Курьер колдуна (СИ)
Я только покачал головой, подбирая слова для убеждения упрямца, и кажется придумал железный довод:
— Ты же убираешься в конюшне. Там совсем мрачно. Так чем эта комната хуже конюшни?
— Огромная разница! — вскинул голову врог. — Для мужчины незазорно ухаживать за скотиной. А вот убираться в доме никак нельзя.
— И как же ваши воины обходятся в походах? — язвительно спросил я.
— В походах юрты. Пол — просто земля. Ночь постояли, собрались, а следующая ночь совсем в другом месте.
— А если долго стоять на одном месте? — продолжил загонять собеседника в логический тупик я.
— Так степь большая. Как сильно грязно станет, перенеси юрту в сторону и всего делов-то, — лихо вывернулся тот.
Я уже размышлял, не придется ли мне сейчас ещё и драться с этим придурком, который не хочет принимать нормальных доводов. А что делать? Искать себе другое жилище? Жить-то в свинарнике не хочется, а как донести до грязнули необходимость поддержания чистоты, если он уперся в свои дурацкие обычаи?
И тут до нас донесся веселый голос:
— А что это у вас тут так воняет конюшней?
Соли стояла в дверях и демонстративно принюхивалась. Затем поморщилась и добавила:
— А! Мальчик приехал, но забыл взять с собой маму, чтобы она убиралась за ним?
— Я не мальчик! — аж вскочил с лежанки Ыгыл. — Мне уже шестнадцать!
— Да неужели? — скептически приподняла бровь драконесса.
— Да! — зло ответил врог. — Просто… просто я так выгляжу. Но… Но это не дает тебе право так говорить про меня! А не то… А не то…
— Что? — усмехнулась девчонка. — Побьешь меня? Ну попробуй… Только сначала подумай. Ты из чистой комнаты сделал гнездовье трехрогого свиноида, а виновата я? Так?
— Я мужчина! — уже чуть не взревел сосед и двинулся к двери. — Мужчина не должен убираться в доме! А ты сейчас сравнила меня со свиноидом, что для нас очень обидно! Даже девчонке я такого прощать не буду!
Я тоже встал, понимая, что драки избежать удастся вряд ли. А Соли вдруг произнесла на незнакомом мне языке несколько фраз. Они показались мне похожими на речь врогов, но конечно намного мягче, потому что девушка просто не могла произносить грубые звуки. Но тем не менее речь звучала хоть и похоже на язык врогов, но я буквально почувствовал, что это не он. Этот звучал как-то… Как-то торжественно.
— Откуда ты знаешь старший врогрис? — застыл на месте и медленно произнес Ыгыл.
И я понял, что драконесса сделала что-то весьма выдающееся, хотя ей это ничего и не стоило. Ну да, она же знает уйму языков. Но вот чего такого особенного с этим старшим врогрис, я не понимал, хотя сосед тут же частично прояснил:
— Сейчас на нем могут говорить только шаманы, а остальным он запрещен. Я пытался его учить, но мне за это двинули по… Двинули. Так откуда ты знаешь язык, на котором говорят только наши шаманы?
— Говорят? — усмехнулась Соли. — Ваши шаманы знают одну десятую этого языка. Только чтобы камлать, постукивая в бубен. А я… Я вот просто знаю.
Девчонка смутилась, явно не придумав удобную версию, откуда она знает полумертвый язык, но тут же перешла в атаку:
— Так вот. На старшем врогрис есть «Кодекс воинов». И я сейчас прочитала из него кусочек, который говорит, что воин в походе обязан соблюдать чистоту жилища, не надеясь на женщин. Да и вообще, ни на кого не надеясь. А ты, дружок, сейчас в походе!
— В походе? — удивленно протянул тот.
— Это твой дом? Нет. Ты в родном поселении? Нет. Значит в походе. Так что быстро метнулся за уборочным инвентарем и привел комнату в порядок. Я сюда постоянно в гости заскакиваю, и нюхать вонь конюшни не желаю.
Ыгыл чуть не бегом выскочил на улицу, а я подхватил сумку с провизией, и мы отправились готовить ужин, от которого останется что-то и на завтрак. Впрочем, готовил как обычно только я, а девчонка уселась на бревнышко и только довольно щурилась на огонь.
