Тихий мертвый лес (СИ)

Тупой пенек бросился на меня, игнорируя, что я занес меч для удара. И когда монстр приблизился, я рубанул со всей силы.
Удар вышел славным. Половина трухлявой башки монстра, как в известном фильме Тарантино с Умой Турман, отлетела в сторону, а сам монстр бухнулся мне под ноги, расплескав смолу на штаны и сапоги. Ну ё-моё!
Камешек отправился в загодя приготовленный мешочек, а я, смирившись с тем, что одежда засрётся до предела к концу прогулки, отправился дальше. Пеньки встречались очень редко и только если прибегали откуда-то со стороны, так что, видимо, устроенная мною чистка не прошла бесследно.
Зато случилось то, чего я ну никак не мог ожидать. Я наткнулся на волка. Размером с очень большую собаку, худощавый серебристый зверь замер метрах в тридцати напротив меня, и я замер также, пожалев, что не взял с собой щит. С ним и мечом я бы наверняка без труда справился с этим зверем, но сейчас надежда лишь на топор и броню. Почему не меч? К нему я не привык и лучше воспользуюсь верным оружием.
Однако волк не спешил нападать. Он лишь смотрел на меня неотрывно, вздрагивая от редких громких хрустов в лесу, и я не двигался, боясь спровоцировать зверюгу. Однако спустя пару минут этого стояния до нас обоих донеслись громкие шаги — целая группа пней торопилась к этому месту с недобрыми намерениями.
Волк, вильнув ухом, развернулся и стремительно скрылся в чаще, да так быстро, что его шаги стихли уже через несколько секунд. Вот же ловкач!
Поскольку зверь ушел, я приготовился встречать других гостей. В этот раз ничего выдумывать не стал и просто зарубил всех монстров, оставив одного последнего для проверки. Его я схватил защищенной стельными пластинами и кольчугой рукой, прижав к дереву и наблюдая за его потугами.
Дерево темнело и трескалось под моей хваткой, а символы на стальных пластинах стали светиться чуть ярче. Монстр сначала обвил ветками мою руку, сжав её с немалой силой, ноне такой, чтобы я переживал. Кроме того, его ветки также захрустели, поскольку сработал известный принцип — чем больше площадь контакта, тем интенсивнее тепло- или энергообмен. То бишь монстр сам себя подставил и в итоге спустя минуту трепыханий отдал концы, а я без труда раздавил его голову и выудил ядро.
Точно! Стоило притащить пару фляг или кувшинов, чтобы смолу слить. Она тоже является дорогостоящим товаром. Надо бы в деревне закупиться этим добром, чтобы, так сказать, не дать серебру утечь сквозь пальцы. Ну а пока продолжу путь.
Когда показалась знакомая рощица, я даже невольно улыбнулся. От землянки, правда, остались лишь столбушки, крыша исчезла, как будто её и не было, а дверь со стенами лежали на земле, и, судя по куче звериных следов, постарались тут явно не монстры. Только печка осталась нетронутой, разве что её завалило мусором и грязью.
Было бы здорово, останься здесь какая-нибудь заначка на черный день, но ничего страшного. В этот раз я подготовлен, со своим транспортом и местом сбыта, поэтому даже если не найду следов демона, то по крайней мере значительно подправлю свое благосостояние.
— Какая встреча! — Внезапно раздался голос позади, отчего я вздрогнул и немедленно схватился за топор, развернувшись.
А это был Борик. Старичок, встреча с которым стала настоящей отдушиной в мире, где никто не понимал моего языка, стоял в нескольких шагах, опираясь на прямую палку с несколькими веточками с парой листиков, и смотрел на меня из-под соломенной шляпы. Выглядел он заметно лучше, чем при нашей встрече зимой.
— Зачем так пугать, — поворчал я, убирая топор за пояс.
— Уж прости, не привык я, — почесал он нос, — а ты сильно изменился, Игорь.
— Вот что с человеком делает горячая баня, сытная пища и мягкая кровать, — ухмыльнулся я и подошел к старику, протянув ему руку для рукопожатия.
— Теперь ты точно похож на человека, — крепко пожал он мою руку, смотря снизу вверх, — что же привело тебя в эти края, раз на том берегу тебя так гостеприимно встретили?
