Тихий мертвый лес (СИ)
— Тогда отдохните, уважаемый, а я пойду, — встал я с лавки и размял затекшие плечи, — спасибо за интересную беседу.
— И тебе, Игорь, — кивнул он и пожал мне руку, — я уж думал, так и не смогу ни с кем перекинуться словами. Заглядывай, как будет время. В следующий раз угощу вкусным чаем.
— Обязательно загляну, — кивнул я и вышел из часовни.
Сначала меня игнорировали, даже проходя прямо передо мной, но в какой-то момент я вновь ощутил на себе десяток любопытных и настороженных взглядов. Однако я был в приподнятом настроении и игнорировал их.
Как сказал Феос, несмотря на то что во мне много странностей, никакой опасности для окружающих я не несу. Никакой особой радиации не излучаю, заразы тоже. Так что можно со спокойной душой переезжать на этот берег, поближе к людям и цивилизации и подальше от землянок.
Поздоровавшись с парой шарахнувшихся от меня мужичков, я побрел в лес, где припрятал лыжи, обулся и радостно свалил по своей лыжне к своему дому. Хотелось вдоль берега добраться до деревни, где живет Ялурс, однако не хотелось пугать единственного человека, оказавшего мне существенную помощь. Да и я дал слово, что не буду пересекать реку, пока не станет достоверно известно, что я не опасен.
В этот раз мне не удалось совершить какие-нибудь покупки, но я не сильно расстроился. Ведь приобрел ценные знания и опыт!
***
Спустя два дня я снова пересек реку. Двигаясь по прежнему маршруту, я снова добрался до той же деревни и навестил часовню, где некоторое время пообщался с Феосом. С ним я поделился мыслями о том, что неплохо было бы мне окончательно перебраться на этот берег, тем более что у меня есть существенный капитал в виде нескольких кило ядер монстров.
— Вот, я же говорил, что не вру. — Достал я из кармана один камешек и показал его Феосу. Тот взял его и повертел в руках, понюхал и даже чуть на зуб не попробовал.
— И правда, — неподдельно удивился тот, — хотя все равно не верится, что у тебя их целый мешок. Если так, чего один только принес?
— А ты хочешь, чтобы я притащил целый мешок камней, от одного прикосновения к которым простому человеку станет очень нехорошо? — Поднял я бровь, и старик почесал макушку, соглашаясь, что это было бы ни к чему.
— Хорошо, конечно, что у тебя их много. Эти камни действительно стоят очень много, среди деревенской молодежи часто находятся те, кто в погоне за деньгами перебираются на тот берег. Жаль, что возвращаются единицы, а добычу приносят и то реже, — вздохнул он, — но за один такой камень можно выменять серебра на целый год жизни.
— Вот как? — Хмыкнул я: — В соседней деревне есть люди, они ко мне на тот берег приплывали и меняли камни на серебро и всякий полезный товар. Правда, пришлось отдать не меньше десяти штук, в том числе и черных.
— Черных? У тебя даже такие есть? Они же в проклятых местах только бывают.
— Когда простое ядро приносишь в такое место, оно впитывает проклятье и чернеет, а поскольку на том берегу на каждом шагу разоренные деревни с толпами ходячих скелетов, накопить столько камней не составило труда, — пожал я плечами, — вот только что-то мне подсказывает, что меня серьезно так обманывали. Как индейца?
— Не знаю, кто такие индейцы, но тебя и правда надули, — засмеялся дед, — уж насколько я безграмотный, но и то знаю, что за один такой камень можно еды на год купить, за три корову, а за пять здоровую лошадь.
— А дом в городе сколько примерно стоит? — Поинтересовался я.
— Если надумаешь в город перебираться, то будь готов к тому, что тебя будут обманывать еще чаще, а то и вовсе обманут, — старик сплюнул на пол, отчего мирно дрыхнувший поп хрюкнул себе под нос, но продолжил спать: — ты может и легко бьешь монстров, но человек гораздо опаснее. Он хитрый, жестокий и жадный. Стоит тебе, одинокому, засветить богатство, так тебя на нож поставят, не успеешь и опомниться.
— Хуже всего, что я язык плохо знаю, — почесал я подбородок, — так бы можно было что-нибудь придумать, но, скорее всего, я даже не пойму, когда меня соберутся грабить. С духами и божествами общаться гораздо проще.
