Постчеловек (СИ)
Глава 15
(отступление 3)
Когда автоматные очереди смолкли, Джабраил Сабитович Кукоев прошел к двери камеры. Прислушался. В коридоре — гнетущая тишина. Вернувшись к шконке, опустился на нее. Он знал — ждать осталось недолго…
…Камеру потряс взрыв — направленная ударная волна выбила дверь. В окошке под потолком с хрустом лопнуло толстое стекло.
— Смотрю, ты по-прежнему любишь эффектные появления, да? — Понтифик ядовито стрельнул глазами. Встав со шконки, шагнул к командиру группы захвата и с перекошенной ухмылкой распростер объятия: — Потише было никак? Всех зэков перебудили!
— Ничего, успеют еще выспаться! Вся жизнь впереди! — хохотнул Кондор. — Тем более ты же знаешь, как мы с ребятами любим шумовые и визуальные представления!
Они обнялись, с одобрительным кряхтением похлопывая друг друга по спине.
— Здравствуйте, Джабраил Сабитович! — раздалось из коридора.
Тот пригляделся — наемник по прозвищу Ястреб стоял возле дальней стены, у двери напротив, и напряженно озирался по сторонам.
— Здравствуй.
К Ястребу повернулся Кондор:
— Как обстановка?
— Все чисто, можем идти.
— Пошли! — призывно махнул рукой Кондор. Мгновение подумав, вручил Кукоеву силовой щит: — Держи, тебе полезнее будет.
— А ты?
— Все норм. У меня бронька.
Пропустив вперед Ястреба, троица гуськом направилась к лестнице, ведущей на первый этаж.
— Доложи обстановку, что ли? — через плечо то ли попросил, то ли потребовал Понтифик.
Замыкающий их колонну Кондор, внимательно прислушиваясь к звукам, процедил в ответ:
— Территория тюрьмы зачищена. Главная проблема была в живых охранниках. Ну как — проблема? Так, проблемка! Ребята ликвидировали всех. Без собственных потерь.
— Молодцы, — кивнул Понтифик и спросил: — А андроиды?
— Их мы хакнули и повырубали через нашу новую систему. Через твою систему, — уточнил Кондор, сделав акцент на слове «твою».
— Все же довели до ума? — довольно прищурился Джабраил Сабитович, но тут же посерьезнел: — Как доставим меня в Северогорск? Полагаю, ворота все так же охраняются роботами?
Кондор оскалился, хитро и самодовольно.
— Дополнительные ворота по доставке еды уже взломаны и ждут нас! Через них и просочимся внутрь. Будешь нашим бургером! — хохотнул он.
Понтифик не разделил его радости:
— Каким еще бургером?
— Который надо доставить внутрь!
— Это точно безопасно? Никаких неприятных сюрпризов не будет?
— Само собой, безопасно! Мы же не первый день пальцем деланы!
— Ась⁈ — пытаясь понять такой странный речевой оборот, ужаснулся Джабраил Сабитович.
Кондор положил руку ему на плечо и заглянул в глаза:
— Все проверили, говорю, все отлично! Ребята там уже дежурят, системщики наготове… Все в ажуре!
— Сколько времени займет дорога?
— Если не по главной, а в объезд, то полчаса. Невидимки у всех включены, осталось тебе чип поставить, и можно ехать. Пусть твари из правительства считают, что мы свалили куда-то далеко-далеко и передохли в этих «далеко», раз нас на радарах нет! А на самом деле будем сидеть у них под носом.
Кукоев повернулся к товарищу:
— План тот же? Или что-то новое придумали? Полагаю, за полгода моего отсутствия многое успело поменяться…
— Не, ничего нового. Единственное, дислокацию сменили. Нашли более безопасное место внизу города — бывшие склады, офисы, танцевальные площадки… и все в одном здании! Пару месяцев назад перетащили туда оборудование и стилизовали помещение под игровой ретроклуб. «Опиум», мать его!
— Ретроклуб? Интересное прикрытие.
— Ну, так, — пожал плечами Кондор. — Без тебя, конечно, дела у системщиков идут туговато. Поэтому рад, что мы вытащили тебя отсюда! Теперь, надеюсь, все пойдет быстрее. А то ребятам иногда недостает то знаний, то дисциплины. Не хватает жесткой начальственной руки!
— О-о, «руку» я вам могу гарантировать! — негромко рассмеялся Понтифик. — Кстати, что с переносом сознания у правительства? Есть новости?
