Разыскиваются полицией

— Нет! Не надо! — закричала Дайана, обняла Гейл, и они медленно опустились на скамью.
Эфирд сбросил со стула коробку и устроился напротив.
— Итак, нам необходимо решить, как лучше поступить.
— Я уже купила билеты, — сообщила Гейл. — Мы улетаем во Францию. Могу вам показать. И паспорта. У меня с собой наши паспорта.
Детектив задумался, но пистолета не убрал.
— Я вас не знаю, — продолжила Гейл. — Мне нет до вас никакого дела. Мне безразлично, что вы натворили. У меня одна забота: забрать подругу и увезти как можно дальше от службы федеральных маршалов. Нас разыскивает полиция.
— Эфирд, — подхватила Дайана, — отпусти нас. Обещаю, ты о нас не услышишь. А что случится с тобой — твое дело. Засадивший меня в тюрьму человек умер. Мне нечего больше желать. Я не собираюсь добиваться правосудия — бесполезно заниматься подобной чепухой. Позволь нам уйти — это лучший для тебя выход.
Эфирд слушал и размышлял. Было очевидно, что он перебирает в голове варианты. Затем выражение его лица переменилось, глаза подернулись тенью, черты стали жестче.
— Если я вас отпущу, то всю оставшуюся жизнь стану опасаться, как бы вы не вернулись. Или бояться, что вы уже вернулись и судья подписал ордер на мой арест. — Эфирд откинулся на спинку стула. — Откуда мне знать, что, оказавшись там, куда вы рвете когти, вы не решите на меня капнуть? Не позвоните окружному прокурору и не сольете информацию? — Он подался вперед. И при этом медленно водил рукой, направляя пистолет то на Гейл, то на Дайану. — Нет, так не пойдет.
Дайана наклонилась вперед и оперлась ладонями на колени.
— Со мной друг, — произнесла Гейл. — Он остался в машине. Я попросила его, чтобы он вызвал полицию, если я не вернусь через пять минут.
Детектив сидел и переваривал услышанное, а потом весело расхохотался:
— Хочешь, чтобы я в это поверил?
— Не важно, поверите или нет. Это факт.
— Эфирд, подумай, — подхватила Дайана и уронила голову на руки.
Ладонь скользнула к полу. Со стороны казалось, будто она настолько измучена, что не в состоянии умолять словами, и этой позой просит их пощадить. Пальцы все ближе к ботинку, где спрятан миниатюрный пистолет. Дайана понимала, что оружие нужно выхватить одним движением и сразу выпустить в противника пулю.
Вдруг Эфирд поспешно отвел от них взгляд и уставился на решетчатую дверь. Она распахнулась, и в трейлер ворвался Ренфро с пистолетом в руке. Он оценил открывшуюся перед ним картину. Затем молча бросился на детектива. Рука Эфирда метнулась в его сторону. Детектив нажал на курок. В салоне раздался оглушительный грохот. Ренфро нырнул на пол. Эфирд навис над ним, готовясь сделать роковой выстрел в свернувшуюся у ног мишень. Но в этот момент Дайана выхватила из ботинка оружие, повернулась к Эфирду, направила на него ствол, и пули пронзили тело. Эфирд удивленно, будто желая понять, откуда это взялось, повернулся к ней. Дайана, приблизившись, еще дважды нажала на курок. Швырнула на пол пистолет и отобрала у Эфирда «глок», пока он, размахивая, как акробат, руками, оседал на подламывающихся длинных ногах. На груди темнели пять пулевых отверстий, и из них на пол стекала жизненная сила детектива.
Ренфро поднялся с пола и шагнул к Дайане. Обнял за плечи, притянул к себе:
— Слава Богу!
Гейл тоже оказалась рядом, положила ладонь на талию подруги, и все трое стояли и смотрели на тело Эфирда. Первым очнулся Ренфро.
— Думаю, нам надо освободить помещение.
— Да, — согласилась Гейл. Мыслями она была далеко. Ничего этого не произошло. Она станет делать все, как ей скажет Ренфро. Надо спешить в аэропорт.
А Дайана даже не пыталась соображать. Поступала так, как говорил приятель, — взяла подругу за руку и повела к автомобилю, тому, из бюро проката. В котором они намеревались бежать. В нем она улизнула от Гейл. Села за руль и оставалась в машине целую вечность. Пока эту вечность не прервали вспышки красного, белого и синего света. С шоссе на лесную дорогу, поднимая клубы пыли, ворвался патрульный автомобиль. Полицейские ехали по маршрутному коду «два» — без сирены, с одними проблесковыми маячками.
