Курьер колдуна (СИ)
— В тридцати лигах город. Там только. Но он после перевала, на котором снег всегда лежит.
— А у вас еду купить можно? — набрался смелости я. — И плащ какой-нибудь теплый. И ботинки.
— А что с вами случилось? — всплеснула руками селянка.
— А… это… — принялся лихорадочно придумывать легенду я. — Брат у меня во сне видел, что если помоет глаза росой с восточных склонов дальних гор, то прозреет.
Я посмотрел на хлопающую глазами женщину и неуверенно добавил:
— Росу надо собирать с полыни.
— И что? Правда поможет? — на вдохе произнесли хозяйка, причем мне почудился в голосе какой-то восторг, будто в ожидании услышать про чудо чудесное.
Соли фыркнула, а я уже увереннее закончил:
— Нет, конечно. Просто мой братец на головку слаб. Боги над ним здорово пошутили. Но чего бы не порадовать убогого? Мне сотню лиг пройти ради брата не трудно. А одежда… Видите, он в моем. Свою одежду в костре сжег по скудоумию, пока я за съедобными корешками ходил.
Женщина охнула и спрыгнула с чего-то, что позволяло ей выглядывать из-за сложенного из камней забора. Заскрипела калитка, но пока та не распахнулась, драконесса поднесла губы к моему уху и быстро прошептала:
— Здорово придумал как меня опозорить! Я в восторге, мститель хренов! Отмечу только, что из тебя получится отличный нищий.
— Почему? — удивился я.
— Сейчас увидишь.
И действительно, калитка уже распахнулась, и из нее быстро вышел мужчина, который, похоже, слушал наш диалог, не показываясь на глаза.
— Э! — чуть не закричал он. — Заходите! Сейчас барашка приготовим. Еда будет! Одежда будет! Всё будет! А вы гостями будете! Дорогими гостями.
Я попытался отшатнуться, но хозяин схватил меня за свободную руку крепкими пальцами и буквально втянул во двор.
А дальше мне стало невероятно стыдно. Двор, да и сами хозяева с кучей детей вокруг выглядели очень бедно. А нам вот собрались готовить просто царский пир. Плюс одежду принесли. Неплохие ботинки маленького размера и что-то вроде бурки из войлока. Всё не новое, но чистое и аккуратно починенное.
Я попытался заикнуться о деньгах, но на меня чуть не заругались, крича о смертной обиде.
Обед получился на славу, и если бы меня не грызла совесть, я бы после тяжелого путешествия, да суточного голодания, почувствовал бы себя в раю. А под конец нам ещё и собрали еды в дорогу.
Спасла ситуацию только Соли, которая выгадав мгновение, когда около нас крутилось только несколько мелких девчонок, которые убирали пустые глиняные тарелки, вдруг быстро и четко сказала:
— А ну-ка, красотки! Что у вас за бусы? Приданное собираете?
И я впервые обратил внимание, что на шеях девочек на кожаных шнурках висят просверленные медные монеты. Немного. По две-три на каждой.
А Соли уже запустила руку мне в карман и быстро высыпала все серебрушки в ладонь старшей девчонки, веско припечатав:
— Это тебе с сестрами на украшения. И родителям расскажешь только завтра. Всё! Беги и прячь!
Когда мы уже вышли из поселка, отягощенные теплым плащом и припасами в сумке, драконесса притопнула ботинком и ворчливо произнесла:
— Дракон может отобрать, может украсть в конце концов. Но никогда. Слышишь! Никогда дракон не воспользуется добротой из жалости. И ладно бы просто гостеприимство, но мы их разжалобили враньем и раскрутили на очень существенные для них подарки.
— Да я тоже не хочу так, — проворчал я. Затем секунду подумал и добавил. — Спасибо! Ты здорово выкрутилась. За нас обоих.
За этот день мы прошли перевал и заночевали уже на северной стороне горной гряды в малюсенькой чабанской избушке. И надо сказать, без теплой войлочной бурки я бы точно не проснулся, даже с учетом разведенного прямо в хижине костерка.
А утром я заметил, что Соли посмотрела на меня обычными круглыми зрачками.
— Ты научилась менять глаза на человеческие? — радостно спросил я.
