Шаг за шагом (СИ)

«Если Вы чётко и подробно представите желаемый объект, я смогу скопировать изображение. Оно сохранится в моей памяти и станет доступным для копирования на планшет или просмотра в качестве голограммы».
Алик не мог поручиться, что досконально вспомнил все элементы храма, но в целом изображение получилось очень похожим. Архитектурный факультет ему нравился, и новоявленный студент не жалел о своём выборе.
Второй сеанс с «Два Фэ», как Алик прозвал про себя Флира и Фетора, тоже мало чем отличался от первого. Парочка всё также была увлечена лишь друг другом и использовала Алика, как презерватив между собой. Настолько, что он даже мельком позавидовал такой взаимности. И снова остался неудовлетворённым. Но в этом был и плюс: Глэй поднял его измученное тело с кровати и на руках отнёс в комнату.
— Думаю, самое время снова воспользоваться приобретённым анальным стимулятором, — перед уходом заявил он.
Алику захотелось запустить ему этим стимулятором в лоб! «Вот же, зараза непробиваемая», — фыркнул он. Злится на Глэя всерьёз не получалось.
Стимулятором он и так пользовался ежедневно, а вот чехольчик для члена ему не понравился. Он, конечно, приятно массировал и сжимал, но собственная рука нравилась Алику больше. Тело, похоже, начало привыкать к отсутствию секса, и теперь он дрочил лишь по-утрам, подставляя дырку под дилдо.
В результате отказа Андэ и совместных сеансов Двух Фэ, у Алика работой оказались заняты лишь три дня в неделю: с Эвэйло, Крианом и парочкой. С Зараллом он за это время ни разу не пересёкся и счёл, что тот, видимо, тоже решил проявить благоразумие.
Однако на третий день второй недели в академии Алик получил сообщение. Многофункциональный моргус на Иринэе выполнял и функции телефона. «Звонки» происходили в формате мысленного общения, а сообщения можно было просматривать либо в виде голограмм, всплывающих над браслетом, либо перенаправлять их на планшет. Причём разговаривать «по телефону» законом разрешалось не более двух часов в сутки. Объяснялось это опасением, что иринэйцы забудут человеческую речь и откажутся от живого общения. Исключение на длительность «звонков» давалось лишь сотрудникам, чьи профессии были связаны непосредственно с телефонными разговорами.
Полученное сообщение гласило: «Я каждый день думаю о тебе. О том, как я трахаю тебя».
Отправитель — неизвестен. Любой мог отправить сообщение, пожелав при этом остаться инкогнито. Запрещалось отправлять лишь угрозы. В этом случае моргус должен был автоматически переслать запись в полицию, а те, в свою очередь, установить адресата и назначить наказание.
Изначально, Алик сразу подумал на Заралла. Наверное, от того, что опасался какой-нибудь пакости от него. Потом ещё немного подумал и понял, что, в принципе, подобное мог написать любой студент академии: у них у всех тут недотрах. Но, в итоге, Заралл всё равно так и остался подозреваемым номер один. На неприятные сообщения можно было подать жалобу самому и потребовать у полиции вмешаться, но Алик решил не заморачиваться подобной мелочью.
Два оставшихся до выходного вечера он провёл с Андэ. На четвертый день после занятий они отправились в библиотеку. Особого смысла в ней именно, как места для чтения не было. Все издания хранились на электронных носителях, и получить к ним доступ можно было через моргус или любой другой удобный гаджет. У библиотеки имелось другое преимущество. Она состояла из ста небольших изолированных кабинетов, поэтому в основном туда приходили студенты, искавшие тишины и спокойствия. Не всем ведь повезло с соседями.
Андэ готовился к очередному конкурсу и позвал Алика со стороны послушать о своих наработках. В Нэе проходил тендер на облик нового городского кафе.
— Ты заметил, что в Нэе весь архитектурный ансамбль построен на изгибах и плавных линиях?
— Нет. Точнее, я видел, конечно, что здание космопорта круглое, академия в форме подковы, флайботы — кругляшки, но как-то не придал этому значения, — Алик сокрушённо покачал головой, — а должен был! Тоже мне, будущий архитектор — очевидного не заметил.
