Разыскиваются полицией

Дайана вернулась на диван и села. От того, что она провела столько времени скрюченной под трейлером, ломило спину. Дайана освободила диван, скинув с него вещи на пол, и растянулась отдохнуть, устроившись на боку, чтобы оружие не впивалось в живот и спину. Дайана не желала излишних удобств, и хотя перевалило за полночь, о сне не могло быть и речи.
Ее разбудил шум подъезжающей машины. Дайана поспешно вскочила, проверила оружие и направилась к двери.
Эфирд остановил «ягуар» рядом с ее автомобилем, вышел и улыбнулся:
— Давно здесь?
— Кто-то побывал в твоем доме. — Она шагнула в трейлер.
— Что за дьявольщина?
Дайана любовалась тем, как он умело разыгрывал удивление.
— Джимми Рэй не с тобой? Это не его тачка?
— Попросил подвезти его из клуба, а сам завалился домой с какой-то блондинкой, — объяснил детектив.
Они стояли так близко друг от друга, что Дайана ощущала, как его пот отдавал запахом страха.
— Черт возьми, Эфирд, у тебя такой вид, точно ты пробежал три мили. Хоть выжимай.
Он подмигнул ей и улыбнулся:
— Не один Джимми Рэй сегодня потрудился на славу. Я тоже успел по-быстрому перепихнуться. — Детектив понюхал свою подмышку. — Что, дурно пахну?
Дайана шмыгнула носом.
— Ничего, переживу.
— Кто же это натворил? — Эфирд повел вокруг рукой и огляделся.
Когда он вошел в кухню, под ногами хрустнули рассыпанные спагетти. Нашел в свалке на столе два стакана, виски, заметил рисунок. Покосился на Дайану, поднял и швырнул на шкаф рядом с раковиной.
— Спасибо, мне не надо виски, — предупредила она. — Я за рулем.
Эфирд налил себе двойную порцию, проглотил и с облегчением вздохнул.
— Это мой пистолет у тебя за поясом?
Дайана кивнула:
— Валялся на кровати. Надо понимать, тот, кто устроил здесь разгром, приходил не за ценностями.
— Можно получить его обратно?
Она вынула оружие из-за пояса и подала Эфирду.
— Патрон в патроннике, — предупредила она. — Я боялась, что тот, кто все это натворил, может вернуться. Но пока никто не объявлялся.
— Ну вот, теперь я вооружен. — Детектив положил пистолет рядом с собой на стол. — Что тебя привело ко мне? Что-нибудь удалось узнать?
— Только то, что пора валить. Как можно дальше отсюда и никогда не возвращаться.
— А точнее?
— Нет. — Дайана положила руки на колени, но одну сдвинула так, чтобы она находилась ближе к пистолету. — Я знаю, что ты убил Джимми Рэя.
Голова Эфирда дернулась назад, будто ему нанесли удар в челюсть.
— Что ты сказала? — От удивления он перешел на шепот.
— Я была здесь, когда Джимми Рэй направил на тебя пистолет. И видела, как ты застрелил его.
Детектив отпрянул, но быстро пришел в себя и спокойно произнес:
— Вот как?
— Чего он хотел? Что искал?
— Вряд ли тебе это надо знать.
— Я могу спасти тебя от тюрьмы, — заявила Дайана. — Рассказать, как все произошло.
— Только для этого тебе придется сесть самой.
— Не придется, если я докажу, что меня подставили.
— Это будет непросто. Если учесть, что тот, кто это сделал, теперь совсем-совсем холодный.
Его слова оглушили, как удар в солнечное сплетение, Дайана задохнулась и вскочила. Эфирд молниеносно отклонился в сторону и накрыл рукой лежащий на столе «глок». Она медленно подняла руки и развела в стороны, давая понять, что в ее жесте нет угрозы. Эфирд успокоился и покачал головой:
— Что ты, девочка? Зачем так пугать дядю?
— Извини, не знала, как воспринять эту новость. — Дайана вошла в гостиную, обвела взглядом царящий там беспорядок и повернулась к Эфирду. — Так это Джимми Рэй?
Он кивнул, как обычно это делал, когда считал, что дело раскрыто и можно выезжать арестовывать преступника. Все в порядке — справедливость восторжествовала.
Дайана встала к нему спиной. И неожиданно увидела это. На полу названием вниз лежала книга в ярком, сбившемся на сторону белом супере. «Большая белая ложь». Она покосилась на детектива, переступила через коробку и подняла томик. Да, это ее. Та самая, что находилась в ее кейсе в злополучную ночь. Ее экслибрис на внутренней стороне обложки. Дайана закрыла книгу, поправила супер, вернулась к Эфирду и положила томик между ними на стол.