— Что? — нахмурилась девушка.
Затем достала из кармана бывшее моё зеркальце и всмотрелась в свое лицо, по итогу проворчав:
— И не вижу повода для веселья. Я не научилась, а изменилась. Я больше не дракон в образе человека, а человек, который может оборачиваться в дракона.
— А ты так хочешь быть драконом? — спросил я.
— Хочу! Дракон — это величественное создание! Владыка небес!
— А еще бандит и грабитель, — почему-то возразил я.
— С чего ты это взял? — удивилась Соли.
— Ну как же… Нападает на путников. Грабит…
— Мы прошли по горам и видели поселение. Сильно оно защищено от атак с воздуха? И поселение здесь не единственное. И драконов в округе хватает, — насмешливо прокомментировала мои подозрения Соли.
— А как же… — попытался сформулировать мысль я.
— Это тебе магистр Шарони, он же Архинекромант Штрессель про нас такое сказал? — фыркнула драконесса. — Ну на него-то драконы накинутся сразу. Но, надо сказать, что на такого негодяя многие накинутся.
— А как же перевал между Клепалем и Ругелем? — попытался привести другой довод я. — Драконы через него никого не пускают.
— Знаешь… — усмехнулась девчонка. — Драконы не добряки, но без причины ни на кого не нападают. Просто запомни это. А перевал… Я припоминаю… Тем перевалом владеет одна шайка наших. Вот и собирают плату за проход.
— Ты же говорила, что драконы индивидуалисты, — воспользовавшись паузой, пока девушка рылась в своей памяти, возразил я.
— Ну да. Но ради барыша могут заключать союзы. Так вот… На перевале они сидят давно. Раньше собирали небольшие деньги за проход и даже от троллей его зачистили. Вроде как за это и начали деньги брать. Как за защиту. Но потом им понравилось, и они сильно задрали цены. Очень сильно. В сотни раз. И путники перевелись. Только вроги водят караваны, но те-то не делятся. В общем, жадность подвела.
— А снизить цену? — удивился я.
— Драконы так не могут. Просто не могут, и всё, — развела руками Соли. — Они могут только оставить перевал и вернуться через несколько лет, начав собирать небольшие деньги. Вроде как заново.
— И почему так не сделать?
— Если эта шайка драконов уберется, то их место займёт другая. Место-то доходное. Вот и получается, что к Адилю остались только западная и восточная дороги. С севера там непроходимые горы, а с юга перевал с жадными драконами. И такими же врогами, которым иногда платят путники с юга, потому что огибать континент на кораблях очень долго и дорого.
Дальше мы несколько дней путешествовали по кривой горной дорожке. Совсем холодных перевалов больше не встречалось, да и поселения стали попадаться чаще. А вот с едой оказалось совсем туго. Подаренные припасы очень быстро закончились, и только то, что я поменял бурку на мешок сухарей, позволило нам совсем уж не голодать.
А в один из дней дорога привела нас к совершенно невероятной пропасти. Пробитая кем-то достаточно широкая тропа пролегала почти посередине отвесной скальной стены, так что и вверх и вниз было примерно по полкилометра голого камня. Сначала высота была ещё не такой пугающей, но уже через час пути пропасть стала настолько глубокой, что я с непривычки старался прижиматься к скальной стене. А вот Соли как будто специально шла по самому краю обрыва, бросая на меня торжествующие взгляды. А я… Я даже смотреть на нее лишний раз не хотел, чтобы не представлять, что случится, если эта девчонка оступится.
— Ты такой смешной, — в который раз решила заняться мной драконесса. — Здесь даже телеги ездят. Не бойся, иди по краю. Ты же когда ходишь по равнинной дороге, мимо края не промахиваешься. Так с чего бы тебе здесь оступаться? Смотри как надо!
На последних словах наглая девчонка побежала по самому краю обрыва и быстро скрылась от меня за очередным скальным выступом, который огибала дорога. Я только вздохнул и немного прибавил шаг, в очередной раз не сумев заставить себя хотя бы выйти на середину тропы. Ну не был я раньше в таких горах! Не привык ещё. Может позже и смогу спокойно ходить, не обращая внимания на полукилометровую отвесную пропасть, но никак не сейчас.