Разыскиваются полицией

— Нет, но слышал, что там говорят по-иному.
— Никогда не заворачивал в Монро, штат Луизиана?
— Я же сказал, нет. — Майк начал выходить из себя.
— Так спроси кого угодно! — с напором воскликнула Дайана. — Очень трудно отличить техасца от жителя Монро. Ты, наверное, имел в виду южную Луизиану, в районе Нового Орлеана.
В манере девушки было что-то угрожающее. Гейл не могла понять, что это ей напоминает. Затем в памяти всплыл Джонсон — его развязный вид и пронзительный взгляд, — и она поняла: так ведут себя копы, когда ситуация выходит из-под контроля и они распространяют вокруг себя ауру абсолютной власти, не сомневаясь (чтобы не сомневались и другие), что они все равно возьмут верх. До того как попасть в тюрьму, Гейл считала, что это манера людей с оружием. Но Джонсон держался так же, хотя надзирателям оружие не положено.
Почему так занервничала Дайана, и это после того, что им пришлось испытать в последние девятнадцать (если считать с ужином в Большом дворе) часов? Странно. Но следовало переломить ее настроение.
Гейл протянула руку и включила радио. Кабину наполнил красивый распев Джимми Дейла Гилмора. Майк поерзал на сиденье, стараясь сосредоточиться на вождении и не обращать внимания на сидящую так близко от него раздражительную особу. Дайана прибавила звук и стала подпевать: «И хотя она разделила его любовь…»
— Он тебе нравится? — спросила она водителя.
— Да, — ответил тот, не отводя глаз от дороги.
Дайана повернулась к Гейл:
— Ты о нем скорее всего вообще не слышала.
— Предпочитаю ар-энд-би. [27] Или рэп, когда чернокожий певец всю песню держит себя за промежность и вещает, как уложит всех вокруг из автомата, в секунду разбогатеет и тогда у него будет очень много шлюх и он сможет их избивать, когда захочет. Вот это мой тип музыки.
Майк усмехнулся:
— И мой тоже… — Он был рад поддержать шутку. — Уж это точно. Куда едете, девочки?
— В город, — произнесла Гейл.
— Вы обе работаете у Боба? А где этот Боб? — Водитель покосился, стараясь рассмотреть надпись на майке Дайаны.
Гейл понятия не имела, где этот Боб и в каком захолустном городишке Дайана вышибла дверь Боба. Она почувствовала, что Майк смотрит на нее, но притворилась, будто из-за музыки не разобрала его последних слов.
— Да там, позади, на дороге, — сказала Дайана. — Местечко — типичный отстой. Но мы там не работаем. Там мне пришлось оставить машину, и мы взяли майки. Надо было сто раз подумать, прежде чем покупать «гремлин».
— «Гремлин»? — расхохотался шофер. — Да у него же на спидометре не менее миллиона миль!
— Около того, — согласилась Дайана. — Хотя я не сомневаюсь, что проходимец дилер, у которого я купила машину, еще и подкрутил счетчик. Но я все-таки решила, что этот «гремлин» довезет нас с Линдой до Катскилл [28] и обратно. Мы там останавливались с палаткой. Какая же там красота! Но теперь мне сильно хочется под душ!
— Воздержусь от комментариев, — подмигнул ей Майк.
— Вот я и подумала, что надо сесть в автобус и вернуться домой, пока Боб не разберется с нашим авто. Вряд ли это будет скоро.
— А как же ваше барахло?
— Барахло?
— Ну, палатка и прочее.
— Он пообещал, что за всем приглядит. Не пойми меня неправильно, я считаю, что он честный малый. Только с машиной больно долго тянет.
— Так это же «гремлин», а не что-нибудь. — Майк улыбнулся Дайане, она улыбнулась в ответ.
— Не дашь попробовать свою штуковину?
— Какую штуковину? Грузовик?
— Ну да. Спорим, я отлично с ним справлюсь.
Шофер усмехнулся и покачал головой:
— Ни секунды не сомневаюсь. Но ты же знаешь, существуют определенные ограничения.
Дайана согласно кивнула и, стараясь устроиться на сиденье удобнее, спросила:
— У тебя не найдется воды?
— За тобой. За спинкой стоит упаковка польской газировки. Угощайся.
