Разыскиваются полицией

— Ты хорошо справилась, — похвалил Ренфро. — Встретил бы тебя на улице и не узнал бы. — Он погладил ее волосы и добавил: — Пожалуй, немного перестаралась…
— Если понадобится опять менять внешность, придется воспользоваться париком или причесаться под могавка.
— Будем надеяться, не понадобится.
Гейл остановилась у конторки выяснить маршрут пробежки. Служащий, ухоженный молодой человек с безукоризненной внешностью, положил перед ней карту.
— На какое расстояние вы хотите бежать? — спросил он.
— Думаю, на сегодняшний вечер будет довольно мили, — ответила она, подумав: «Буду бежать до тех пор, пока за мной не перестанут гнаться».
  
Глава шестнадцатая
 
Дайана закрыла стенограмму и аккуратно положила на сиденье между собой и Ренфро. Текст содержал свидетельские показания шерифа и вызванного штатом судебного стоматолога. Остальные тома находились в портфеле на заднем сиденье. Не менее двух тысяч страниц. Правда и ничего, кроме правды, чернилами по бумаге.
— Что-то я не догоняю, — призналась Дайана. — Ты сказал, здесь содержатся доказательства, что они оговорили Черчпина?
Ренфро повернулся и привалился к пассажирской дверце.
— Я не говорил этого. Сказал лишь, что я согласен с тобой, что его посадили за преступление, которого он не совершал. И так оно и есть. Ты прочитала показания дантиста?
— И что в них такого?
— Следы зубов на одном из женских трупов соответствуют прикусу Черчпина.
— Я понимаю, о ком ты.
— Заглянул в Интернет и выяснил, кто такой этот дантист. Он официально зарегистрирован в ассоциации стоматологов, которая выдает сертификаты на право заниматься профессией, однако до сих пор набирает баллы для экзамена. Необходимо иметь определенное количество баллов, и после этого человека сертифицируют и ему официально разрешается работать. Один из способов зарабатывать баллы — давать свидетельские показания на заседаниях суда.
— А разве для того, чтобы давать показания в суде, не нужно сначала получить сертификат?
— Мне тоже кажется, что тут все повернуто с ног на голову. Однако привлекло меня не это. Догадайся, какую школу оканчивал этот тип?
Дайана пожала плечами.
— «Раунд-Рок». — Ренфро наклонился к ней так близко, что она решила, будто он собирается ее поцеловать. — Класс 1976 года, — прошептал он. — Ну-ка, пошевели мозгами, кто с ним учился и получил аттестат в тот же год?
Дайана молчала.
— Гиб Лоув. Они были в одной легкоатлетической команде.
— Лоув занимался легкой атлетикой?
— Мало того. Его приятель еще метал диск.
Дайана разочарованно откинулась на сиденье.
— Что это доказывает? Вообще ничего не доказывает.
— Я понимаю. — Ренфро нервно поерзал. — Но согласись, это попахивает сговором: окружной прокурор вызывает свидетелем по очень важному делу, в котором хочет непременно добиться обвинительного приговора, бывшего одноклассника шерифа. И этот свидетель даже не обладает дипломом. Не лучше ли было пригласить компетентного человека?
— Разумеется. Но этого недостаточно.
— Все-таки лучше, чем ничего.
— Ренфро, я ценю то, что ты откопал, однако присяжные приняли показания этого малого за чистую монету.
— А окружной прокурор, судя по всему, расплатился звонкой монетой. Наличной зеленью.
— Подонок… — Дайана взяла Ренфро за руку. — Когда ты все успел? Откуда у тебя время?
— Выкроил, — усмехнулся он. — Вспоминал тебя каждый день.
— Спасибо. — Она прижала его руку к губам и поцеловала кончики пальцев. — Это очень мило. — Выпустила руку, и она упала на стенограмму, словно Ренфро был не в состоянии держать ее на весу. — Я тоже по тебе скучала.
— Эфирд не слишком помог. Я пытался обсудить с ним дело Черчпина, но он готов был говорить лишь об одном — о тебе. — Ренфро положил руку на спинку сиденья и легонько дотронулся до плеча Дайаны. — Словно помешался.
— У меня ничего с ним не было, — промолвила Дайана. — Никогда и ничего.
Ренфро кивнул.
— Я чуть не написал тебе об этом. Но не знаю, что бы подумали те, кто читает нашу переписку. Хотел переслать с официальной почтой, но решил, что это опасно.
 