— Пока тихо. По оценке наших спецов…
— То есть «крыс» внутри лаборатории, — насмешливо перебил Кукоев.
— От тебя ничего не утаишь! Короче, месяца через три у них начнется тестовая фаза с внедрением «хвори». И пока все это раскачается, пока они проведут последние испытания на крысах…
— И сейчас ты не про наших «крыс»? — вновь перебил Понтифик.
— Нет, про настоящих.
— Про настоящих… В общем, у нас еще есть время. Много времени.
— В избытке! Полгода, а, может, и больше. — Кондор прибавил шагу, поравнялся с товарищем и как-то заискивающе посмотрел ему в глаза: — Ты же успеешь сломать «мозг»?
— За полгода? — удивился тот. — Шутишь? Мне хватит четырех недель!
Командир группы одобрительно похлопал Кукоева по плечу:
— Ловлю на слове, дружище, ловлю на слове…
Глава 16
— Понтифик? — Костя сдвинул брови. — Это что за позывной такой?
Федор Ильич многозначительно указал пальцем в потолок:
— Тот, которого боится вся верхушка нашей власти!
— То есть свое настоящее имя вы мне не скажете?
Понтифик вздохнул:
— Зачем оно тебе, Константин? И с чего ты вообще взял, что меня зовут не Федор Ильич?
— Кэт. Она сказала, что…
— Я ничего не говорила! — перебила девушка и наигранно удивилась: — Федор Ильич, вас что, как-то по-другому зовут? Надо же, в первый раз слышу!
Костя несколько фривольно прислонил палец к ее губам, жестом прося помолчать.
— Да ты дослушай сначала! — громко сказал он, и когда девушка смолкла, развил ранее начатую мысль: — Кэт сказала, что она живет под другой личиной. Вот я и подумал, что и вы, наверное, тоже…
— А ты смышленый парень, Константин! — довольно ахнул Понтифик.
— Пожалуй, мы убьем тебя последним, — тихо, в кулачок, прыснула Кэтька.
Мужчина осуждающе скосился на нее и продолжил:
— Знаешь, Константин, у меня было много имен. В предыдущей жизни меня звали Джабраил Сабитович. Еще раньше — Заир Юсупович, а в молодости… Узурбек Капитонович Даудов. Это имя мне дали при рождении.
— Джабраил, Узурбек, Заир… Вот я сразу догадался, что вы не Федор!
— Не понял?
— Внешность у вас…
Толстяк оскалился кривым ртом:
— Не совсем, как сказали бы раньше, славянская?
— Наверное, да. — Костя пожал плечами. — Ваш нос, брови, акцент… Ну вот какой вы Федор?
— Самый лучший в мире! А вообще, внешность обманчива. Так что называй меня Федором Ильичом, договорились?
Костя кивнул:
— Так точно… Федор Ильич!
— Замечательно, — обрадовался толстяк и, будто что-то вспомнив, обратился к девушке: — Катя, пожалуйста, не забудь… не забудь рассказать Константину… ну то самое! Ты знаешь.
Кэтька понимающе прикрыла глаза. А Федор Ильич вышел из комнаты.
Щелкнул замок.
— Кэт, о чем он? Что рассказать?
Девушка, однако, будто и не расслышала вопрос.
— Кот, блин! Ты зачем у Феди… у Федора… у Ильича, такое спрашиваешь? Нетактично же! — накинулась она с претензиями.
— Так он Федя? Или Федор? Или Федор Ильич? — нахмурился Костя.
— По разному! — отпарировала Кэтька. — При тебе я зову его Федор Ильич, потому что… ну потому что так солиднее, что ли. А наедине Федя. Я же тебе говорила, что мы давно знакомы! Он меня, можно сказать, вот такой вот мелкой помнит! А ты что, ревнуешь?
— Вот еще!
— А-ха-х, ревнуешь, я же вижу. — Она внезапно успокоилась и легко поцеловала парня в губы. — Не ревнуй, тут не к чему ревновать. Обещаешь?
Костя расплылся в глупой улыбке:
— Да.
А Кэт вдруг посмотрела на него, как-то кротко, нерешительно. Растерянно потерла переносицу, словно готовясь к чему-то неприятному.
— Блин, Котик, — потупилась она, — а ведь мне действительно надо тебе кое-что рассказать. Что-то очень-очень плохое. — И замолчала.
Яковлев выжидающе поднял брови: