Шаг за шагом (СИ)

Алик поднял взгляд на Заралла и увидел, что на нём надет страпон. Эта игрушка была полой внутри, и свой собственный член тот вставил внутрь.
— Не совсем так, как хотелось бы, но тебе понравится, — довольно улыбался Заралл. — Внутри этой штуки массирующие и сжимающие устройства, так что папочке тоже будет очень хорошо.
Сказав это, Заралл опустился на пол и навис над Аликом. Он приставил кончик страпона к дырке и засадил сразу на всю длину. Алик вскрикнул и распахнул глаза. Резко вздёрнув за задницу, Заралл подхватил его под ягодицы и начал размашисто вбиваться. Алик впился пальцами в ковёр и извивался под Зараллом, захлёбываясь стонами. Давно он так не орал, но слишком уж долго не было секса. На самом-то деле ещё и недели не прошло, но Алику эти дни показались вечностью. Сейчас, когда Заралл нависал сверху, а его яйца и бёдра бились об задницу, казалось, что он действительно его трахает.
— Да, малыш, кричи подо мной, — снова захрипел Заралл.
Он резко вышел и скомандовал:
— Перевернись и встань на четвереньки.
Алик окинул его расфокусированным взглядом и перевернулся, вновь подставив дырку. Он ощущал, как Заралл пристраивается сзади. Тот намотал волосы Алика на запястье, потянул на себя, снова резко вставил и начал драть его в зад. Долгожданный кайф растекался по телу. Заралл наотмашь ударил ладонью по заднице.
— Давай, двигай задом, малыш. Не ленись.
Алик начал подмахивать в такт, двигаясь навстречу. Заралл надавил ему между лопаток, заставив лечь грудью на ковёр, и продолжая за бедра удерживать задницу вздёрнутой к верху.
— А трахали на Земле тебя часто, малыш? Много мужиков поимело тебя в зад?
— Дааа, много, — Алик отвечал на автомате, практически не понимая, что говорит.
— Хороший мальчик. Нравится тебе, как теперь папочка тебя трахает? — Заралл ещё сильнее ускорил темп.
— Даа, очень нравится.
— Ты ж моя умничка. Мне тоже очень нравится тебя иметь, малыш, — голос Заралла снова стал еле различим от хрипения. — Можешь кончить, я разрешаю.
Заралл отпустил волосы Алика и, обхватив его член, начал быстро дрочить, одновременно с этим вонзаясь зубами ему в плечо. Алик заорал, хватая ртом воздух и сотрясаясь в оргазме.
— Сожрал бы всего, — еле слышно прошептал Заралл и тоже затрясся, окончательно «снимая сексуальное напряжение».
Заралл вышел из Алика, откатился в сторону на бок и отцепил от себя страпон. Он лежал, подперев голову кулаком, а пальцами другой руки лениво гладил ему дырку.
— Славный малыш. Замечательно снял папочке напряжение, — бормотал Заралл еле слышно, — папочка тоже молодец — отлично тебя растрахал. Ты родился, чтобы быть моей личной дыркой, — выражение его лица было таким же дебильным, как у ботана Ивейло после оргазма.
========== 5. Выходной ==========
Они едва успели привести себя в порядок к возвращению ректора. Двери лифта открылись, и Алик шагнул внутрь.
— Всё в порядке? — голубые глаза смотрел на него обеспокоенно.
— Разумеется, ректор Ваййс! Всё замечательно, — отозвался за спиной Заралл, как обычно вежливо и дружелюбно улыбаясь.
Алик практически упал на Глэя. Сил стоять ровно не было. Удовлетворённое тело хотело теперь растечься и не шевелиться.
— Всё хорошо, устал просто. Не волнуйся.
Глэй обхватил его рукой за пояс, поддерживая, и Алик положил голову ему на плечо. Двери лифта закрылись, и никто из них не увидел, как с Заралла слетела маска вежливости, а черты лица исказились злобой.
Вернувшись к себе, Глэй аккуратно опустил Алика на диван в гостиной и возмущённо зашипел сквозь зубы. Алик проследил его взгляд и увидел свои стёртые до ссадин колени и локти. Ну, что ж, всем известно, что трахаться на ковре — плохая идея.
— Всё таки заместитель Заралл был не аккуратен! Не ожидал от него такого небрежного отношения к нурали!
«Думаю, тебя бы инфаркт хватил, если бы узнал, как небрежно он меня драл страпоном в зад», — довольно улыбаясь, думал Алик.
