Мой папа рок-звезда (СИ)
— Стой! — Антон догоняет слишком быстро, резко хватает за талию и начинает кружиться. От испуга я принимаюсь брыкаться и ругаться, пытаюсь вырваться из захвата крепких рук, но какой там. Руки парня крепко стискивают талию, он останавливается и прижимает меня спиной к себе. — Продашь? — шепчет так тихо, что я теряю дар речи. Вот это голос. Ходячий секс.
— Что? — выдыхаю, сдаваясь в чарующий плен кукловода.
— Мне очень надо, честно. Поверь, ты не пожалеешь.
Что он говорит? О чем он? Аля, не тормози, соображай скорее.
— Если я его тебе подарю, ты от меня отвалишь?
— Честное пионерское, — Антон отпускает меня и становится рядом с такой улыбкой, что хочется рюкзаком заехать ему по лицу. Я тут, значит, в кисель превращаюсь от его рук и голоса, а он лыбится, будто ему все равно. Ах да. Точно. Ему же на самом деле все равно.
Боже, я очень надеюсь, что за спиной он не скрещивает пальцы. В ином случае я его точно прибью.
— Хорошо, — достаю тетрадь из рюкзака и, найдя нужную страницу, вырываю ее со словами: — Теперь отвали от меня.
— Ага, — кивнув, Антон с довольной улыбкой погружается в изучения трофея.
Поняв, что парню совсем не до меня, я продолжаю путь. До дома меньше двух минут топать, а это значит, что скоро я поем и снова закроюсь в своей комнате на замок. Я одиночка. Везде и всегда. Дома моя персона никому не интересна, кроме сводного брата, поведение которого меня порой очень сильно пугает. В институте такая же ситуация. Да и на работе тоже.
— Какого черта ты так долго? Ты должна была уже приготовить ужин и навести порядок в квартире, — морщусь, слыша истеричный голос мачехи. Мы невзлюбили друг друга с первого взгляда, и виной тому ее сын. С одной стороны, это не тот случай, когда стоит недолюбливать человека из-за его ребенка, но если посмотреть с другой стороны, то да, тот самый случай.
— Не кричите на всю улицу, я прекрасно знаю, что должна, а чего не должна делать, — ускоряю шаг, пока эта женщина не повысила голос еще больше и не привлекла внимание окружающих.
И так у нас каждый день. Мачеха кричит, не жалея связок, я спокойно отвечаю и делаю все, что она скажет. Большую часть так точно. И все только из-за того, что давно знакома с ее мерзким характером, с нее станется выкинуть меня — и буду я птицей перелетной. Она давно делает все, чтобы я как можно скорее съехала с квартиры, а отец тупо делает вид, что не замечает ничего. Правильно, я ведь дочь от нелюбимой женщины. Женщины, которая сломала ему жизнь, по его словам.
— Да? А мне вот кажется, что ты забыла о своих прямых обязанностях, — мачеха улыбается, рассматривая свежий маникюр. Стерва.
— Не забыла, — не могу удержаться и огрызаюсь так, что челюсть сводит от раздражения.
— А это еще кто такой? — любопытный взгляд, устремленный за мою спину, заставлять на автомате выпрямиться и забыть, как дышать.
Медленно оборачиваюсь, чтобы увидеть, на что обращено внимание мачехи, и замираю, от удивления разинув рот. Буквально в двух шагах от нас стоит Антон и курит, нагло смотря на мачеху и выдыхая клубы дыма. Высокий, в светло-серых джинсах и белой футболке, он выглядит потрясающе, что скрывать-то. Кожаные браслеты на руках и волосы, собранные в хвост, ему идут. Делают непохожим на многих. Нет ничего общего с тем парнем, который был рядом со мной минут пять назад. Сейчас он его полная противоположность.
— Ты в своем уме, парень? — мачеха взвизгивает и отпрыгивает назад, вызывая мой истеричный смех. — Такой взрослый и никаких манер. Куда только родители смотрят?
— В сторону от меня, — Антон отвечает спокойно, даже глазом не моргает. На секундочку мне становится немного завидно. Я тоже так хочу.
— Не поняла? — шок вперемешку с недоумением просачиваются сквозь тонну штукатурки. Я много раз намекала, пару раз даже прямо говорила, что она уже не в том возрасте, чтобы та-а-ак краситься. Но кто будет слушать такую пигалицу, как я?
