Демидов больше упирал на современную практику.
Ксении Алексеевне досталось иное обучение. Помимо пансионата, где она училась, за плечами сестры несколько дополнительных образований, полученных с помощью наставников, купленных Алексеем Александровичем. И среди них — история аристократических родов с глубоким изучением вопроса. Такое даже в Царском Государственном Университете не преподают.
 
Понятно, что я мог бы подключить искусственный интеллект с расчетом на то, что в будущем «Оракул» сможет щелкать древние манускрипты, как орешки. Но большинство исторических памятников, включая родовые книги, мало того что написаны архаичным языком, так еще и наполовину приукрашены.
Доверять им все равно что рассчитывать услышать правду от патологического лжеца. Тот случай, когда слепой очевидец пересказывал глухому писцу то, о чем слышал в кабаке после седьмой кружки пива — примерно столь же информативно и настолько же правдиво.
Ведь кто всерьез напишет мемуары, упустив шанс похвалить себя и очернить соседа?
Ксения Алексеевна вошла ко мне без стука. Влажные волосы по-прежнему собраны в высокий хвост, на плечах — белая свободная блузка со стоячим воротником, поверх которого наброшен шелковый платок с вологодским кружевом.
— Что у тебя случилось? — спросила сестра, опускаясь в кресло напротив моего стола и закидывая ногу на ногу.
Вместо ответа я включил телевизор на стене и вывел туда результаты теста ДНК монаха Василия. В соседнем окне открыл выводы искусственного интеллекта. Собственно, вся загвоздка как раз и заключалась в интерпретации результатов.
— Я, конечно, смогу и сам решить этот вопрос, — пояснил я княжне Казанской, — но подумал, что твоя помощь мне точно не помешает. Да и тебе ведь всегда интересны были такие случаи?
Сестра кивнула, хотя ее взгляд уже был занят списком возможного родства.
— А откуда родом этот человек? — уточнила Ксения, закончив смотреть результаты.
На меня она теперь смотрела со жгучим интересом в глазах. Было ясно, что любопытство сестры я разбередил, и теперь она постарается добиться ответа во что бы то ни стало.
— Предположительно, Греция, — ответил я, выводя фотографию Хранителя рядом со списком возможной родни.
— Это восхитительно! — глядя на лицо Василия, восторженно выдохнула княжна Казанская.
— Что именно?
Ксения посмотрела на меня с улыбкой.
— Дмитрий, что ты слышал о падении Византийской империи и фамилии Палеолог?
* * *
Разговор .
— Я поговорил с мальчиком, Людвиг, — произнес Василий. — И у меня появились вопросы, но не к нему, а к твоим действиям.
— Наш брат заслужил недоверие? — уточнил другой Хранитель.
— Я готов ответить на все вопросы, — спокойно сказал Людвиг.
— Мы доверили тебе связи с ключниками и внешним миром, — заговорил Василий, начиная издалека. — Я давно отошел от дел, и меня уже не заботят отдельные страны и люди. Но даже в мой удаленный монастырь дошли слухи о деяниях, которыми прославились ключники. Наши ключники, Людвиг.
— Как и было решено Кодексом, я не мог вмешиваться напрямую.
— И тем не менее ты допустил появление оружия массового поражения, от которого нас предрекали Основатели. Ты позволил ключникам использовать тайные знания, оставленные Основателями, чтобы создать оружие, к которому мир оказался не готов. И теперь только благодаря князю Романову, который, кстати, отказался вступать в наше общество и относится к нам с открытой неприязнью, мир еще не сгорел в новой магической резне.
— Что говорит мальчик? — вклинился в разговор четвертый Хранитель.
— Он смеется в лицо, стоит только вспомнить об угрозе сингуляра, — поморщившись, ответил Людвиг.
— И он рассуждает здраво, — перебил своего собрата Василий. — Кто из вас, прежде чем стать Хранителем, действительно верил, что явится некто, способный стереть с лица Земли человечество? Никто. Но не это главное. Благодаря действиям нашего брата Людвига, а точнее, его бездействию, имя общества ключников превратилось в синоним массовых убийц, террористов, маньяков и безумцев.