 
Дайана смотрела в ветровое стекло.
— Проклятие! — выругалась Гейл. Она сжалась, точно водно мгновение усохла, сморщилась, превратилась в ничто.
— Гейл! — Дайана открыла дверцу, метнулась к багажнику и открыла его. — Давай с этой стороны! Назад! Залезай в багажник! Живее!
Гейл выбралась из водительской дверцы, залезла в багажник и потянула за собой крышку. Раздался щелчок, замок закрылся. Дайана осталась снаружи. Она вернулась к водительскому месту, облокотилась на дверцу и поставила ногу на подножку. Наблюдала за приближающейся машиной и надеялась, что те, кто в ней сидел, не заметили, как открывалась крышка багажника. В голове не складывалось ни единой фразы. Гейл. Тюрьма. Эфирд. Побег. Слова порхали свободно, как бабочки.
Автомобиль затормозил. Распахнулась водительская дверца.
Шериф Лоув обвел глазами местность. Помощник выскочил с водительского места как раз в тот момент, когда из трейлера Эфирда поспешно появился Ренфро и сбежал по ступенькам.
— Шериф! — окликнул он Лоува. — Вы именно тот человек, которого я надеялся увидеть.
Гиб Лоув заткнул пальцы за портупею и, раскачиваясь на каблуках, не сразу ответил на рукопожатие.
— Полагаю, мне нет нужды вас знакомить, — лукаво улыбнулся Ренфро.
Шериф повернулся в сторону Дайаны, и она была готова поклясться, что он вот-вот грохнется в обморок.
— Вы ли это, юная леди? — пробормотал он. — Насколько я понимаю, вы в данный момент в розыске.
— Шериф, — произнес Ренфро, — Дайана не виновата. Ее подставили, как она и утверждала с самого начала. Если честно, какое-то время мы думали, что вы тоже приложили к этому руку.
— Черчпин? — Гиб Лоув не сводил с Дайаны глаз.
Она медленно наклонила голову. Ренфро кивнул в сторону дома на колесах:
— Там вы найдете труп. А это, — он указал на Дайану, — полицейский, его следует восстановить в правах.
— В этом нет необходимости, — ответила она.
Ренфро нахмурился. Дайана энергично тряхнула головой.
Шериф удивленно спросил:
— Чей труп?
— Детектива Эфирда. Не знаю, куда он дел тело, но некоторое время назад Эфирд застрелил Джимми Рэя, занимавшегося наркотиками.
Шериф Лоув молча смотрел на Ренфро.
— Я слышал, как он сам признался, — продолжил тот. — Эфирд сидел в трейлере рядом с кухонным окном и рассказывал офицеру полиции Уэллман, что они вместе с Джимми Рэем Смитом совершили убийства на озере Болтон и много чего другого.
Дайана слушала, как Ренфро выкладывал все шерифу. Оказывается, он не пропустил ни единого слова Эфирда. Услышав шум, детектив решил, что в отбросах роется енот, а это, оказывается, был Ренфро, прятавшийся под окном кухни. Дайана старалась сосредоточиться, но думала лишь об одном: Гейл по-прежнему в багажнике. Надо скорее сматываться. Она заметила, как менялось выражение лица шерифа по мере того, как говорил Ренфро: сначала было недоверчивым, затем сделалось сердитым, а потом на нем появилось нечто вроде сострадания.
Дайана села за руль, надеясь, что это побудит Ренфро поспешить. Тот бросил на нее взгляд, сказал еще несколько слов шерифу, и тот важно кивнул. Ренфро направился к машине, и — какая удача! — они наконец могут ехать. Договорились, что встретятся с шерифом через час в его кабинете. Следовало дать показания. Таковы правила, протокол. Ведь Дайана еще не вышла на свободу.
Она завела мотор и включила передачу, но тут шериф махнул им рукой:
— Подождите минутку! — Он приблизился к машине и, опершись крепкой ладонью о дверцу, наклонился к водительскому окну. — Мне жаль, что с вами такое случилось. Очень жаль.
— Спасибо, — сказала Дайана как можно искреннее, хотя понимала, что должно пройти время, пока она не поймет, хочется ли ей благодарить шерифа или нет. Она не могла разобраться, то ли он преступник, то ли преступно не способен заниматься своим делом.