Огненная льдинка. Запретная магия (СИ)

Грозно посмотрела на возмущённого мужичонку. Может, Изи всё-таки отпустить?
— Так чего хотели? Сливовицы нет, закончилась.
— Это жаль, — пробухтел домовой. — Да токмо я по важному делу: в зал вам дуть, значится, надо.
— Зачем? — Спросил оборотень, за что был одарён гневным взглядом из-под кустистых бровей.
— А я почём знаю? Моё дело малое: сказал и всё. Про танцы какие-то говорено было.
— Про танцы? — Прозвучал звонкий голосок Изи, которая в одно мгновение перевоплотилась обратно.
Ехидно посмотрела на подругу. Так вот какое кодовое слово нужно было сказать, чтобы достучаться до неё — "танцы".
Евстафий испуганно икнул, явно не ожидая такого фокуса, и шагнул к двери.
— Агась.
— Так что же мы сидим? Ведь такая новость важная. — Подскочила соседка. — Нужно же спешить!
Озадаченно вынула из волос белое пёрышко. Интересно, прямо так меня потащит или всё-таки даст пару минут привести себя в порядок?
Словно прочитав мои мысли, Изи энергично покачала головой и подхватила меня под руку.
— Нет времени, Ведина. Этот пух час выбирать, не меньше. А время, как известно, на вес золота. По дороге часть перьев вытащишь. О, привет, Джимми...
Оборотень пропустил нас вперёд и меланхолично поправил метаморфа:
— Джейсон. Меня зовут Джейсон.
И пока я энергично встряхивала волосами, стремясь избавиться от треклятого пуха, соседка почти приплясывала от нетерпения. Помимо радостной новости этому было весьма простое объяснение: с взрослением метаморфа его силы увеличиваются, лучше циркулирует магический поток, в то время как для остальных существ было бы совсем нелегко добиться такого прилива энергии, разве что выпить с дюжину склянок бодрящего зелья.
— Ты только можешь представить: танцы? — Метаморф взволнованно, словно ей предстоял первый выход в свет, прижала руки к груди и мечтательно вздохнула. — Неужели хотя бы что-то хорошее в этой череде последних событий? Что скажешь, Ведина?
— Скажу, — смахнула пёрышко с чёрной формы, — что не разделяю твоего энтузиазма. И более того, не собираюсь никуда идти, даже под заклятием подчинения. Если помнишь, то в прошлый раз на вечеринке первокурсников я ушла несколько раньше остальных, и на то, признаться, были причины.
Впрочем, как это ушла... Если быть точнее, то этому поспособствовали: взвалили на плечо, как мешок, и бесцеремонно шмякнули на кровать. Но причины точно были! Даже целых две: одна такая зеленоглазая, в которую влюблена почти вся женская половина Академии, и другая, чего уж скрывать, — менее приятная, долговязая и самоуверенная, которая, не вмешайся Райан, не стала бы тратить время на аристократические расшаркивания, а сразу бы перешла к действиям. И порванное платье, выбранное Жаннет, содранные в кровь коленки говорили о том, что церемониться с простолюдинкой никто не собирался.
Кончики пальцев окутало знакомое покалывание, а в груди разлился жар чародейского пламени. Вцепившись в руку Изи, бесстрашно протискивающуюся сквозь толпу адептов, чтобы добраться до первых рядов у трибуны, попыталась успокоиться: не хватало ещё вспыхнуть среди неуравновешенных магов, скорых на расправу.
— Первое правило боевика, подруга: никогда не сдаваться, даже если что-то не получилось с первого раза. Обязательно стоит попробовать ещё, тем более, когда речь заходит о танцах. — Метаморф подмигнула, и на мгновение я заметила, как ореховый зрачок Изи вытянулся в тонкую линию, словно ипостась рыси всё ещё рвалась на волю.
Осторожно вынула руку из цепкой ладошки (вдруг у неё и когти частично трансформируются от перевозбуждения) и усмехнулась:
— Кажется, Октупус говорил, что первое правило боевика-первокурсника — сначала думать и лишь после делать, а иногда вообще лучше сразу давать дёру.
