Маска (СИ)
Хоть в чём-то повезло. Если бы первая пара началась в компании второго курса, вытрясывающего из меня проверенные курсачи, мне бы потребовалась дежурная карета скорой и, желательно, полиция. Хорошо, когда есть друг-полицейский Стас. Плохо, когда они с Ирой ссорятся.
Подходя ближе к лестничной клетке, я стала невольным свидетелем быстро распространяющихся сплетен. Коридоры пустые, только мои могут беседовать…
— …Прикинь? Выгнала его на**й, — м-м-м, Апина. Высокоинтеллектуальненько. — Сказала типа: "никаких выступлений, а я прослежу".
— Да сам виноват! Начал дразнить, что ему оценки рисуют, — понятно… Я не то, что бы вспомнила, о ком идёт речь… Если окружающие не перестанут всё время напоминать мне об этом гадёныше, я действительно доведу дело до конца. Ну как тут отступить? — Хотя… Вы**ываться перед Вилкой — это надо иметь стальные яйца…
Чего? Какой бред!
— Ты чё, какие яйца? Он выглядит, как тёлка… — а вот тут согласна, Апина. На экзамене, пожалуй, вытяну тебя. — Тихо, идёт.
Я шагнула на этаж. На грязных болтливых ртах заиграли невинные улыбочки. Друзья, ну что у вас с лицами? Ведёте себя, как суки — будьте ими до конца. Пример у вас перед глазами.
— Виолетта Сергеевна, здрасьте.
— От препода отстаньте, — я вставила ключ в замок и начала над ним издеваться. Двадцатая аудитория никогда не открывалась с первого раза…
— Наконец-то, ваше любимое приветствие. Значит, вы в хорошем настроении? — не дождётесь.
Раздражаясь над старым неподатливым замком, я тряхнула тяжёлой сумкой, забыв, что она порвалась. Бумажки прорвали дно сумки.
— Ох, блин, давайте, помогу…
Давно бы уже, блин, помог, Степанов! Я прорычала что-то неразборчиво-матерное, а затем с моей небольшой компанией заползала по полу, подбирая лекции. Парнишка открыл дверь.
В группе магов было всего пять человек. Вечно пристающий с разговорами Степанов Артём, три способные серьёзные девушки — студентки с явно садомазохистскими наклонностями, раз повторно поступили на направление, возглавлявшееся мной — и ещё одна краля, Апина Настя, которую родители заставили идти в магистратуру против её непреодолимых стремлений стать консультантом в "М'этуале".
Я всегда поражалась, откуда столько представительниц слабого пола на электротехническом факультете. Да и сам Артём, не факт, что поступил ради образования. Но все они, кроме Насти, были моими дипломниками в прошлом году. Поэтому, наше общение в каком-то извращенном смысле можно было назвать дружбой.
Восемь часов, двадцать одна минута. Мы зашли в душную аудиторию, где шпарили батареи. Включили свет. За окнами, покрытыми инеем, ещё была чернота. Вешалка переполнилась дутыми куртками.
— Так, — я стала раскладывать на столе пыльные бумажки в несколько слоёв, отсортировывая их по смыслу. И вдруг вспомнила, что понятия не имею, о чём буду просвещать сегодня магистрантов. На эту дисциплину было отведено мало часов, и все они оказались втиснуты в декабрь. Что же это за день такой скверный…
— Виолетта Сергеевна, как ваши дела?
Я медленно подняла взгляд на сияющего улыбкой мага и оскалилась. Тёмик какой-то выспавшийся, гиперактивный сегодня. Нехороший человек.
— Отстой дела, а твои? — я громко хлопнула рукой поверх образовавшийся стопки лекций и насупилась.
— Ого… Что случилось? — он заметно смутился, поняв, что зря вступил в диалог. Да, лучше не лезть на рожон. — Вы такая уставшая…
Истинный джентльмен. Белобрысый, противный такой.
— Случилось… Александру Вадимовичу пришло распоряжение снова скорректировать учебный план. Не знаю я, что вам читать сегодня…
— А может… Мы посидим тихонько?
Зря он это. Ох, зря… Убедившись через злой прищур, что вся компания жаждала профилонить лекцию, я спародировала Степанова скрипучим голосом.
— Нет, не посидите!
Сейчас Вилка разберётся, и будем учиться в поте лица. Группа нехотя замолкла на какое-то время, пока я начала вчитываться в напечатанные Иришкой расчёты. Кажется, студентов не устраивало происходящее…
— А… Правда, что вы стали организатором зимнего бала? Никогда бы не поду…
Лажовый отвлекающий манёвр.