 
— Ничего, просто ты ещё практически не видел город и мало где был, — Андэ ободряюще похлопал его по руке. — Так вот. Ты не представляешь, как меня эта округлость достала! Нет, мне нравится наш город, он красивый. Просто хочется чего-нибудь другого, — он сложил руки в замок и опёрся на них подбородком. — Кафе будет располагаться в самом центре, прямо напротив здания министерства, поэтому, собственно, на его внешний вид и объявлен всеобщий конкурс. В детстве я хотел стать пилотом и летать к звёздам. Потом, правда, полетал на экскурсии и как-то перегорел. Но в память о своей детской мечте, я бы хотел, чтобы в центре Нэи сияла звезда!
Андэ показал Алику свои пока ещё схематические наброски. Это было изображение города сверху. Все здания на нём и правда закруглялись, а улочки петляли. И в самом сердце этих изгибов располагалась остроконечная звезда. На более близком ракурсе было видно, что каждый луч оснащён отдельным входом и украшен сияющими фонариками. Вокруг кафе зеленел газон, который имел традиционную округлую форму и тем самым гармонично вписывал потенциальную достопримечательность в окружающую обстановку.
— Здо́рово! Отлично смотрится, — искренне восхитился Алик.
— Спасибо, — улыбнулся Андэ, — мне самому нравится. Вот только, боюсь, департамент градостроительства с этим не согласится, скажут, что острые углы не уместны в Нэе, — он упрямо вздёрнул подбородок, — ну, и пусть! Я всё равно выдвину этот проект на конкурс. Осталось только мелкие детали облицовки ещё додумать.
Перед сном прилетело новое сообщение: «Дрочу, представляя твой рот».
По утрам Алик традиционно пил кофе вместе с Глэем, обедал в столовой с Андэ и другими студентами, ужинал по разному, в зависимости от ситуации.
На пятый день в столовой к ним с Андэ неожиданно подошла Кристиана. До этого они с Аликом и словом не обмолвились за две недели.
— Привет, не помешаю? — девушка снова краснела, и Алик, мысленно закатив глаза, подумал, что они были бы отличной парой с Ивэйло. Могли бы устроить конкурс, кто сильнее пересмущается.
— Нет, конечно, садись, — вынужден был ответить он.
Кристиана, смущаясь расспрашивала о жизни на Земле.
— Я читала официальную информацию, но там так мало. Расскажи ещё что-нибудь.
Алик рассказал ей немного о своих студенческих годах. Опустив самые весёлые моменты, конечно.
— Она тебе не нравится, — констатировал Андэ, когда девушка ушла.
— О, боже! Криан мне уже сообщил, что все считают, что я к ней неравнодушен.
— Ага, у меня даже спрашивали некоторые. Я сказал, что не имею привычки распространять сплетни!
— Умничка! — Алик довольно кивнул. — Не нравится. Не люблю таких закомплексованных мямлей. Да и вообще, в последнее время я чётко понял, что предпочитаю мужчин. Причём постарше, сильных и уверенных в себе.
«Ректор Ваййс просит Вас придти в жилой блок», — сообщил моргус.
— Всё, я убегаю, Глэй зовёт. Хорошего тебе выходного!
— И тебе! — Андэ задумчиво посмотрел ему вслед.
***
Глэй сообщил, что Ивэйло обратился с просьбой поставить ему на пятый день ещё один сеанс с нурали. Все в академии знали, что у Алика два свободных рабочих дня, но один Ивэйло догадался подсуетиться и использовать это с пользой для себя.
— Вот уж неожиданная продуманность! — восхитился Алик.
— Ивэйло — один из умнейших студентов в академии, не забывай об этом. Сеансы с нурали ему не просто так достались. Но! По договору каждый клиент, получивший доступ к нурали, имеет право на один сеанс в неделю. Кроме меня, — Глэй едва заметно улыбнулся. — Всё, что свыше — исключения, от которых ты имеешь право отказаться. Что скажешь?
— Да без проблем. Его сеансы укладываются в минуту, пошли сходим по-быстрому, порадуем паренька и займёмся своими делами. Ты же сегодня домой?
— Да. Схожу с тобой и полечу за Сольди в школу. Так, Ивэйло я уведомил, иди переодевайся.