В глубинах тьмы (СИ)
— Хе-хе-хе, опять логично, — усмехнулся двойник. — Но, если ты столь рационален, почему же ты не заказал смерть Даалы и Исане Исард? Ведь это именно Даала объединила имперские владения, потом передав власть в них Пеллеону. А Исане Исард совершила столько злодейств…
— Они еще дети, — твердо ответил я. — Детей я не намерен убивать.
— Но это же как раз не рациональный и не логичный, а эмоциональный аргумент! То есть если сейчас Исане девять лет, то ты лишь подождешь, пока ей будет четырнадцать, как Тракану Сал-Соло, а после этого закажешь ее убийство с совершенно чистой совестью?! Тебе самому не кажется, что это просто лицемерие?
— Думаю, характеры Исане и, тем более, Даалы еще не сформированы до конца. Они еще не стали теми, кем должны были стать. Так что, если будущее Империи и Республики изменится, то и их судьбы могут измениться. Тут еще ничего не предрешено.
— А с Траканом, значит, уже все было предрешено… Пять лет разницы в возрасте с Исане, а какое большое различие в отношении… — вздохнул темный двойник. — По-моему, ты просто трусишь признаться самому себе, что в отношении Тракана тоже решающую роль сыграли не рациональные, а эмоциональные аргументы — твое отношение к нему, точнее, тому, кем он якобы должен был стать. Какой позор для бита — так пойти на поводу своих эмоций… Впрочем, для ситха это как раз вполне допустимо. Как и избавление от любых потенциальных угроз независимо от того, как велика вероятность их претворения в жизнь — на всякий случай, для надежности. Так что думай над тем, кто ты сейчас на самом деле.
С этими словами двойник исчез.
А я действительно тяжело задумался…
Глава двадцать седьмая
Угнетаемый мрачными мыслями я сидел в своей комнате на базе джедаев и вновь и вновь обдумывал все произошедшее. Подписывая приговор пятерым будущим злодеям (точнее четверым, и одному хорошему парню, просто воевавшему не на той стороне), мог ли я поступить иначе? Да, мог. Я мог добиться того, чтобы они перестали являться угрозой, другими методами — более сложными, менее надежными, но…
'Нет, не мог', - шептала другая часть меня. — 'Нельзя было допустить ни малейшего риска'.
Конечно, возможно, все они вообще остались бы никем в новой истории галактики. Возможно, мне удалось бы изменить их будущее, не убивая их. Возможно, я смог бы нейтрализовать их на длительное время иным образом — например, заморозив в карбоните или увезя на далекие необитаемые планеты. Но… Мог ли я рисковать хоть немного, когда ставки столь высоки?
Мог…
Не мог…
Во всяком случае, я определенно пошел на поводу у своей темной половины.
Я не чувствовал гнева, ненависти или отчаяния, делая заказ на них — только ощущение необходимости и желание помочь Восстанию. И тем не менее… как говорил Йода, темная сторона может приходить не только через эти эмоции, но и через рациональность.
Так кто же я теперь? Похоже, что я даже не 'неправильного джедая' или 'серого джедая' уже не тяну, а определенно становлюсь похожим на темного джедая. Хорошо хоть не ситха… С другой стороны, темные джедаи думают только о себе, добиваются личных целей, а я — нет. Я именно забочусь о будущем галактики. Так кто же я?..
А, ладно — я с горечью тряхнул головой. Пропадать, так пропадать. Серый, так серый, темный, так темный. Надо продолжать дело. Решено, я не буду трогать Даалу и Исане Исард, если только они действительно что-то не натворят, все равно у них еще достаточно времени, чтобы исправиться… то есть не стать такими, какими они были в оригинальной истории галактики, и мне теперь не будет известно заранее, изменилось ли их будущее. Но с императором кончать все равно надо, как и с Дартом Крайтом. Ладно, посмотрим, что еще у меня есть в запасе, какие козыри в рукаве…
Я боялся, что, вернувшись на базу Селеста расскажет другим джедаям о моем подозрительном поведении, но она промолчала — должно быть, хотела сначала собрать хоть какие-нибудь доказательства. Так что пока моя свобода действий не уменьшилась по сравнению с прежней, и я мог… Что?