 
— Это Джимми Рэй тебе дал?
Детектив отрицательно покачал головой и сделал большой глоток виски, наблюдая за Дайаной.
— Что у тебя еще есть из моих вещей? Кейс? Моя любимая авторучка?
Она неподвижно сидела и смотрела Эфирду в лицо. Внезапно ей показалось, что из него исторгнулся и покатился в ее сторону сгусток энергии, комок ярких пляшущих молекул. Даже пришлось сделать усилие, чтобы он не отбросил ее назад. Ком был над ней и под ней, обволакивал со всех сторон, переполняя всепоглощающим, жутким страхом. Но в следующее мгновение прокатился дальше и исчез. Дайана ощущала себя так, будто ее со всей силой ударили в живот. Ей не хватало воздуха, она задыхалась.
Дайана не сомневалась, что перед ней сидит человек, который в одиночку или вместе с другими совершил убийство на озере Болтон.
— Это он подложил в мою квартиру наркотики? Я правильно поняла?
Она надеялась, что ее слова прозвучали не слишком глупо. Надо было что-то сказать, и быстрее. Принудить Эфирда продолжить разговор, а самой ломать голову, как выбраться из создавшегося положения. Если вообще возможно из него выбраться.
— Ты разве не слышала?
— Откуда ты знаешь?
— Верь мне. Это он подсунул дурь в твою хату, а потом отправил к федералам одного из своих информаторов. Агенты управления по контролю за соблюдением законов о наркотиках не предполагали, что участвуют в подставе.
Джимми Рэй и Эфирд. Дайана почувствовала, как в ней зарождается злость, ударяет в голову и переполняет мозг, точно гудящий рой шершней. Сознание услужливо воспроизвело картину ареста — ее ареста. Ей стало муторно, к горлу подкатила тошнота.
— Подонок! — тихо произнесла Дайана.
Надо обвинять одного Джимми Рэя и ни в коем случае не показывать, что подозревает Эфирда. Пусть не подумает… не подумает что? Пусть не подумает, что она на него злится. Именно. Переполнявшая ее ярость сыграла с чувствами странную штуку: Дайана успокоилась. Перестала волноваться.
Снаружи послышалась какая-то возня. Эфирд вскочил и ударил рукой по выключателю — в трейлере стало темно, только снаружи в кухонное окно просачивался тусклый свет от гирлянды во дворе. Дайана увидела, как Эфирд пригнулся у двери и выглянул наружу. Затем метнулся по коридору к задней двери из кухни.
Она проследила за ним взглядом. Может, сейчас? Выскочить через переднюю дверь и броситься к машине? Дайана посмотрела в окно и прикинула расстояние. Не сводя глаз с всматривающегося в темноту Эфирда, переместилась к краю скамьи. Начала вставать, но внезапно детектив обернулся, посмотрел на нее, запер дверь и крикнул:
— Брысь отсюда! Убирайся! Живо!
Дайана медленно опустилась на скамью и заняла прежнее место за столом. Вернувшись, Эфирд сделал глоток виски и объяснил:
— Еноты, чтоб им пусто было! Приходят поживиться мусором. Этот урод дождется, я его прихлопну!
Дайана заметила сбоку на его джинсовой рубашке, прямо на шве, маленькое пятнышко крови. Эфирд тяжело вздохнул. Так ведут себя люди, решившиеся на трудное дело, за которое большинство не захотело бы браться.
— Знаешь, что искал Джимми Рэй, когда приходил сюда сегодня?
— Полагаю, это как-то связано с Черчпином.
Детектив кивнул. Открыл дверцу холодильника, достал коробку с замороженной пиццей и вытащил из-под нее большой пластиковый пакет. Бросил его на стол перед Дайаной. Она открыла застежку и вытряхнула находившуюся внутри бумагу.
Письмо. От Черчпина — матери.
— Тебе нет необходимости читать его. Я скажу, что там написано. — Эфирд уселся за стол, оперся на него локтями и подался вперед. — Там говорится, что, когда Линда бросила Черчпина, он заставил ее охмурить меня. Наверное, пригрозил, что вышибет из нее душу. Он же был моим информатором. Одним из многих. Самым лучшим. Дальше там сказано: он совершенно уверен, что Линда не застрелилась, а ее убил я, узнав, что она посвящает его в мои дела.