Тихий мертвый лес (СИ)

— Ничего не напоминает? — Спросил Диметр.
— Да, — кивнул я, — похоже, наши враги пошли в наступление. Только непонятно, они на меня так нацелились, или же на всех нас?
— Не знаю, но, думаю, нам стоит поспешить, — произнес дух, — наши враги обладают большой силой, и могли бы отправить сюда кого-то более опасного, но раз это оказался лишь мелкий бес, то либо они что-то затеяли, либо ещё не готовы к большой битве.
— Либо все их силы брошены на борьбу с паладинами, — предположил я, и все замолчали. Такой расклад казался наихудшим, потому что в таком случае мы не успеем помочь им. Да и сами святые рыцари пострадали, и как минимум двое из них начисто выбыли из строя. Но готовы ли сами враги?
— В любом случае, мы должны поспешить, — хмуро произнёс Диметр.
— Согласен, — кивнул я и, подбросив коту маленький зеленый шарик, который тот поймал налету, отправился к конюшне.
Встряхнув спящего без задних ног конюха, я распорядился снарядить лошадь как можно быстрее, и тот, перепуганный, побежал к стойлу. Я же тем временем вернулся в комнату и забрал оставленное без присмотра, но, к счастью, не потревоженное добро. Камни были на месте и в хорошем состоянии, так что я спокойно вышел на улицу и, когда подвели лошадь, перекинул через её круп свои вещи, взобрался и, вздохнув, отправился в путь.
Надеюсь, этой ночью обойдется без падений.
  
Глава 13
 
Путешествовать ночью с комфортом можно было на машине, да по освещенным трассам, а здесь не то, что фонарей не было — даже фары у лошади нигде не прикрутили. Зажигать же факелы казалось дурной идеей, потому что их света точно не хватит, чтобы освещать дорогу далеко, а вот себя ослепить получится запросто.
Поэтому шли мы неторопливо. Мои глаза позволяли неплохо так видеть впереди, однако лошади было сложно, особенно с учетом неровностей дороги. Шли молча. Я размышлял о происходящих событиях, думал, стоит ли мне развернуть лошадь и свалить подальше от этого проклятого города, а если нет, то хватит ли сил на борьбу. Особенно с людьми.
О сгоревшем доме почти не грустил. Скорее, было обидно за вещи, оставшиеся там, а конкретно те, с которыми я очутился в этом мире. Уже целый год я живу черт знает где, в окружении сказочных сущностей и прочего, и они помогали сохранить твердость разума, напоминали о доме. А теперь кажется, что не осталось ни единого доказательства, что существует другой мир, помимо этого. И что я не сумасшедший.
Не знаю, отчего в голову лезли подобные мысли. То ли от непрерывного стресса, то ли от недосыпа, то ли просто от долгой и унылой дороги.
— Не беспокойся о доме, — вдруг произнес Диметр, наполовину угадав мои мысли, — покуда сам жив и здоровье в порядке, обзаведешься ещё десятком таких домов.
— За это и не волнуюсь, всё-таки не зря говорят — легко пришло, легко ушло, — хмыкнул я.
— Это ещё что значит?
— У меня на родине так говорят, — начал объяснять я, — означает, что если что-то досталось без особых усилий, то и переживать не стоит, если это внезапно отобрали. Так и тут. Весь дом мне достался за горсть камней, которых я за день в пять раз больше могу собрать. Жаль, только, там остались вещи, которые были при мне, когда меня занесло в этот проклятый лес.
— Ценные? — Спросил Диметр.
— Да не то, чтобы, — покачал я головой, — ничего такого, что нельзя было бы купить или восстановить, окажись я дома. Но ведь я здесь, и неизвестно, вернусь ли.
— Понимаю, — вздохнул мужчина, — знаешь, мне за свою жизнь тоже довелось оказаться далеко от дома, да ещё и ходить пришлось по острию клинка. Один неловкий шаг, и голова слетит с плеч. И у меня всегда при себе был платок с вышивкой — матушка подарила, когда я ещё пацаном был. Каждый раз, когда я думал, что больше нет сил бороться, то смотрел на него, и на сердце становилось спокойно.
— Мои вещи не были такими ценными, к счастью, — пожал я плечами.
— Но ведь они напоминали тебе о доме, — произнес Диметр, — в один день я проснулся и понял, что платка нет. То ли обронил где, то ли кто стащил, не знаю. Тогда уж точно думал, что это боги мне так намекают, мол, прекрати уже мечтать о доме. Не вернешься.
 