Итак, будущее. А ведь оно мне теперь стало практически неизвестным! Почти все, что я о нем знал — я уже изменил. Гибель пятерых будущих злодеев (и то — лишь вероятных) стала последним штрихом. Да, Палпатин, Крайт, йуужань-вонги по-прежнему являются угрозами, это понятно, но вот насчет того, что именно они теперь станут делать — почти полная неизвестность. Есть надежда покончить с Палпатином до того, как он раскроет секрет перемещения сознания в другие тела и расклонирует себя, и покончить с Крайтом до того, как он создаст свой новый орден ситхов, более того, это просто необходимо сделать поскорее. Но как конкретно — я сейчас не знаю. Йуужань-вонги уже действуют не так, как в каноне, так что трудно сказать, что будет дальше на этом фронте, отменил я их полномасштабное вторжение, только отложил или, наоборот, ускорил. А всей информацией об их обществе и биотехнологиях, которая может способствовать победе над ними, я — прямо или косвенно — уже поделился и с повстанцами, и с Империей, и с чиссами, и с Зонамой-Секот. Какие еще знания у меня остались?
Проект 'Око Палпатина'. Возможно, Империя уже построила этот корабль, но где именно — мне все так же неизвестно. Я знаю, что он должен быть построен, но более — ничего о нем. Так что это и не дает знания о том, что в отношении него делать.
Триклопс — трехглазый мутант-человек, вероятный сын Палпатина и его советницы Слай Мур. Кстати, она месяц назад улетела на родную Умбару и до сих пор не вернулась… Причем в теневой информационной сети действительно ходят слухи, что она уже была в 'интересном положении'. Отцом ребенка, естественно, объявляют Палпатина, в первую очередь, во всяком случае. Но, насколько я знаю, от Триклопса не стоит ждать проблем — сам Палпатин считал его своей большой неудачей, так как (уж неизвестно почему!) сынок пошел совсем не в отца, а несмотря на все свое обучение стал убежденным пацифистом.
Есть еще и другой трехглазый мутант — Триокулюс, побочный результат тех же палпатиновых экспериментов, сейчас он должен быть ребенком, сосланным на Кессель. Сам по себе он не опасен, возвысился же лишь как самозванец, выдававший себя за настоящего сына императора. Так что и на него пока можно не обращать особого внимания.
Хм… а что если вместо ликвидации возможных угроз мне обратить внимание на досрочное привлечение будущих союзников? Военное руководство Новой Республики, Разбойный эскадрон, Эскадрилья-Призрак… Хэн Соло, наконец?!
Но, обдумав, эту возможность, я пришел к выводу, что попросту не владею достаточной информацией. Адмирал Акбар, Ян Додонна, Крикс Мадин, Ведж Антиллес, Гэвин Дарклайтер и прочие — увы, я практически ничего не помнил о их жизни до появления на службе у Альянса повстанцев. Даже насчет Хэна Соло мне запомнилось только то, что ребенком он просил милостыню на улицах родной Кореллии, а потом был увезен капитаном какого-то корабля контрабандистов и мошенников, на котором и прожил до девятнадцати лет. Вот только я не помнил ни название этого корабля, ни имя его капитана, ни даже, когда точно Хэн туда попал. Значит и тут тупик.
И вообще, следует ли мне и тут следовать канону и сводить будущего Хэна с еще не родившейся Леей? Я не был уверен ни в том, что это действительно необходимо, ни в том, что Сила этому поспособствовала (впрочем, если действительно так — то это случится снова и без моей помощи).
Что ж, ладно, тогда остается использовать мой последний козырь. Последний, но один из самых сильных. Ведь мне известно, где находится тайная база Империи, на которой создан прототип Звезды Смерти и где работает команда ученых, разработавших ее проект. Этот прототип и база должны оставаться там до сих пор, как и в более поздние времена. И если этот прототип уничтожить… О, представляю, как будет разъярен и обеспокоен Палпатин.
Неплохо было бы, конечно, уничтожить и саму строящуюся Звезду Смерти, но вот насчет ее координат я такими знаниями, увы, не обладал. Мне было известно, что завершено ее строительство было у планеты Безнадеги, но также было известно и то, что до того ее неоднократно перемещали из системы в систему и все это в полной тайне. Так что, где она находится сейчас, я без понятия. Однако и уничтожение прототипа станет серьезным ударом по Империи. Особенно когда все это станет известно всему ее населению — и то, что император строит такие 'игрушки', и то, что одна из них, да еще столь засекреченная, уничтожена повстанцами.