Изабелла что-то произнесла про избирательную память и ошибочную трактовку скрытых посланий и продолжила уверенно пробираться вперёд. Джейсон уже давно отстал от нас, не выдержав подобного темпа, и, скорее всего, направился к собратьям, предпочитая и в такой неформальной обстановке держаться вместе с членами стаи. Зато остальные студенты разбрелись по залу, который мгновенно превратился в лоскутное одеяло, сотканное из зелёных, синих и чёрных мантий. Вольнолюбивым штрихом неизвестной мастерицы являлись огненные шевелюры демонов, передающие практически все оттенки красного.
 
Толпа гудевших, как улей, адептов окружала меня со всех сторон: более того, она напирала, силясь оставить отпечаток моей мордашки на подступах к трибуне. Повертела головой и с облегчением заметила Демиана, который, похоже, тоже высматривал нас. Подпрыгнув от радости, замахала руками, привлекая его внимание. Инкуб посмотрел куда-то поверх моей головы и продолжил озадаченно вглядываться в лица студентов, явно не замечая нас.
Ну не по головам же к нему идти, в самом деле? Да и Изабелла вряд ли согласиться сдавать позиции, отвоёванные с таким усердием. Покосилась на здоровенного орка, беззаботно ковыряющегося в зубах — можно попросить вскарабкаться ему на плечи. В конце концов, чем хаос не шутит? Не сможет же Демиан такую скалу проморгать... Или сможет?
И ровно в тот момент, когда я прочищала горло, чтобы сформулировать столь необычную просьбу, Нуала, сощурив сиреневые глаза, заметила нас и, не особо церемонясь, потащила инкуба за собой, активно работая локтями. Впрочем, иногда этого и не требовалось: стоило только кому-то встретиться взглядом с тёмной эльфийкой, как желание переграждать ей дорогу сразу куда-то улетучивалось — хотелось сделать шажок в сторону.
Словно скала, рассекавшая море, девушка невозмутимо противостояла общему хаосу и вскоре замерла рядом, ничуть не запыхавшись, и даже любезно отстранила от Изи демона, который практически вжался в неё, пользуясь всеобщей сумятицей и неразберихой. Красноволосый сдавленно охнул и, подвывая что-то на своём каркающем наречии, прихрамывая, затерялся среди адептов — очевидно, набойки на сапогах Нуалы можно было тоже вносить в официальный имперский список запрещённого холодного оружия.
— Далековато же вы забрались, — кивнув на подступы к трибуне, расположившиеся практически у моего носа, хмыкнула дроу.
Пожала плечами: у богов на всё своя воля, а у Изабеллы, заслышавшей такое манящее и сладкозвучное слово как "танцы", — и подавно. Проще остановить беснующуюся стихию, чем одну красавицу, заскучавшую по музыке и беззаботным пляскам.
— Кто-нибудь в курсе, что вообще происходит? — Демиан, который тут же очутился подле подруги, оттеснил от неё людей и встал рядом, всем видом показывая, что у нашей пушистой кисы, улыбнувшейся ещё шире при его появлении, появился защитник, готовый уберечь возлюбленную от всех горестей мира.
— Отвлекающий манёвр, — как всегда кратко ответила тёмная эльфийка.
— Так-так, минуточку. — Искренне возмутилась метаморф и энергично качнула головой, всколыхнув лавину рыжих кудряшек. — О чём это ты? Мало нам всех этих волнений в империи, ужаса неизвестности, который преследует каждого по пятам последние два месяца, так ещё и в стенах Академии вести военные действия будем? Чепуха какая-то.
— Танцы — это всего лишь ширма, призванная скрыть волнения за блеском праздника, — терпеливо пояснила Нуала.
И, честно говоря, я была с ней полностью согласна: не может быть всё так просто.
Неожиданно гул голосов стих как по команде, и в этой наступившей тишине отчётливо разнёсся приглушённый звук тяжёлых шагов. Краем глаза заметила, как татуировка на запястье сверкнула золотистым светом и таинственно замерцала. Тяжело вздохнув, подняла голову, пытаясь справиться с внутренней дрожью — так божественная клятва могла реагировать только на одного человека. На того, кто во всеуслышанье заявил о своём праве быть моим мужем. И я стояла прямо у его ног, заворожённо вглядываясь в изумрудную зелень прищуренних глаз, не в силах отвернуться. Что-то неправильное влекло меня к этому мужчине, какая-то роковая страсть, неожиданно всколыхнувшаяся в самых потаённых глубинах сердца. Словно бы всё вокруг было навождением, сопротивляться которому не было сил. И магия это чувствовала: она оживала и, встречая лишь слабое противление, толкала свою жертву в объятия судьбы.