Рената Витали (ЛП)

Он ошибался.
Я вынул портсигар из транспортной коробки и подтолкнул картонную коробку к Крису.
— Отследи это. Ты определил местонахождение предыдущей?
Он выхватил у меня коробку, достал из кармана нож и начал вырезать кусок картона с информацией о доставке. Безымянная частная компания. На середине пути он поднял на меня глаза. — Последняя посылка пришла из Нью-Йорка. — Он сделал небольшую паузу. — Территория Романо.
Я наблюдал, как он заканчивает вырезать.
— Ты можешь узнать адрес?
— Думаю, мой парень сможет узнать город происхождения. Лучшее, что мы можем сделать.
Я кивнул.
— Спасибо.
— Почему ты думаешь, что синдикат Романо посылает тебе дерьмо?
— Мы не знаем, что это синдикат Романо.
— Кто еще?
Я пожал плечами и провел рукой по лицу.
— Понятия не имею, но это шикарный подарок, и, очевидно, кто-то знает о моем существовании.
— Это должно тебя беспокоить. Сегодня это шикарные сигары — случайный подарок из чертова ниоткуда, между прочим. Завтра это яд в твоих легких, брат.
— Да, но для этого и существует завтрашний день.
— Ты планировщик. Ты не говоришь таких вещей.
В последнее время я делал много того, чего обычно не делал. У меня не было выбора. Мне было важнее, чтобы Анджело исчез из моей жизни, чем мотивы Благодетеля. Все выводило Анджело из себя, и я позволил ему выместить свой гнев на моей спине с помощью ремня, чтобы выиграть время, но однажды этого будет недостаточно. Когда наступит этот день, я — или кто-то из наших — окажусь мертв. Я не мог этого допустить.
Я изучал Криса, разглядывая напряженные линии между его бровями.
— Ты доверяешь мне?
— Своей жизнью.
— Тогда доверься мне в этом.
Он вздохнул и кивнул.
— У меня дома тоже есть посылка. Amazon Prime, так что я сомневаюсь, что это бомба или яд. Но ее прислали ко мне домой, адресованную тебе. И довольно тяжелая. Думаешь, мне стоит позвать ребят, чтобы они ее просканировали?
— Нет, все чисто.
Посылка была тяжелой, потому что в ней были учебники. Шесть толстых, как овсянка, учебников для принцессы с кожей цвета слоновой кости, которая уже шесть дней не заходила в библиотеку. Черт. Откуда взялось это чувство вины?
Я покрутил в руках портсигар и кивнул Кристиану.
— Я заберу ее завтра перед школой.
Он нахмурил брови.
— И ты пойдешь в школу, верно? — Когда я кивнул, он покачал головой и усмехнулся. — Просто скажи мне, с кем ты трахаешься, чувак. Ты же знаешь, что я выпытаю это у тебя. В этом городе нет никого интересного, но это не может быть цыпочка Витали. Она горячая, но неряшливая и никогда не пропускает занятия.
Рената была не просто сексуальной. Она была свежим воздухом, бьющим мне в лицо, лучшей компанией, чем я мог себе представить, и чертовым лекарством от одиночества. Она также была запретной, о чем я напомнил Крису.
— Рената — Витали, а Витали не имеют ограничений.
— Если это не Витали… — Он наклонил голову, сузил глаза и скорчил гримасу. — Пожалуйста, скажи мне, что это не Лора.
— Нет, черт возьми. — Я ни с кем не трахался. Я прогуливал несколько занятий и почти всегда задерживался допоздна, чтобы следовать инструкциям на сигарах, но, опять же, я не мог сказать об этом Крису. — Увидимся завтра утром.
Он кивнул, с легкостью приняв прощание, и встал. В дверях он повернулся ко мне лицом.
— Почему люди посылают тебе дерьмо через меня?
Я сделал это потому, что он жил один. Его отец в настоящее время отбывал два пожизненных срока в тюрьме. Я подозревал, что у Благодетеля были те же причины. Я просто не понимал, откуда он знает так много о моей жизни.
— Потому что ты так популярен.
Крис звонко рассмеялся, покачал головой и ушел. Когда дверь захлопнулась, я достал из портсигара первую сигару, развернул ее и прочитал послание.
Присмотри за принцессой мафии.
Я послал ее к тебе не просто так.
Еще один секрет раскрыт. Еще один секрет, который нужно хранить. Я собрал больше секретов, чем священник в исповедальне.
  