— Гостеприимны ко мне лишь божества, а люди шарахаются, — хмыкнул я, — а привело меня сюда очень неприятное событие. В город вторгся демон и убил несколько человек и чуть не прикончил меня, если бы не помощь городского божества. И никто не понимает, откуда эта гадина могла взяться внутри стен.
 
— Какое несчастье, — покачал головой Борик, — демон, способный за раз убить много людей, наверняка очень силен. Ты молодец, что смог его убить.
— Это действительно была большая удача, — вздохнул я и рассказал старику в подробностях о той ночной драке. Старик качал головой и охал, попросил рассказать подробнее о моих ощущениях, когда я дрался с этим монстров, и особенно интересовался тем, как я помогал божеству провожать погибших.
— Некоторые смертные за всю жизнь не слышат о событиях, которые ты пережил за год. Не к добру это.
— Что ты имеешь в виду? — напрягся я.
— Не переживай, я не посмею тебя винить, — улыбнулся старик и сунул руку в карман, выудив горсть красной земляники, — угостись, а я пока расскажу кое-что.
Не став спорить, я подставил ладошку под ягоды и уселся на пенек, который раньше я использовал для колки дров. Старик же присел на бревнышко неподалеку и стал рассказывать.
Он, как дух леса, знает и видит гораздо больше, чем можно себе вообразить. Каждый клочок леса, каждое животное и насекомое находится под его пристальным вниманием, и потому Борик мог оберегать своих «подопечных» от тысяч монстров. Но в последние годы целые куски леса стали скрываться от его взгляда, а войти туда ему не давала неведомая и очень злая сила.
В прошлую же зиму он и вовсе едва не погиб, когда попал в буран. Эта погодная аномалия была порождена демоном, вторгшимся на территорию духа леса, и, если бы не мой скромный домик, он бы мог погибнуть.
— Я давно следил за человеком, бродящим по моему лесу, — сказал он, — я старался отводить от тебя хищников, покуда ты очищал лес от монстров и тотемов, забирая от леса не больше, чем нужно было тебе для жизни. Поэтому, попав в буран и отчаявшись, я мог направиться лишь к единственному обжитому жилищу на этом берегу.
— Мне все никак не понять, почему демон, способный вызвать такую мощную метель и угрожать могущественному духу, подобному тебе, остановился перед хлипкой дверью.
— Далеко не каждый демон способен ворваться в человеческое жилище так просто, даже если в нем нет домового, — пояснил Борик, — и даже обладая огромной силой в своей стихии, они совершенно бессильны в определенных условиях. Так же, как божество, уйдя далеко от своего храма, не способно даже птичку спугнуть, так и демон имеет серьезные ограничения. Поэтому-то меня и пугает, что в человеческом городе появилось такое могущественное создание, которое даже в твой дом вторглось и одолело божество.
Борик продолжил рассказывать о том, что видел странного в лесу. Пока я жил здесь и вычищал монстров, он мог отдышаться хотя бы немного и попытаться остановить наступающую неведомую силу, но даже со всем своим могуществом не справлялся. Опять же, та сила, что откусывала целые куски леса от власти духа, по сути, возводила стену, подобную той, что берегла меня от демона в жилище. Борик просто терял силу, когда пытался пройти через неё.
— Поэтому даже за десятки лет ты не смог разрушить тотемы в деревнях?
— Я не могу драться, — покачал он головой, — вся моя сила — это жизнь. Позволить ростку пробиться к солнцу, помочь слабому щенку волчицы окрепнуть, укрыть кроличью нору от монстров — это могу. Направить медведя на злого вторженца тоже могу. Но даже медведь, наполненный моей силой, слишком быстро теряет силы на территории тотемов.
— А в тех местах, куда ты не можешь проникнуть?
— Там все ещё хуже, и я просто не знаю, что там творится. — Вздохнул Борик.
— Как думаешь, могут они быть связаны с демоном?
— Такое могущественное существо не возникает из воздуха. И где же искать источник его силы, ежели не здесь, в лесу? Ох, точно, я вспомнил кое-что очень странное! — Встрепенулся старичок: — Ещё когда лед не сошел, но уже теплело, целая толпа пеньков вышла на берег, да там и померла без малейшей причины. А после приплыла лодка и забрала что-то из груды тел.