Дайана опустила руку за сиденье, достала две бутылки воды и одну подала Гейл. Она старалась не проглотить всю воду сразу. Но удержаться оказалось трудно.
 
— Я насквозь прожарилась, — объяснила она.
— Если не хватит воды, у меня есть еще пиво, — подмигнул Майк.
Дайана мило улыбнулась, подумав, что если бы встретила этого типа в баре, то не обратила бы на него внимания.
Гейл смотрела, как мелькали за окном деревья и поля. Она все предоставила Дайане. Девушка она высший класс, да к тому же искусная лгунья. В умении обманывать ей нет равных. Гейл заметила, как Майк оценивающе косился на Дайану, видимо, прикидывая, с какой стороны зайти. Он явно ею заинтересовался, но не знал, как вести себя дальше.
Дайана сложила руки на груди, закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья в тесном пространстве кабины.
«Бесстрашный» с истребителями на палубе и толпящиеся вокруг туристы. Похожее на буксир, раскрашенное в красный, зеленый и белый цвета судно кольцевой линии покоится на водах Гудзона. И пустое место в небе, где некогда стояли башни-близнецы Всемирного торгового центра. В тот день, наверное, единственный раз за все восемнадцать лет Гейл радовалась, что она в тюрьме. Тюрьма казалась самым безопасным местом во всей стране, и, очевидно, так оно и было. Какой враг государства нападет на людей, которых оно осудило?
Транспорт по шоссе еле тащился. Гейл жадно впитывала окружающее — виды, запахи… Вбирала каждой клеточкой тела, будто дышала сквозь кожу. Она больше не взаперти, она вырвалась. На свободе. Жаркий город полон запахов, и Гейл всеми легкими вдыхала выхлоп. Повсюду люди. Люди, которые понятия не имели, насколько они счастливы, потому что могут свободно гулять по улицам и никакой надзиратель не кричит им, чтобы они делали то, а не это. Никто не приказывает выключить свет и не вызывает в кабинет начальника тюрьмы.
Майк вел грузовик сосредоточенно и, как показалось Гейл, постоянно что-то высматривал. Она знала этот путь и понимала, что ему на грузовике сюда нельзя — коммерческое движение здесь запрещено. Но Майк сказал, что сегодня ему везет, и свернул на съезд так, что Гейл и Дайана не успели возразить. И в самом деле, удача пока не покидала его. Однако Гейл сомневалась, что он стремился удержать ее. Наоборот, ей казалось, что ему хотелось попасться. Уж не догадался ли он про них? Майк свернул на Двадцать шестую улицу и улыбнулся пассажиркам:
— Мы у цели.
Дайана улыбнулась в ответ, а у Гейл возникли нехорошие предчувствия.
Они приближались к Десятой авеню, когда Дайана вынула из сумки пистолет и приставила шоферу к груди. Она держалась хладнокровно и твердо, и ни у кого бы не возникло сомнений, что она готова пустить оружие в ход.
— Паркуйся!
Майк покосился на нее, но мгновенно сообразил, что пассажирка спорить не склонна, подвел грузовик к тротуару напротив склада, затормозил и положил ладони на колени.
— Поступайте, как вам надо. Я не хочу неприятностей.
— Извини, — искренне проговорила Дайана. — Будешь делать то, что я тебе скажу, и ничего плохого не случится.
Она внутренне сжалась, понимая: если он не подчинится, ей придется либо прикончить ублюдка, либо сдаться. Этот человек не заслуживал смерти, но, черт побери, им необходимо бежать! Выбираться отсюда. Если для этого придется убить его, что ж, она пойдет и на это. Хотя постарается только ранить, чтобы он надолго отключился и они успели удрать.
— Я догадался, кто вы такие, — пробормотал Майк. — Слышал по радио.
— И тем не менее посадил?
— Нет. Посадил до того, как догадался. А потом было поздно.
Дайана кивнула:
— Нет нужды, чтобы кто-нибудь из нас пострадал.
Шофер протянул ей запястья, и она обмотала их остатками липкой ленты.
— В любом случае спасибо, что подвез, — поблагодарила Дайана. — Это было мило с твоей стороны. — Она связала Майку ноги и уложила на сиденье, но так, чтобы рычаг переключения передач не упирался ему в спину.