Постчеловек (СИ)

Взрыв!
Высокий тюремный забор с колючей проволокой наверху, не выдержав мощи взрывчатки, разлетелся кирпичными ошметками.
Вереница солдат в бронежилетах и касках, с пулеметами и щитами наперевес, просочилась на территорию тюрьмы.
— Группа Кондора зашла! — сообщил в рацию замыкающий. — Время начала операции семь часов ноль шесть минут. Прием!
— Вас понял, — прошипела в ответ рация. — Андроиды по всей площади будут заблокированы в течение сорока секунд. Прием.
  
Прячась за силовыми щитами и прикрывая друг друга, солдаты перебежками устремились к зданию тюрьмы.
Командир группы с позывным «Кондор», шедший в авангарде, заметил впереди движение и без раздумий выпустил в его направлении короткую пулеметную очередь.
В ответ загрохотали очереди автоматные. Пули ударили в силовой щит командира и, сплющившись, попадали на бетонный пол внутреннего дворика.
— Требуется повторное сканирование территории, — наклонившись к рации, процедил Кондор. — Прием.
Ответ последовал моментально:
— Данные без изменений — живых охранников всего четверо, остальные — роботы. Прием.
— Отлично, — себе под нос пробормотал Кондор и обернулся через плечо: — Ребята! В темпе! В темпе! Не тормозим!
— Андроиды вырублены, — вновь прошипела рация. — Прием.
Под одобрительно-безмолвную тишину ночного неба, что сменила смолкнувший автоматный обстрел, бойцы добрались до здания тюрьмы.
— Давай, Ястреб, снеси к чертовой бабушке эту долбаную стену!
Тот, кого назвали Ястребом, поспешно вытащил из рюкзака небольшую — с сигаретную пачку — пикающую коробочку и прилепил ее к стене. Сделал шаг назад.
Раздался приглушенный взрыв — направленная внутрь ударная волна без проблем вынесла два ряда кирпичей. Часть солдат просочилась в образовавшуюся дыру.
— Группа Кондора внутри здания, — передал в рацию замыкающий. — Прием.
Та прошипела в ответ:
— Давайте, мужики, удачи! Понтифик ждет вас! Прием.
— Нужная нам камера на третьем этаже, — повернувшись к своим бойцам, сообщил Кондор. — Делимся и зачищаем остатки охраны. Ястреб, Курчавый, со мной!
— Так точно, босс! — Курчавый шуточно приложил руку к несуществующему козырьку.
Кондор укорительно покачал головой и махнул рукой: «Вперед!»
  
Глава 5−1
 
«Тыц-тыц-тыц-тыц», — на максимальной мощности неслабых колонок, заглушая собой все остальные звуки, орала танцевальная техно-музыка.
В лайтовом стрип-баре «Сочная ва…» было многолюдно — в отличие от ограниченного комендантским часом реала, в развлекательной части кибернета ночью жизнь только начиналась. Что и неудивительно — по количеству и разнообразию клубов, пабов и стрип-баров виртуальный Северогорск запросто уделывал многие мегаполисы прошлого. А любителям более спокойного отдыха даже ночью предлагалось посетить театры, рестораны, книжные клубы и библиотеки…
Любой житель города по достижению второго совершеннолетия — шестнадцати лет — при входе в кибернет мог создать собственное «развлекалово», будь то массажный салон, бойцовский клуб, ипподром, магазин комиксов и прочее. А затем прописать правила и условия для посещения, добавить мебель и обслуживающих ботов… В общем, сотворить что-то уникальное, ограниченное лишь законом, фантазией творца и его собственным представлением о прекрасном.
Если же создатель с фантазией не дружил, а душа все равно требовала творческого выплеска, то на помощь приходили многочисленные заготовки. Именно благодаря постоянно пополняющимся шаблонам, в нэте каждую ночь появлялись сотни новых заведений, которые вспыхивали яркими красками и до утра бурлили потоками эмоций, а после бесследно исчезали в небытие, чтобы следующей ночью явиться в новой реинкарнации. Особым почетом пользовались приватные румы от известных людей, попасть в которые можно было только по специальному приглашению. Тем же, кому не повезло, оставалось тусить в комнатах с общим доступом.
Что касалось ограничений, то главным принципом создания румов являлось неукоснительное соблюдение определенных правил и порядков — тематика и происходящее внутри не должно нарушать действующие в городе законы.
Убийства, пытки, призывы к свержению власти и многое другое было под запретом. В случае нарушений как создатель, так и участники могли попасть в реальную тюрьму особого типа, содержащую заключенных в маленьких одиночных камерах, выход из которых был в одно-единственное место кибернета — в тюрьму цифровую.
Также в тюрьму, на принудительные работы, отправляли за тунеядство. По законам Северогорска каждый человек, достигший первого совершеннолетия — четырнадцати лет — должен был работать. Иными словами: ежедневно заходить в кибернет и получать за это си-коины — вознаграждение, которое можно тратить в реале на различные мелочи, будь то бархатная туалетная бумага, живые цветы для возлюбленной или поход в ресторан.
Именно в этом — зайти в кибернет и пробыть там определенное количество часов — и заключалась вся работа! И неважно, чем человек занимается внутри — пьянствует без зазрения совести, ходит на свидания, читает книги, рыбачит… Главное — отсидеть-отгулять-отбегать-отрыбачить положенное время на рабочем месте… и не нарушать закон! Все.
В то время, пока си-работник сидел в своем кресле-коннекторе и предавался важным делам, через подключенный к запястью провод в его мозг проникали нейрозаряды. Мозг начинал сначала работать в полную силу, вырабатывая особую субстанцию — си-энергию, а затем и передавать ее по кабелю обратно, в си-центр.
Это действие называлось майнить энергию, или майнинг. От си-энергии, которая двадцать четыре года назад пришла на смену электричеству, топливу, вай-фаю и другим недавним достижениям цивилизации, зависело функционирование города-небоскреба — от нее работали все отопительные, осветительные и бывшие электро-, а теперь просто «приборы», редкие транспортные средства, двери метро, интерфейс «Разума», кибернет, андроиды…
С последними ситуация была особенной. По сути, большая часть населения Северогорска занималась лишь тем, что обеспечивала андроидов энергией, которую те взамен пускали на благо обществу — обслуживали людей в развлекательных заведениях на первых этажах города, поддерживали порядок на улицах, с помощью продвинутых нейросетей «придумывали» новые гаджеты и технологии…
Поэтому без си-энергии — никуда! И важен вклад каждого человека в общее дело!
…Друзья сидели на мягких кожаных диванах друг напротив друга — Кэтька и Костя с одной стороны, Лялик и Филя с другой. Между ними — небольшой прямоугольный стол, заставленный тарелками: фрукты, салаты, мясо и прочие виртуальные деликатесы соседствовали с высоким кальяном. Яркие пятна от софитов бегали по лицам отдыхающих, их одежде, танцующим гостям.
Поскольку созданный Кэтькой бар имел категорию «лайт», то и контингент подобрался соответствующий — подростки второго совершеннолетия, от шестнадцати до восемнадцати лет, то есть того обидного возраста, когда многое хочется, но почти ничего нельзя.
Более старшим горожанам, из-за ограничений по алкоголю и цензуре, делать в лайт-баре было нечего, а молодежь младше шестнадцати в подобные заведения попасть не могла — «Разум» не позволял!
На пробу затянувшись персиковым кальяном, Яковлев долгим взглядом окинул подругу с ног до головы. Внешность — личико и фигуру — девушка не меняла, эта функция была доступна только в ПРО-версии программы, да еще и с двадцати одного года. Поэтому перед ним сидела все та же Кэтька… Правда, наряд она выбрала довольно откровенный — короткое, до середины бедра, обтягивающее черное платье без рукавов и с глубоким декольте, черные же чулки с рисунком, глянцевые туфли на шпильке. Губы накрашены яркой помадой, а накрученные волосы спадают на полуголые плечи…
  
В отличие от расфуфыренной Кэт, остальные остались в том же — театрал в своем «костюме» гопника, а Филя — в розовой рубашке и неизменных очках.
— Кэт, зачем ты создала такой громкий рум⁈ — пытаясь переорать музыку, прокричал Костя.