Мир Иной. Часть 1

– А смысл? Семён сказал, что клеймо нельзя вывести. Если есть оно, то какая разница, чем ещё вы меня наградили?
Он убрал ложку, опустил мою голову на подушку и сообщил:
– Охотники используют для портальных меток изначальную магию мёртвого драконьего пламени. При правильной обработке она совместима с внутренней силой любых магических существ, но бесследно растворяется в крови простых смертных. Для тех, в ком есть хоть мизерная капля собственной магии, концентрат портальной капсулы создаёт уникальный постоянный портал, связанный с ключом. Это уже не драконье пламя, а просто личная портальная энергия. А для клейма-пропуска используется кровь чернильного демона. Она совместима только с мёртвым драконьим пламенем. Такие метки никак не реагируют на уже преобразованную портальную магию. В твоём же случае из-за отсутствия собственной магии есть не преобразованное пламя и кровь демона. При благополучном исходе их слияния все сканеры будут распознавать тебя как демона-дракона, а такие существа подлежат немедленному уничтожению.
– Зашибись, ― восхитилась я. ― А при неблагополучном?
– Слияние может создать не поверхностную, а внутреннюю магическую основу. Это превратит тебя в настоящего демона-дракона.
– То есть меня здесь грохнут при любом раскладе, ― подытожила я. ― Супер! Мог бы сразу так и сказать, а не складывать в мою и без того больную голову всю эту псевдонаучную бредятину.
– Я не предполагал, что капсула может лопнуть, ― ответил он раздражённо. ― И если замедлить распространение портальной магии, она постепенно растворится. Тогда ничего ужасного с тобой не произойдёт, поэтому лежи и не дёргайся. Если, конечно, жить хочешь.
– В туалет под себя ходить? ― уточнила я.
Сероглазого этот вполне резонный вопрос поставил в тупик. Есть у него естественные для человека потребности или нет, но я-то нормальная. Мне и кушать надо, и нужду справлять. На одной водичке я долго не протяну, но даже она будет требовать выхода. Глеб молчал, рыжий старичок задумчиво моргал, поглаживая свою куцую бородку, а меня как прорвало.
– Памперсы купи, ― предложила я, уже не в силах сдерживать эмоции. ― И сиделку найми, которая их менять будет. А если лень заморачиваться, то просто сунь меня сразу в этот ваш расщепитель, который магическую пыль делает, и все проблемы решатся сами собой. Лучше бы прямо там на улице и добили, честное слово. Я же простая смертная, чего со мной возиться? Без меня и к Горынычу вашему претензий у вышестоящего начальства не возникнет. Можешь…
Он снова пробормотал себе под нос слова заклинания, создающего подобие магического кляпа. В том, что это именно заклинание, я к тому моменту уже нисколько не сомневалась. Мне хватило шопинга, чтобы понять, что в этой половине реальности возможно что угодно.
– Если нельзя замедлить пламя, я обращусь напрямую в министерство с полным докладом и просьбой избавить тебя от клейма, ― зловещим тоном пообещал мне сероглазый и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.
Я вопросительно уставилась на старичка. Он моргнул в ответ, втянул голову в плечи и смущённо сообщил:
– В этом случае тебе просто отрежут руку. По локоть.
 
Глава 7
 
Я проснулась в квартире маминых родственников. В приоткрытое окно ярко светило солнце. С улицы доносились привычные шум и запахи большого города. Левое плечо неприятно ныло, но это было ничем по сравнению с той болью, которую я пережила во сне. Всего лишь сон… Я не могла припомнить, как ложилась спать, но воспоминания о путешествии в мир Иной теперь казались смазанными и отрывочными, как бывает после особенно ярких и эмоциональных сновидений. Никакого клейма-закорючки на моей правой руке, конечно же, не обнаружилось. Было бы донельзя странно, если бы оно существовало. Кровь чернильного демона ― ну чушь же! Таких демонов не бывает. Ни фениксов не существует, ни драконов, ни иных миров. Мне это всё просто приснилось ― имена, лица, голоса и запахи. Особенно нелепым был финал. Сероглазый заставил меня выпить какую-то зловонную гадость, после которой мне стало только хуже. В комнату прокралось то самое уродливое клыкастое чудовище, втретившее нас во дворе ― оно запрыгнуло на постель и начало меня слюнявить. Я орала и отбивалась. Старичок вслух молился каким-то древним богам. А Глеб… Ой, это вообще уму непостижимо. Он прогнал чудовище и полез ко мне целоваться. А мне страшно, больно, ещё и слюни эти липкие повсюду… Случись нечто подобное на самом деле, я бы реально спятила.
  