— Но ты же вернулся, — хмыкнул я.
— Именно, — улыбнулся Диметр, — и знаешь, в тот момент я испытал самое настоящее счастье. Когда после нескольких лет войны вернулся домой, живой и здоровый, к своим близким. Жаль, что мне не хватило сил это сохранить.
— Ты ещё не всё потерял и тебе есть, за что драться, — напомнил я ему о сыне.
— Именно поэтому я и не позволяю себе грустить, — усмехнулся Диметр, — в бой нужно вступать с твёрдым сердцем и чистой головой. Эмоции, самые разные, в разгар битвы ведут лишь к поражению, а положиться можно исключительно на своё тело, оружие и навыки.
— Значит, мне стоит выбросить все мысли из головы, — кивнул я, соглашаясь со своим спутником.
— Это правильно, но я вёл к другому, — произнес он и посмотрел мне в глаза, переместившись вперёд, — как бы тяжело тебе ни было, даже когда будет казаться, что всё кончено, а сил не осталось, ты должен помнить, что у тебя есть дом, где тебя любят и ждут. И не только у тебя, но и у твоих товарищей, что встали с тобой плечом к плечу. Любой из них человек, и любому из них грустно и тяжело, но они знают, что если отступят, то не только товарищей погубят, но и самих себя. Настоящий мужчина не может позволить, чтобы из-за его слабости или трусости пролились слезы.
— В таком случае нам стоит сделать всё возможное, чтобы победить и вернуться домой. Нам всем, — хмыкнул я и продолжил смотреть в темную дорогу впереди.
Чтобы не погружаться в тревожные мысли, я продолжал разговаривать с Диметром на разные темы. Он давал совету по тому, как пользоваться оружием, доспехами и щитом, объяснял, как правильно ездить верхом так, чтобы не свалиться и не отбить себе задницу и позвоночник. Я же старательно следовал его советом, и слава богу, что Диметр не может меня ударить. Потому что, судя по его интонации, делал я всё хреново.
И всё же, когда солнце уже показалось над горизонтом и полностью выползло на небосвод, мы добрались до города. Несмотря на раннее утро, у ворот уже были крестьянские телеги, только стражи прибавилось на воротах, да в воздухе витал запах гари.
Меня, видимо, разглядели издали, потому что не успел я подъехать к концу очереди, как мне навстречу выехали три всадника в одежде стражи. Я не ощущал от них угрозы и не видел ничего подозрительного, и даже кот, который всю дорогу шел вслед за лошадью, отказываясь забраться ко мне, вел себя спокойно.
— Сэр Игорь Круглов? — Спросил сиплым голосом один из всадников, когда они доехали до меня.
— Это я, — чудом удержался я от смешка на слово «сэр», да и не выглядела ситуация весёлой, — что-то случилось?
— Мы получили приказ немедленно сопроводить вас до храма, по возвращении, — произнёс он. — Прошу вас следовать за нами.
— Что же, ведите, — кивнул я и посмотрел на кота, который, зевнув, вдруг подпрыгнул и мигом оказался у меня на руках.
— К слову, вынуждены сообщить вам печальные новости, — когда мы уже двинулись к воротам, обходя вереницу телег, произнес стражник, — в городе произошел большой пожар, только к утру удалось остановить пламя. И ваш дом в числе прочих сгорел дотла.
— Уже наслышан, — ответил я, уловив в воздухе едкий запах гари, — много ли домов пострадало?
— Помимо вашего ещё семнадцать, девять полностью сгорели, — ответил стражник.
Это стоило ожидать. В городе все постройки чуть ли друг у друга не на головах, поскольку земля внутри стен очень дорогая и ценная, а из камня в лучшем случае только первые этажи. Так что если ночью случится пожар в одном доме, то огонь легко перекинется на другие.
— Если ли погибшие? — Чуть дрогнувшим голосом спросил я.
— Трудно сказать, но говорят, что как минимум две семьи задохнулись во сне, — ровным и безразличным тоном произнес мужчина, и Диметр громко выругался, пользуясь, что его никто не слышит.