Измена. Мы (не) твои малышки

Я только открыла рот от удивления, а он уже встал передо мной на одно колено и протянул этот букет. Комнату сразу затопило их сладковатым ароматом, а меня – закипевшими эмоциями.
– Любимая, никто и ничто никогда не встанет между нами, я обещаю тебе. Ни работа, ни другой человек. Я уничтожу любого, кто попытается подорвать твое доверие ко мне.
– Уничтожишь? – я даже не могу охватить это разумом. Он настолько серьезно воспринимает мои слова, что готов на крайние меры?
  
– Если это будет София? Значит, я решу с ней вопрос. А если я сам даже на секунду помыслю предать тебя… пусть лучше я сдохну в то же мгновение.
– Марк, – и это не просто слезы на мои глаза наворачиваются, это целые реки текут по щекам, потому что я безумно люблю этого человека.
Этот мужчина – моя жизнь и я, глядя на него, готова поверить. Не может быть ложью то, что я вижу в его глазах. Эти слова…
Я отбросила букет на диван и бросилась в его объятья, чтобы поцеловать. Мне так жаль, и так стыдно за себя, теперь и я не могу на него больше обижаться.
Мы с трудом разорвали объятья, и поцелуи, но на встречу Марк все же опоздал. Не знаю, стоило ли оно того, но мне стало намного легче прожить весь этот бесконечный день без него.
Я много думала о нем, перебирая мысленно то, как сообщу ему о нашем будущем малыше. Собрала в небольшую коробочку те несколько тестов, что сделала дома.
Ребенок станет следующей страничкой нашей любви, и я уверена, сделает ее только крепче. Да, беременность не входила в наши планы, но после сегодняшнего обещания Марка, я уверена, что все будет хорошо.
Он станет самым счастливым мужчиной на свете.
Я стояла и смотрела на капли дождя, ползущие по стеклу, и вечерний город, с зажигающимися огнями. Кажется, в прогнозе писали, что будет гроза, но я дождусь возвращения Марка.
Этот день станет особенным.
Телефон пиликнул на столе за моей спиной, и я взяла его, ожидая увидеть там сообщение от моего будущего супруга, что он уже спешит домой.
Но там с незнакомого номера пришло другое тексотвое.
«Ты все еще веришь в сказки?».
Ерунда, реклама какая то что ли. Стерла его. Через час пришло еще одно, когда я уже сидела в кровати с книжкой, пытаясь отвлечься.
«Ты веришь, что те, кто их сочиняют, честны с тобой, мышка?».
Что за бред? Палец застал над кнопкой удаления, но что-то меня остановило.
Я легла, уставившись в пустоту, а на кровати передо мной лежала коробочка с сюрпризом для Марка.
Следующий сигнал сообщения разбудил меня от мутной дремы, в которую я провалилась и не заметила.
«Твоя сказка закончилась, мышка малышка. Приезжай и убедись в этом сама. Марк здесь, и он не один».
– Что? – я рассеянно потерла лицо. Но следующим прилетел адрес, а потом вдруг начало грузиться видео.
Загрузка завершилась, и я, не зная, зачем нажала на воспроизведение. Оно было снято откуда-то сверху, будто это просто камера слежения на каком-то невысоком здании. Черный представительский автомобиль останавливается на подъездной дорожке, водитель открывает дверь и из машины выходит… Марк? Это он или мне кажется в бреду? В глазах туман от сна.
А потом вдруг показывается рука, за которую он хватается, а следом и вся ее хозяйка. Высокая стройная брюнетка в серебристом платье, встает в полный рост, обхватывает его страстно за шею и… Марк подхватывает ее на руки.
И несет в дом.
Глава 
9
А теперь вернемся к началу…
– Пустите меня! Пустите! – я билась в руках незнакомого мне мужчины, который поймал меня на крыльце и теперь не давал подойти к Марку.
Он совсем рядом, окна той гостиной выходят на газон справа от дома, и его отлично видно от входа и с площадки для машин.
– Ма-а-арк! Ма-арк! – срывая голос, кричала я, потому что видела его неподвижную фигуру, над которой склонился еще один мужчина с большим зонтом и даже София присела рядом и что-то делает. Они накрыли его синим дождевым плащом, но больше я ничего не видела.
Только то, что Марк не шевелится. Совсем!