Часы в телефоне показывали без четверти полдень ― в поликлинику ехать уже поздно, но на работу смотаться всё-таки надо, чтобы мне этот десятидневный больничный включили в зарплату за текущий месяц. За вчерашний день два пропущенных звонка ― один от мамы в пять часов вечера, а второй от Анжелки уже в восемь. Лика ещё и сообщение прислала о том, что запасной ключ от квартиры вернёт мне позже. «Я встретила прынца своей мечты. Всё остальное ― пыль», ― гласило её послание. Кому что, а Лике прынцы ― самое главное. Очередная игрушка на пару месяцев, после которой снова будут жалобы на то, что все мужики одинаковые. Я позвонила маме, но она оказалась занята и пообещала перезвонить мне позже. Вставать с постели не хотелось категорически. И надо вроде бы, но лень. Я сделала ещё один звонок ― на работу. Сказала начальнице, что не слишком хорошо себя чувствую, поэтому приеду завтра, а она в ответ предложила, чтобы я сфотографировала талон больничного листа на телефон, скинула фотку ей, а оригинал привезла позже, когда будет возможность. У нас же век высоких технологий, электронный документооборот и всё такое ― данные уже поступили, я могу вообще ни о чём не париться.
Этот день я провела в постели, ни в чём себе не отказывая ― смотрела телевизор, хомячила, переписывалась с Ликой в мессенджере. Она прислала мне фотографию своего нового прынца, а я в ответ скинула портрет предыдущего с подписью: «Найди 10 отличий». Ну и понеслось ― этот не такой, у него моральные ценности, страстная романтическая натура, адекватный размер амбиций и всё такое. Короче, ничего нового. У прежнего её хахаля амбиций было столько, что если превратить их в снег, весь наш мегаполис завалило бы по крыши небоскрёбов. Собственно, из-за этого они и расстались.
После переписки с ней я всё-таки набралась решимости удалить из телефона все наши со Стасом совместные фото. И те, на которых есть только он. Пока я лежала в больнице, экс-жених ни разу не позвонил мне и не написал ― словно мы никогда и не были знакомы. Я тоже не проявляла инициативу, потому что мосты были сожжены не мной ― не мне их и восстанавливать. Да и кому это надо? Ясно же было сказано ― мы не пара. Фотки жалко, конечно, это всё-таки память, но, как говорится, «с глаз долой ― из сердца вон». Особенно жаль было удалять общую фотку, сделанную весной в клубе, где мы большой компанией отмечали моё двадцатипятилетие. На ней были запечатлены воспоминания не только о Стасике, но и о друзьях, которых я из-за него растеряла. Наверное, нельзя считать в этом виноватым только его, я ведь сама так расставила свои приоритеты, что любимый оказался важнее кого бы то ни было. Из всей прежней компании Лика только одна со мной и осталась, а раньше нас была целая развесёлая банда.
Я уже поднесла палец к иконке с изображением корзины, когда взгляд зацепился за профиль высокого мужчины, случайно попавшего в кадр. Вспышка при съёмке осветила только левую половину его лица, но даже так я сразу же узнала этого человека. Это Генка! Потомок Кощея Бессмертного! Подумала так и мысленно обругала саму себя за глупость ― я просто видела тогда его в баре, поэтому образ и отложился где-то в подсознании, а теперь вылез через сон. Другого объяснения просто не может быть. Поудаляла все оставшиеся фотографии, положила телефон на тумбочку, уставилась в потолок и поняла, что сон оставил мне неизгладимые впечатления ― сердце колотилось так, словно собиралось выпрыгнуть из грудной клетки и куда-то ускакать. Запоздало осознала оплошность ― надо было не удалять эту фотку, а спросить про парня у Лики. Она в этом клубе почти каждый вечер тусит, должна знать долговязого. Я вспомнила, что отправляла снимки через мессенджер маме. Нашла их в переписке, перебросила нужный кадр Анжелике и спросила про незнакомца на заднем плане. Спустя пару минут телефон разразился весёлой трелью ― Лика решила не тратить время на переписку и позвонила.