Глэй ушёл к себе в комнату и тут же вернулся с упаковкой в руке.
— Вот. Эти пластыри хорошо залечивают небольшие повреждения. Через полчаса всё пройдёт. Хорошо, что Заралл смог уговорить невесту только на один сеанс с нурали. Впрочем, после такого, на второй я бы ему в любом случае не дал разрешения!
 
Алик продолжал растекаться медузой по дивану. Забота Глэя была приятна. Да, тот по-прежнему не высказывал никаких признаков заинтересованности, но зато и взамен ничего не требовал. Об Алике вообще мало кто заботился, разве что родители. Да и то не особо. Они оба работали медиками и сутками пропадали на дежурствах.
Пластыри выглядели, как разноцветные круглые улыбающиеся рожицы. Неожиданный выбор для строгого ректора.
— Ух ты, какая прелесть, — склонился Алик, разглядывая кругляшки и зашипел, схватившись рукой за колено.
Эйфория начала отпускать, и он почувствовал щиплющую боль. Глэй осторожно отвёл его руку за запястье и, склонившись, подул на колено. По телу волной пробежали мурашки удовольствия.
— Сейчас начнёт действовать, потерпи немного. Ещё где-нибудь болит?
Алик немного посомневался и стянул с себя футболку. Голубые глаза Глэя чуть потемнели. Или ему просто хотелось, чтобы так было. Показывать след от зубов не хотелось, но очень уж сильно тот заболел. Повернувшись боком, Алик продемонстрировал укус на плече. Ректор резко поднялся с дивана и направился к лифту.
— Стой! Стой, Глэй! Ты куда?
Алик моментально понял, что Заралла сейчас ожидает неприятный визит. Это было ни к чему. Они оба честно выполнили свою договорённость. Все условия соглашения реализованы, вопрос закрыт, претензий нет. Поэтому он обхватил Глэя за пояс и буквально вытянул из лифта обратно в комнату.
— Не надо, — Алик развернул его и подтолкнул в сторону дивана. — Глэй, я, честное слово, очень ценю твою заботу и беспокойство обо мне! Но это, правда, ерунда. Просто заместитель Заралл, видимо, был… очень сильно напряжён. А теперь ему точно полегчало. Это мелочь. Да и законом не запрещено, так ведь?
— Так, — раздражённо ответил ректор, — укусы допустимы, если нурали не возражает. Но тем не менее подобные вещи осуждаются и не приветствуются. Причинять боль другому — плохо.
Глэй снова ушёл в свою комнату и вернулся на этот раз с обычным тюбиком. Он сел сзади и подул на раненое место. Мурашки вновь пронеслись табуном.
— Простого пластыря тут будет мало, раны более глубокие.
Алик почувствовал прикосновение осторожных пальцев и откинул волосы на другую сторону, давая лучший доступ. Лёгкая волна возбуждения растекалась по телу, и он прикрыл глаза. Пальцы легко поглаживали, втирая прозрачный гель.
— Ты такой заботливый и нежный. Почему ты не состоишь в браке?
Пальцы дёрнулись и замерли.
— Извини, это было бестактно с моей стороны, — повинился Алик. — Просто ты действительно приятно касаешься. — Он помолчал и на пробу, наглеть, так наглеть, добавил, — наверное, в постели с тобой очень хорошо. Или хотя бы на сеансе.
— Хочешь проверить? — интимно шепнул Глэй на ухо.
Алик в изумлении обернулся к нему. Уж не глючит ли его в посторгазменной эйфории?
— А, если хочу? — он потёрся носом о щёку.
— Обойдёшься, — всё тем же интимным шёпотом выдохнул Глэй.
Алику тут же прилетел лёгкий, практически невесомый подзатыльник, и они оба легко рассмеялись.
— Обломщик, — сквозь смех укорил Алик.
— Переживёшь, — отфутболил Глэй. — А, если серьёзно, то ты у студентов поспрашивай о том, какой я заботливый и особенно нежный. Уверяю, они очень удивятся такой характеристике.
— Так это смотря, кого спрашивать. Если всяких оболтусов, которые уже с первой недели по уши в тройках, то, конечно, ничего хорошего они не скажут.
Совершенно неожиданно они проговорили весь остаток дня, заказав ужин в блок. Глэй даже в кратце всё-таки упомянул о двух своих браках. Рассказал, что первое замужество состоялось сразу после школы. Это была страсть, которая очень быстро перегорела, супруги стали чужими и обоюдно решили развестись. Второй брак был взрослым и, как казалось, основательным. Но судьба решила иначе.