Разыскиваются полицией

В вагоне Гейл закрыла за собой дверь в спальное купе и поставила зеленый чемодан на колесиках с убирающейся ручкой. Привалилась к двери, тяжело вздохнула и огляделась.
— Опять невыносимо маленькое помещение. Когда я получу достаточно пространства?
— Когда попадем в Техас. Он славится своими просторами.
Перегородки купе были отделаны бежевым пластиком. Дайана постучала по стенке пальцем. Гейл нахмурилась:
— В билете указано Чикаго. Вот куда мы едем.
— Да. Сойдем в Чикаго, встретимся с твоими друзьями, получим новые документы и возьмем билеты до Техаса.
— Дайана!
— Мне надо в Техас, подружка.
— Давай сначала выберемся из Нью-Йорка.
— Заметано.
— Единственная причина, по которой ты хочешь оказаться в Техасе, — извращенное желание либо быть убитой, либо опять попасться и оказаться за решеткой.
Дайана села на узкую полку и приподняла шторку на большом стеклянном окне. На соседнем пути стоял состав. Она опустила шторку.
— Извини за то, что там произошло.
Гейл удивленно посмотрела на нее.
— Я чуть не облажалась, — объяснила Дайана. — Те копы. Ужасно перетрусила.
— А мне показалось, ты хочешь пригласить их с нами, — рассмеялась Гейл, но, заметив, как смутилась Дайана, осеклась. — Не думай об этом.
— Не могу. Это меня тревожит. Я вела себя глупо, потеряла над собой контроль. Надо брать себя в руки.
— Считай, что ничего необычного не происходит. Мы путешествуем. Как все остальные пассажиры поезда. Вполне нормальная ситуация.
— То, что является нормальным для тебя, ненормально для меня.
— У нас есть время остыть, точнее, появится через несколько минут. Скорее бы поехать. Мне будет намного спокойнее, когда мы покинем вокзал.
— Вот чего я боюсь: существуют полицейские, которые настроены на волну правонарушителей. Стоит одной из нас послать им не ту волну, их антенны немедленно поднимутся, и мы мгновенно окажемся в наручниках.
— Не посылай им не ту волну.
— А ты знаешь, как это сделать? Я привыкла воспринимать, а не передавать.
— Не посылай ничего. Мысленно помести себя в иное место. А тут не показывайся. — Гейл давала советы с серьезным видом, но на самом деле просто старалась успокоить Дайану — слишком та распсиховалась.
— Многие копы не подозревают об этом, другие не верят, однако пользуются этим даром и прислушиваются к интуиции.
— А ты?
— Благодаря ей я и оказалась на вокзале.
— На твоем месте я бы продолжала к ней прислушиваться.
— Интуиция советует мне ехать в Техас.
— Посоветуйся с ней еще раз.
— Я серьезно, Гейл. Абсолютно серьезно. Ты не понимаешь.
Гейл встала и посмотрела ей в лицо:
— Я-то понимаю. Это ты не понимаешь. Тебе когда-нибудь приходилось скрываться от полиции? — Она помолчала. — Полагаю, что нет. Кое-что в этой ситуации допустимо, но есть такие вещи, о которых даже нельзя помышлять. Что важно для розыска преступников?
— Исследование их поведения. Как правило, они после побега направляются домой.
— В таком случае почему тебе пришла в голову мысль двигаться в том же направлении?
— Я должна.
— Прислушайся к тому, что сама говоришь. Обдумай все хорошенько. Ничего ты не должна.
— Меня несправедливо засадили за решетку.
— А почему ты уверена, что с тобой не проделают тот же трюк?
Дайана молча теребила шнурки на ботинках. Гейл права: если представится возможность, негодяи не задумываясь разделаются с ней. Она ответила едва слышно, но в ее голосе звучала решимость.
— Меня не поймают, со мной ничего не сделают.
— Неужели ты думаешь, что я хоть на миг поверила, что меня арестуют и приговорят к семидесяти двум годам заключения? — Гейл покачала головой. — Я считала себя умнее всех. А власти — кучкой отращивающих себе задницы придурков. А твоя ситуация такова, что у тебя гораздо больше шансов попасться.
Дайана вздохнула:
— Не могу с тобой согласиться. Я просто должна сделать это.
— Ты рассуждаешь как ненормальная.