— Кто вам это сказал? Перваши? Вы же знаете по своему опыту, у них проблемы с пониманием. И со слухом…
— Так а я сам вчера слышал. Я ж приходил. Круто вы вчера… Уделали клоуна.
Нет, ну это просто невыносимо! Все обсуждают бал, Кудрявую Башку, как пугающе пересказывала одногруппникам Апина, посланного благим матом. А я даже не могу найти на него управу! Нигде не дают покоя! Ни дома, ни на работе!
У меня заверещало в груди от несправедливости, нестерпимо захотелось взвизгнуть.
— Давайте вы не будете напоминать мне об участии в этом позорном мероприятии? — из моего рта донёсся судорожный смешок, и группа вдруг начала кататься по партам от хохота. Трудно было не улыбнуться.
Надеюсь, договорились.
— А вы уже знаете, у нас в пятницу стоит лекция с вами во время этого «позорного мероприятия»? — Я не только перестала улыбаться, а ещё и выпучила глаза так, что белкам стало холодно.
Обескураженная новостями, схватилась за телефон, открывая расписание… САУ две лекции подряд до восьми вечера — и это после четырех лабораторных! Куда смотрит учебное управление?
— Вы же нас отпустите пораньше на репетицию? — дурак, Степанов! Помолчи!
Я убедилась, что моё окошко забито донельзя, и напряжённо выдохнула. Вот это подарок к новому году… А я ведь даже не успела порассуждать над советом Кудрявой Башки: он же озвучил эту гениальную идею — явиться в день бала для виду. При всём неуважении — это действительно походило на успешный план. Но теперь у меня не было повода уйти домой! С пар — да сразу в актовый зал, и никаких окон. Ещё и студентов отпускать… С какой стати?
Я отчаянно нырнула взглядом в лекции, мало контролируя шумное от злости дыхание.
Ну? Мы сегодня хоть что-нибудь напишем?
— Всё! Все вопросы после! Время просвещаться.
Малочисленный коллектив недовольно загундел — меня саму поражало то, сколько было позволено магам. Любые другие особо эмоционирующие студентики на их месте уже бы подверглись репрессиям. Экспресс-опрос на уровень знания моей дисциплины и неуд в столбик.
Мне стоило больших трудов уткнуться в дифференциалы. Как вдруг, разукрашенная, словно пасхальное яйцо, Апина залепетала. Хм, Иришка, порой, выглядела также. А мода на куриные задницы вместо губ когда-нибудь пройдёт?
— Виолетт Сергеевна, может, мы сфоткаем лучше? А то не успеем всё написать…
Нет, подождите! Ну как можно было изменить в течение семестра расписание так, что у меня отобрали вечер пятницы? Кошмар какой-то! Нет, я всё же позвоню в это учебное управление… Что за придурошная там сидит и гадит мне личную жизнь!
…Сфоткать лекцию? Она сказала сфоткать…
— Да, давайте! — Я самозабвенно швырнула бумажки студентам на растерзание. — Тема: "Расчет амплитудно-фазовой частотной характеристики". Когда вернусь, хочу услышать внятный ответ у доски с примерами. Разбирайтесь…
Схватив телефон, я выскочила в коридор, громко отбивая каблуками, словно горная козлиха, и уже находу наяривала пальцем по журналу номеров.
Ну! И? Где эта…? Ксюшечка?!
Пятиминутные поиски увенчались истерическим припадком. Язык безвольно начал нашептывать гадости, которыми я собиралась апеллировать перед сотрудницей, составляющей учебный график. Меня уже потряхивало, губы натянулись в ожесточенной улыбке… И вот, ее мерзкий писклявый голосочек…
— Учебное управление слушает.
— Ксения, — обойдёмся без отчества, — Здравствуйте! Хотела узнать… — уф, голос скандальной бабки, дозвонившейся в ЖЭК, активирован. — Что у меня случилось с нечетной пятницей?
— Виолетта Сергеевна?.. Вы звоните?.. — трусиха, тут же занервничала. В трубке раздался протяжный дрожащий вздох. — А что с ней? Открываю план…
Вы мне её изговнили, Ксюшечка!
— Вы мне её забили парами, сколько в трудовом кодексе не положено!.. Ксюшечка! — бьём сразу в слабое место, без прелюдий. — Переносите САУ на другое время!