ГЛАВА 10
  
Верить — значит доверять себя воде. Когда вы плаваете,
вы не хватаетесь за воду, потому что если вы это сделаете,
то утонете и захлебнетесь. Вместо этого вы расслабляетесь и плывете.
Алан Уилсон Уотс
РЕНАТА ВИТАЛИ
Далеко от побережья Индии есть остров, где изолированно живет племя людей. Тысячи лет они живут в условиях минимального контакта с внешним миром. Они до сих пор занимаются охотой и собственным рыболовством, делают оружие каменного века из необработанных металлов и встречают чужаков стрелами. Годы изоляции породили недоверие, и при виде гостей они встречают их с жестокостью и враждебностью.
Синдикат Де Лука напомнил мне о сентинельцах. После того, как Людовико Де Лука убил своего сына, Витали и другие синдикаты списали их на безумие. С тех пор они живут изолированно на своей небольшой территории в Аризоне, Нью-Мексико, Техасе и Оклахоме. Никаких внешних сделок. Никаких межтерриториальных соглашений.
Черт возьми, они единственный синдикат, который никогда не участвовал в войне — и не потому, что им это неинтересно. Нет, потому что никто не считает их достойными этого. Изоляция породила недоверие, а недоверие переросло во вражду и насилие, когда речь зашла о Романо, Андретти, Росси, Камерино и, прежде всего, о правящем Витали.
Поэтому я не удивилась, когда провела первый месяц в школе без единого учебника. Я прекрасно справлялась, опираясь на прошлые знания, но это становилось тем сложнее, чем больше заданий из учебников давали мои учителя. На самом деле я подозревала, что некоторые из них начали давать задания из учебников, чтобы досадить мне.
Потому что, как и сентинельцы, они относились ко мне враждебно только потому, что я была иностранцем. Они не доверяли мне, и уж точно не доверяли Витали, что прямо признал Дамиан, прежде чем сказать, что не может со мной встречаться.
Так что я страдала. Задание за заданием. Оценка за оценкой. В библиотеке волшебным образом закончились все необходимые мне учебники, я знала, что никто не одолжит мне свой, и у меня не было возможности купить учебники без доступа к интернету.
Примерно через неделю после того, как Дамиан сказал мне, что мы не можем видеться вместе лично, я открыла свой шкафчик и обнаружила там шесть совершенно новых учебников. По одному для каждого класса, который я посещала. Я смотрела на них, проводила пальцем по корешкам и думала, в чем подвох. Может, если я пошевелю ими, сработавшая проволока выльет каскад свиной крови, хлынет мне на голову, а-ля Кэрри. А может, если я открою один из них, и орда пауков выползет наружу и нападет на меня.
В любом случае, я не осмеливалась их сдвинуть. По крайней мере, до тех пор, пока не прозвенел звонок на первый урок и коридор не очистился. Ученики рассеялись, как пепел на ветру, и в коридоре осталась только я.
Я потянулась в карман и достала ручку. Наклонившись в сторону на случай, если из меня что-то вылетит, я сунула ручку в шкафчик и ткнула в одну из книг.
Ничего.
Еще одна попытка.
По-прежнему ничего.
— Что ты делаешь? — Забава в голосе Дамиана защекотала мне живот, хотя должна была заставить меня напрячься.
Ух ты, я так плохо переношу обиды. Но ведь обида подразумевала, что я достаточно заботлива, чтобы держать ее. К тому же Дамиан был ужасно беспечен для человека, которого я избегала последнюю неделю.
Повернувшись к нему лицом, я стала ломать голову в поисках объяснения, но ничего не придумала и решила сказать правду.
— В моем шкафчике новые учебники. Я не знаю, кто их туда положил, поэтому проверяю, не заминированы ли они.
Он прислонился к ряду шкафчиков, расположенных параллельно моему, и скрестил руки.
— Заминированы? Это не "Один дома". Мы не дети, отбивающиеся от головорезов.