— Слушай, давай прекратим этот разговор. — В голосе Дайаны Гейл уловила раздражение. — Делай, как тебе лучше, а мне позволь поступать, как я считаю нужным, чтобы жить в мире с собой. Все очень просто.
 
— Я не сказала: «ненормальная». Я сказала: «как ненормальная». Ты слишком умна, чтобы совершить подобную глупость. Ну-ка, что здесь такое? — Она открыла дверь в крохотный туалет в углу и мрачно уставилась внутрь. Затем продолжила как ни в чем не бывало: — Я надеялась, что в моей жизни больше не будет унитазов из нержавеющей стали. Хорошо, хоть обошлось без фонтанчика.
Дайана поставила ноги на чемодан, который ничем не отличался от чемодана Гейл. Что эта Гейл понимает? Она справится и без нее.
— Проехали, — угрюмо промолвила Дайана.
Гейл села напротив и провела ладонями по обивке полки.
— Не могу привыкнуть сидеть на мягком.
— Пройдет немного времени — привыкнешь.
— Тебе-то откуда знать? — Гейл смягчила улыбкой резкость слов. — Ты столько не сидела, сколько я.
— Трех минут вполне достаточно, — парировала Дайана. — Достаточно того, что тебя втащили в тюремные ворота. — Она подняла и опустила шторку окна. — Достаточно одной мысли об этом.
Гейл снова улыбнулась. Отлично. Поезд дернулся, отошел от перрона и, слегка раскачиваясь, понесся сквозь тьму.
— Ну наконец. — Она потянулась через голову спутницы и открыла шторку.
Они ехали. Гейл опять опустилась на сиденье и протянула поднятую ладонью вверх руку Дайане, та хлопнула по ладони Гейл и громко рассмеялась.
Дайана оглядела купе и заметила:
— Теперь главный вопрос в том, кто займет нижнюю полку.
Гейл открыла дверь в вагон-ресторан и обвела взглядом салон. Всего один клиент потягивал кофе и читал «Уолл-стрит джорнал». Хорошо.
Дайана, казалось, хорошо представляла, где ей хотелось бы сидеть, и повела Гейл к последнему столику в противоположном углу вагона рядом с дверью. Она устроилась спиной к стене, Гейл села напротив у широкого окна.
— Разве ты не хочешь сидеть так, чтобы смотреть в окно? — спросила Гейл.
— Нет, — спокойно ответила Дайана. — Я хочу сидеть так, чтобы видеть все внутри и в случае необходимости быстро выскочить в дверь. А ты, пожалуйста, наслаждайся видами. Я буду начеку.
— Смотри не перестарайся, чтобы кто-нибудь не понял, что ты начеку. Мы здесь в безопасности. Расслабься.
Дайана откинулась назад и взяла меню. Гейл наблюдала за ней.
— Ты при… — начала она.
— Хочешь спросить, при оружии ли я, — подсказала Дайана. — Да. Кому-то же из нас надо иметь при себе пистолет.
— Никому не надо. Без него безопаснее.
— Неправда.
— Нам надо об этом поговорить.
— Только не здесь.
Гейл хотела подняться и уйти в свой вагон, однако решила остаться. Им ни к чему раздоры. Они с Дайаной нуждались друг в друге, по крайней мере в ближайшее время. Самое главное, что Дайана хорошо понимала образ мыслей полицейских, как копы могут себя повести в различных ситуациях и где таятся подвохи. Гейл не нравилось, что Дайана носила оружие, однако она испытывала нечто вроде облегчения, словно та являлась ее защитником. Гейл обидел выговор, она отвернулась и стала молча смотреть в окно. Поезд направлялся на север и катил вдоль Гудзона. Смотреть в окно… То, что могут делать обыкновенные пассажиры. Любоваться красотами широкой реки и пышной зеленью спускающихся к воде берегов. До того как Гейл посадили за решетку, она воспринимала все это как должное. А теперь испытала такое потрясение, что чуть не расплакалась.
Дайана изучала меню, и оно произвело на нее сильное впечатление: омлет, свежая спаржа, волованы с копченым лососем, мелко нарубленная отварная маринованная солонина домашнего приготовления со слегка обжаренными яйцами и горячие тосты. Гейл тоже поразил выбор: пицца, ореховое масло, джем. Она сомневалась, что сумеет на чем-нибудь остановиться.
— Ты знаешь, что такое волованы? — Дайана посмотрела на нее поверх меню.