— Точно! — Хлопнул себя по лбу старик: — Зачем тебе говорить с людьми?
— Как зачем…
— Погодь, дослушай, — перебил меня дед, — тебе ж не погоду обсудить важно, а в хорошем месте устроиться для начала. Ежели ж в хорошем месте устроишься, деньгами обзаведешься, то даже без языка будешь в авторитете и как-нибудь выкрутишься. А если с людьми договориться о хорошем месте не получится, договорись с божеством!
— В храме что ли поселиться? — Предложение звучало вполне себе обнадеживающе, учитывая, что местная религия не предполагает хождение в рясах или танцы с бубном. Если устроиться где-то под боком у храма, то хрен кто меня тронет. Я так думаю. Только вот не представляю, чего мне это будет стоить.
— Да хоть бы и там, — махнул Феос рукой, — твои камешки-то в первую очередь полезны как раз для божеств и духов. Люди бестолочи и толком не умеют управлять духовной энергией, а мы рождены из нее и в ней существуем. Так что, если ты сделаешь хорошее подношение божеству, оно тебе обязательно поможет. Прохиндеев среди них нет и быть не может.
— Спасибо за совет, — поблагодарил я, — можете, кстати, оставить это ядро себе.
— Что ты, слишком дорогой подарок, да и предложить мне тебе нечего.
— Вы мне и так очень сильно помогли, — ответил я, — кроме того, для меня этот камень не стоит ничего. Захочу и ещё мешок насобираю. Так что берите, с меня не убудет.
— Тогда спасибо, — положив руку на грудь, опустил голову старик и, взяв камень, ловко кинул его в рот.
На секунду его образ стал чуть ярче, отчего спящий поп поморщился и чуть не проснулся, но старик легким движением руки отправил его обратно в глубокий сон. Дед на глазах стал бодрее, а его кожа, казалось, слегка разгладилась. Изменения были едва уловимы, но если сравнивать, то раньше старик выглядел несколько изнуренно, а сейчас он словно вернулся из двухнедельного отпуска в санатории.
— Спасибо еще раз тебе, Игорь, — сказал он чуть менее хриплым голосом, — все-таки я не могу тебя отпустить с пустыми руками. Дай мне свой амулет.
С любопытством, я снял с шеи символ солнца, который носил во избежание подозрений со стороны местных, и передал его старику. Тот подошел к алтарю и коснулся пальцем чаши с маслом, после чего очертил круг по краю амулета. Тот на секунду вспыхнул и снова стал, каким был.
— Пусть и мелочь, но, надеюсь, лишним не будет, — сказал старик, отдав амулет мне, — теперь он защитит тебя от всяких мелких пакостных духов, а также покажет любому доброму божеству на твоем пути, что ты человек, получивший одобрение от другого божества. Ведь далеко не все люди, могущие общаться с нами, честны и праведны.
— Я и про себя так вряд ли бы сказал, — как-то смущенно ответил я, повесив амулет обратно на шею.
— Праведность в одном поступке все равно праведность, и достойна уважения, — наставительно произнес дед, — а теперь иди, мне надо отдохнуть и переварить энергию. Да и этот толстый пень скоро проснется.
— Тогда до встречи, дед Феос.
— И тебе легкого пути, Игорь.
Довольный посещением старика, я вышел на улицу и полной грудью набрал свежего зимнего воздуха. Судя по ощущениям, сейчас или конец местного января, или уже начало февраля. Самое лучшее время для тех, кто любит зиму. Правда я больше фанат жаркого лета или прохладной поздней весны.
— Эй! — Внезапно услышал я детский голос и, оглянувшись, увидел закутанного в одежду мальчугана лет десяти, который смотрел на меня в узкую щель между капюшоном и шарфом.
— Что? — Спросил я, заметив, как из-за угла часовни выглядывает ещё два детских лица.
— Ты божество?
— Кха! — Я аж подавился от таких заявлений. — Что за чушь?!
— Мы все видели! — Ответил ребенок, набравшись смелости. — Видели, как перед тобой сама дверь открывалась!
— Тебе показалось, — хмыкнул я. Феоса все-таки люди не видят, а ведь именно он впускал меня в храм, так что со стороны это точно выглядело пугающе, — я просто путник. Зашел помолиться.