Я хотел было указать ей на то, что помочь было бы не плохо, но вспомнил, что она скоро будет меня учить, так что закупка продуктов и готовка с меня — и это справедливо. А ещё вспомнил, как драконесса когда-то говорила мне, что лучше будет есть сырое, чем утруждаться готовкой. А если сырое несъедобно, то будет голодать.
Нет, так-то она не совсем лентяйка. Свои вещи стирает, да и собирала бывало и хворост для костра, и находила съедобные растения, когда мы путешествовали. Но вот готовить еду её было не заставить.
В этот раз я приготовил ужин на троих и позже пригласил к столу соседа. Тот приглашение с благодарностью принял и клятвенно пообещал покупать продукты, да и готовить. Даже порадовал меня тем, что знает немало блюд. Я-то вообще не повар нисколько, поэтому делал только суп, в который крошилось всё, что под рукой, или жаркое — просто мясо на сковороде.
И за вечер за малозначащими разговорами мы выяснили, что же не так с этим парнем. Он, как я понял, болел, но даже себе в этом не признавался. Но болезнь, как я заподозрил по оговоркам, была магического толка. В свои шестнадцать Ыгыл выглядел на двенадцать, что для него оказалось настоящей катастрофой. Сверстники его не воспринимали за равного, да и всё племя поставило на недоросле крест.
Вот он и отправился в Адиль, чтобы поступить в ученики к дальнему родственнику, шаману, обосновавшемуся в городе магов. Но тот его не взял, обосновав это тем, что ему нужны ученики от пятнадцати лет, а не двенадцати, как Ыгыл. Другие шаманы, да и духи, с которыми шаман работает, засмеют. Попытка поступить в Университет тоже не удалась, да и, смотря правде в глаза, сразу было понятно, что это полнейшая глупость.
Возвращаться домой — это нарваться на насмешки. Их и раньше хватало, а неудачника встретят ещё хуже. Вот и устроился убирать конюшню.
После ужина новый сосед, освоившись в нашей компании, решил похвастаться силой и предложил:
— Арти, а давай поборемся?
Я посмотрел на массивную мускулистую фигуру и сдержал первую злую реплику, понимая, что мне против такого бугая не продержаться и минуты. Я никогда хиляком не был, а за месяц путешествия по этому миру хоть и изрядно похудел, но стал несомненно крепче. Но всё равно. Надо понимать разницу между человеком и врогом. Даже мальчишкой из племени оранжевокожих гигантов. Поэтому предложил свой вариант:
— Давай уж в магии посоревнуемся.
— Это можно, — кивнул он, но тут же добавил. — Только у меня ничего такого, что бьет, нет.
— А как же ты хотел в этот Университет поступить? — удивленно спросила Соли, пустив слабую молнию в лежащее около очага полено.
— У меня есть сопротивление магии, — довольно пояснил Ыгыл.
— А смысле? Сопротивление магии есть… ну у тех же драконов. Но это не магия, строго говоря. И у врогов ничего такого мне не известно.
— Нет, я именно могу колдовать на себя сопротивление, — врог положил себе на грудь ладонь и через несколько секунд добавил. — Вот, наколдовал. Теперь можешь кинуть в меня свою молнию.
Соли второй раз приглашать не пришлось. Она тут же пустила в него молнию, а тот только крякнул и довольно пояснил:
— Немного бодрит, но и только. Думаю, ты ожидала эффекта посильнее.
Драконесса сосредоточилась и пустила молнию уже на пределе своих сил. Но с тем же эффектом.
— А теперь ты, Арти! — показала на довольного парня она.
Я дождался кивка от здоровяка и саданул его воздушным кулаком. И действительно, тот только чуть вздрогнул, хотя другого противника я рассчитывал как минимум немного отбросить.
— Очень странно, — подвела итог экспериментам Соли. — Значит ты колдуешь защиту от магии, а это весьма сильное заклинание. Почему же ты не прошел отбор в Университет? Почему тебе сказали, что потенциал у тебя слабый?
— Потому что я это умею с раннего детства и ничего больше выучить не смогу, — вздохнул Ыгыл. — Это последствия…