А меня просто не пускают к нему.
– Он живой? Скажите мне, он живой? – я дергала мужчину в костюме, что держал меня, и не могла понять, почему.
– Я не знаю, подождите, скорая уже едет, – пытался он достучаться до моего разума, но в моей голове только одна мысль на повторе животным криком: «Только бы живой! Пусть живой! Что угодно отдам, чтобы он был живой!».
– Убери ее отсюда, запри в своей машине, делай что хочешь! – София появилась перед нами, одетая в плащ, но она все равно такая же мокрая, как и мы все.
– София, София! – я схватила ее за рукав, пытаясь докричаться, по моему лицу текла дождевая вода вперемешку со слезами, – он живой? Что с Марком?
– Что с Марком?! – взвилась она фурией, – ты в окно его вытолкнула, вот что с Марком!
– Я не хотела! Не хотела!
– И вазой ты его тоже не хотела бить? Да? – она тряхнула меня за плечи и прокричала в лицо, – если он умрет, я тебя сгною в тюрьме! Тебя и твоего нерожденного гаденыша! Оба там сдохните!
У меня ноги подкосились от мыслей, что ураганом ворвались в мою голову. Мой ребенок, он во мне, и я не могу жить без него. Но и смерти Марку я не желаю.
Зачем я сюда приехала? Чего я добилась? Я ведь могла и дома его дождаться, потому что все равно уже все случилось! Почему мне нужно было убедиться самой? Это все не должно было произойти!
Это какой-то кошмар, просто нескончаемый кошмар! Я хочу проснуться!
– Убери ее в машину! Что ты стоишь истуканом? – снова закричала София на моего пленителя.
– Я вам кто? Тюремщик? – почти так же истерично заорал он, – я таксист! Я вообще должен был уже уехать!
– Ты, – она в обход моей головы притянула мужчину за ворот, – получаешь баснословные деньги, чтобы возить премиальных клиентов и забирать их из любых мест, с любым временем ожидания! Твой клиент оплатил тебе за это ожидание! Ты должен сидеть и ждать, пока он не продолжит поездку!
– Вы в своем уме? Мой клиент вон там на лужайке лежит! Кого мне ждать?
– Дальнейших указаний! – оттолкнула его София, – в машину ее запри и сидите там, пока я не скажу иначе!
– Не вы меня наняли!
– Но я уволю, если ты сейчас же не заткнешься! Живо в машину оба! – продолжала орать она.
– София Леонидовна! – бежал тот мужчина, что оставался с Марком, – скорая подъедет сейчас, с КПП поселка звонили!
– Убери машину от входа, что стоишь как чурбан? – крикнула она на таксиста, – здесь со скорой не развернетесь!
Я метнула взгляд на лужайку, на людей, окруживших меня, и на мгновение почувствовала, как руки вокруг моей талии ослабляют хватку. Это мой шанс, я должна хотя бы убедиться…
Резко оттолкнув таксиста прямо на Софию, я бросилась на лужайку, где лежал Марк. Синий дождевик теперь накрывал его полностью, с головой, будто он уже…
– Нет, нет, нет! – я споткнулась и почти ползком преодолела последние полметра. Он не может быть мертв, он не должен. – Марк, Марк! – я откинула капюшон плаща, что закрывал его лицо, и по почти белой коже тут же забарабанили капли непрекращающегося дождя. – Марк, прошу тебя! Пожалуйста, Марк!
 Я взяла в ладони его холодное неподвижное лицо и потерла щеки, лишь бы он очнулся. Мокрые волосы прилипли ко лбу, и я убрала их дерганым жестом, будто они могут ему мешать. Ладонь скользнула на затылок, и я отняла ее, чувствуя совсем иную влагу.
Подняла дрожащую руку, чтобы в свете из окон дома увидеть на пальцах красную кровь, которую тут же начал смывать дождь.
Это я сделала.
– Попалась! – меня кто-то схватил за плечи и рывком поставил на ноги.
  
– Не трогай его! Кто тебе разрешал трогать его?! – слышался истеричный крик Софии.
Но его заглушил новый раскат грома, от которого зазвенело в ушах. И ноги мои не держат совершенно, они уходят из-под меня, Земля их сама стряхивает со своей поверхности.
В глазах потемнело, и я тут же осела, звон в ушах наполнил мою голову, и на какое-то время я перестала понимать, что кричат люди вокруг. Перед глазами только лицо Марка и его фигура, накрытая синим дождевиком. Почему его нельзя трогать?