— И не поймете.
Он уходит, оставляя не только мачеху в замешательстве.
— Я надеюсь, что больше его не встречу? — интересуюсь, запрокинув голову к небу. Ответом мне становятся капли дождя. И к чему это, интересно?
12. Алевтина
— Ты подготовила проект?
Торможу около окна, взглядом натыкаясь на нового друга, который топчется около крыльца, ведущего в новый спортзал, явно кого-то поджидая. Судя по внешнему виду, у его группы была физическая подготовка, скорее всего, он ждет друзей, с которыми постоянно тусуется. Компания у него небольшая, всего четыре человека. Но для меня, одиночки, это уже много.
Признаться честно, вчерашний день вымотал меня настолько сильно, что вечером было не до проекта. Переступив порог квартиры, я практически сразу взялась за приготовление ужина, следом пошла глажка вещей и уборка. Я чувствовала себя Золушкой, которая в маленький отрезок времени обязана была выполнить работу на неделю вперед, если не на месяц, в то время как ее мачеха занималась своими делами, такими, как бессмысленная болтовня по телефону с подругами. И если бы на этом все закончилось, но нет… Стоило мне сесть за стол, как на кухню ворвалась мачеха и давай меня уму-разуму учить. Видите ли, такие парни, как Антон, опасны. По ее словам, я никогда в жизни не смогу заинтересовать такого красивого и наглого парня. Все, что мне светит, так это ботаник, и то не факт.
Хотелось бы с ней не согласиться, но…
— Нет, — трясу головой, возвращаясь в реальность. Мне бы об учебе думать, а я снова о нем.
— Сумасшедшая. Бесов тебя прибьет, — смеясь, произносит Катя. Она моя единственная подруга и такая же серая мышь, как я.
Бесов. Одна фамилия вгоняет в ужас, что уж говорить про самого человека. Возможно, человек он хороший, но преподаватель адский. Его мало кто любит в университете. Слишком строгий и принципиальный, такой он, учитель информатики. А еще он на дух не переваривает прогульщиков и халтурщиков.
— Прорвемся. Пошли, — беру подругу за руку и веду в кабинет, который студенты стараются лишний раз обходить стороной, ну а когда не получается, перед входом обязательно крестятся. Такие вот нынче пошли студенты.
Информатика стоит последней парой, а это веский повод ненавидеть ее. Как показывает статистика университета, только 75 % остаются на последнюю пару. Остальные находят для себя дела куда важнее, чем знания. Хотелось бы мне оказаться в числе 25 %, но нет. Чтобы не слететь со стипендии, я обязана хорошо учиться и посещать все пары, даже если не готова. Но даже к этому наш «любимый» преподаватель имеет особый подход — дополнительная нагрузка. Первое, что мне светит, помимо домашки, — дополнительное задание, которое необходимо выполнить к следующей паре. А следующая пара у нас завтра утром. Если коротко — мне крышка.
Переглянувшись, занимаем коронные места на камчатке, так как студентами было замечено, что камчатку не трогают. Жесткому допросу подвергаются первые четыре ряда.
Но не в этот раз…
— Мальцева, чтобы завтра все было готово. Будешь отвечать у доски, — строго произносит информатик, смешно хмуря брови и поправляя очки.
— Будет сделано, — киваю, присаживаясь обратно за свое место. «Вот тебе и незаметная камчатка, Аля», — пролетает в голове.
Минуты кажутся часами. Кое-как отсидев нелюбимую пару, спешу на выход. Катька бежит где-то позади меня и требует ответа на вопрос. По ее мнению, простой вопрос. А именно, что я делала вчера в обед в компании Антона Лисова, звезды универа. На протяжении пары я пыталась ей объяснить, что во всем виноват он и именно он увязался за мной. И ни в коем случае не я за ним! Но Катя такая Катя, если вобьет себе что-то в голову, то бесполезно выбивать это обратно. Такое было уже не один раз, когда мне приходилось ее переубеждать.
Катька, она мечтательница и любительница фентези. Иногда мне кажется, что она реальный мир воспринимает как нечто сказочное и нереалистичное. Ей так проще существовать в жестокой реальности, оттого она убеждает себя в маловероятных вещах. Ей хочется сказки, и она строит ее вокруг себя. Я и Лисов, несомненно, сказка. Именно то, что априори не может существовать.