— Мог бы погореть. Шеф не одобрил бы контактов с осужденной.
— Да я и не знал, что сказать. Боялся загнать тебя еще больше, ты и без того была загнана.
— Куда бы я смогла убежать?
— Ведь убежала же.
— У меня не оставалось выбора.
— Не могу поверить, что ты это провернула. Просто удивительно.
— Эфирд не пожелал с тобой беседовать?
Дайана старалась сгладить неприятное ощущение от возникшего у обоих осознания, что все кардинально переменилось. Что, вероятно, ей придется исчезнуть из Техаса и у них нет надежды на общее будущее. Если только Ренфро бросит привычную жизнь и последует за ней…
— А как удалось…
— Вот уж никогда не признаюсь, — шутливо произнесла Дайана. — Где теперь проживает Эфирд?
— Придется тебе показать. Это в стороне от больших дорог.
— Тебе нельзя меня сопровождать. Он взбесится, и твоя карьера разрушится. Слышал о таком понятии — «укрывательство преступника в бегах»?
— А если он взбесится и нападет на тебя?
Дайана приподняла край рубашки и повернулась на сиденье так, чтобы Ренфро заметил рукоятку пистолета.
— Как-нибудь спасусь, — рассмеялась она. — Опасная преступница — я. Бояться следует меня. — Дайана хотела казаться веселой, но слова застревали в горле.
Преступница. Осужденная. Чудовище. Отличное от человека существо, которого следует презирать и бояться.
— Я с тобой! — решительно заявил Ренфро. — Если у тебя нет никого на примете иного. Кстати, где твоя сокамерница? Вы разделились?
— Это касается лишь меня и ее. Моя проблема.
— Ты не поедешь туда одна.
— Поеду. Я не собираюсь впутывать тебя в это дело. Больше, чем ты уже впутался. Ни в коей мере. И он не сумеет причинить мне вред.
Ренфро вздохнул, взял стенограмму и начал рисовать план на задней стороне обложки.
— Позвони мне. Я напишу здесь номер моего мобильного.
— Нет!
Ренфро покачал головой:
— Прошу тебя, позвони и сообщи, что с тобой все в порядке.
— Не пиши. Просто скажи. Я запомню.
Он удивленно уставился на нее.
— Если со мной что-нибудь случится, я не хочу, чтобы у меня нашли номер твоего телефона, — объяснила Дайана. — У тебя, случайно, нет с собой кувалды?
Ренфро, продолжая вычерчивать план, покачал головой.
— Зачем тебе?
— Для страховки.
— Не вешай мне лапшу на уши, — хмыкнул он. — Хотя магазин инструментов еще открыт.
— Когда ты обзавелся мобильным телефоном? — Дайана смотрела, как он писал названия улиц аккуратными печатными буквами. Ей нравился его разборчивый, красивый почерк.
— Примерно через месяц после того, как тебя посадили. Сама понимаешь, от женщин не стало отбоя. — Ренфро улыбнулся и подмигнул. И она потянулась коснуться его щеки.
— Еще бы.
— Но я всем давал от ворот поворот. Говорил, что в их приглашениях на свидания не хватает твердости. — Ренфро притянул Дайану к себе, обнял за плечи и прошептал: — Признайся, в тюрьме у тебя были романы? — Он провел пальцем по ее ключице и нарисовал линию к сердцу.
— Так я тебе и сказала.
— А я надеялся.
— Не дождешься.
— Кто-нибудь приставал к тебе?
— Только не по поводу секса.
— Времени не хватило.
Дайана почувствовала, как его пальцы расстегивают пуговицы на ее блузке; теплота от его прикосновений проникала в самое нутро, превращаясь в желание.
— Не могу поверить, что ты рядом, — промолвил Ренфро и потянулся поцеловать ее. — Я считал, мне понадобится много-много лет, чтобы вытащить тебя оттуда. — Он еще крепче прижал ее к себе. — Я скучал по тебе, родная.
Они сидели обнявшись. В салоне машины становилось темнее, на небе появились первые звезды. Прошло еще немного времени, Ренфро посмотрел на Дайану и улыбнулся: