Маленькая проблема (СИ)

Через какое-то время прихожу в себя и все же набираю код и ныряю в спасительную темноту подъезда. Прислоняюсь к ледяному железу, пытаясь успокоить сердцебиение. В размытых линиях перед глазами ничего не видно. Никаких слез, я же обещала себе. Черт.
Едва захожу домой к Светке, как на телефон приходит сообщение. От него.
«Я все равно не оставлю тебя в покое. Можешь прятаться по своим норкам сколько угодно. Ты будешь моей!!!».
— Приветики, — из гостиной выплывает довольная подруга, в руках карты таро.
Ну, Света, зараза! Сводница несчастная! Я устрою тебе астрологический прогноз!
А сама без слов отпихиваю ее и, пройдя на кухню в верхней одежде, как есть, смотрю из запотевшего окна вниз. Двор пуст, но в свете фонаря так тоскливо темнеет пятно умирающих роз в грязной урне.
Мне опять больно.
  
Глава 31
 
Анна
— Он еще там? — спрашивает Светка, подбоченившись.
— Не знаю, — мой равнодушный напускной тон позволяет на секунду поверить что мне, и впрямь, все равно.
Ведь так должно быть. Разве нет?
Разве не в этом я сама уверяла себя, тайно выглядывая из-за шторки в темноте Светкиной кухоньки? С изнывающим раненным сердцем высматривая его темную фигуру в зимней ночи.
Он все еще был там. Каждый день.
Как и обещал, уже неделю караулил меня под ее окнами, сидя на холодной лавочке и вытянув ноги. Само спокойствие.
Сумасшествие. Больное сумасшествие.
Мне так страшно с ним встречаться, страшно что сорвет тормоза, что я претворяюсь больной, лишь бы не выходить из спасительной теплоты своего нового убежища. Взяла на работе больничный.
Чтобы торчать как глупая дура у окна с утра до вечера. С раздирающей нутро агонией наблюдая за тем, как тлеют угольком выкуренные им сигареты одна за другой пока он ждал.
— Я бы на твоем месте дала мальчику шанс, — опять вставляет подруга.
Укоризненный взгляд меня выбешивает. Она ведь даже не задумывается. Нырнула бы с головой в этот страстный и неприемлемый роман, чтобы потешить свое самолюбие. Может, и кайфовала бы от этой вопиющей разницы в возрасте.
— Даже не начинай, — предупреждаю ее.
Но своими словами как будто даю ей свободу невысказанных слов.
— Нет, а что? Он в тебя втрескался, и сильно. Сидит там на лавке и морозит свою задницу, а ты даже не хочешь его выслушать! Пожалей парнишку!
— Никто его не заставляет! Пусть проваливает, мне плевать! А ты вообще лучше помолчи! Если бы не ты и твой длинный язык, его бы тут не было! — от злости отпихиваю гребанную жабу в сторону, которую Светка заботливо подхватывает руками, не давая упасть и разбиться.
— Я же хотела как лучше! Вижу как ты изводишь себя, страдаешь. Что за глупые условности?! Он тебе тоже нравится!
— Отстань от меня, пожалуйста!
— Парень пусть молод и горяч, но явно заслуживает внимания. Он же тебя на руках носить будет, если позволишь.
— Света!
— Иначе так и будешь, как я, встречаться с разными недоумками вроде Коли. Ну и что вышло? А ведь он старше тебя! Все как принято общими навязанными нормами. Вот только ты была счастлива? Любила? Улыбалась с ним?
— А с этим сопляком буду?! — восклицаю раздраженно.
Наш разговор начинает меня угнетать. Как и все положение вещей. Какого черта он там сидит?! Вот если бы его не было… Было бы куда легче.
Но он там. Сидит и ждет. Упертый, как баран.
— Пока ты будешь считать его сопляком — вряд ли, — отрезает Светка. — А вот если позволишь себе расслабиться и просто попробовать представить его в роли твоего мужчины, то скорее всего будешь. Ты же рядом с ним такие чувства испытываешь, какие никогда за свою жизнь не испытывала! Зачем все давишь на корню? Вы друг друга сделаете счастливыми!
— Это тебе прогнозы так говорят? — усмехаюсь, скрещивая руки на груди. — Или глупые карты таро?
Подруга поджимает губы.
— Знаю, ты считаешь меня сумасшедшей. Знаю. Но знаешь, куда лучше верить во все это, чем вообще ни во что. Ни в себя, ни в лучшую жизнь. Ты не веришь, что можешь быть достойной большего, чем отношения с унылым мужиком средних лет, живущим с мамой! О да! Для тебя это подарок небес! Дура!
 
— Ага. Дура.
Этот разговор бессмысленный, и я его не хочу продолжать. Вместо этого, зарычав про себя ухожу в комнату и ложусь на свою раскладушку, с мазохизмом прокручивая в голове детали нашей прошлой встречи, уткнувшись в подушку.
Тебя хочу. Рядом с собой. Ты нужна мне.
В серых глазах угроза, обещание, просьба. Обвинение. Все смешалось в единую бушующую тучу, готовой разорваться шквалом сырого дождя. Под который так хочется попасть.
Глотать долгожданные капли разорванной тучи, захлебываться неистовой силой. Такой, которая прибивает к земле и не дает пошевелиться. Смиряет. Подавляет.
Отдаться власти грозной стихии.
Ведь потому что без этого ты вся сплошная засуха и чертова раскаленная пустыня. А гребаный мальчишка, в которого я безнадежно влюбилась, исцеляющий ливень.
Ночами я тихо сглатываю слезы, прижимаю кулаки к губам. Ну разве не дура? Светка права.
Подруга крутится на диване рядом, спит неспокойно. Но молчит, не говорит мне больше ни слова.
А утром я опять с задыхающимся сердцем вглядываюсь в мутное окно.
В один из таких дней я его там не обнаружила. Пустеющая лавка, пустеющий двор с грязной кашей вместо снега — уже теплело, — вот и все, что осталось после него.
Кажется, это действительно конец. Все, как я и хотела. Радуйся, вздыхай свободно. Беги вприпрыжку мыть посуду и делать вид что жизнь прекрасна. Егонетуонушел. Тампустооо…
Эта пустота олицетворяла все, что осталось у меня в душе. Словно со своим уходом Ярослав забрал все, что там до этого было. Собрал в чемоданчик и вынес.
Вот только эту холодную пустошь ощущать куда больнее, чем обиду и ненависть.
И это побуждает на дерзкий шаг. Вселяет в меня чужеродную лихорадочность, адреналином разгоняет по венам кипучую лаву.
Обычные джинсы, серая толстовка с капюшоном, прикрывающая лицо — моя маскировка. Ищу информацию везде, и нахожу у сестры в соцсетях. Именно ее упрямая настойчивость и откровенное сталкерство заставляют сцепить зубы и грохнуть кулаком по столу.
Он не будет твоим.
Может, и моим не будет. Я не знаю. Черт… Я так запуталась.
Смеялась над ней, а сама собираюсь делать то же самое, только тайно. Преследовать. Кошмарный кошмар. Такое дно.
Но я лишь одним глазком… Больше никаких сомнений.
С холодной решимостью читаю ее пост о предстоящей игре в баскетбол городской команды и делаю это.
Еду тихой тенью посмотреть на его игру. Убеждаю себя, что это ничего не значит. Я просто хочу удостовериться. Что он мне безразличен, что все это неправда. Ведь не может быть правдой, да?
Чем ближе нужная станция, тем сильнее меня пробивает дрожь. Пустота впервые начинает заполняться эмоциями.
  
Глава 32
 
Ярослав
— Не копошитесь там, быстро переодевайтесь и на разминку, — дает указания сварливый тренер.
Нестройный отклик согласия вяло прокатился по команде, топавшей в раздевалку.
— Соберитесь, парни, — внушает Орловский. — Мы должны их разгромить. Новосибы сильные, забыли?
— Ага, они в прошлом году победили, — скривился Стас, вспоминая наш позорный проигрыш.
Вообще-то это моя работа — поддерживать командный дух и подпинывать всех, но в последнее время я совсем притих, окружающий мир оглушил меня и превратил в окончательного инвалида. Бесконечная вереница мыслей словно глумится над растрепавшимся сознанием, но ничего связного и цельного в голове не выстраивается.
Херня полная. Ты, Яр, в глубокой заднице.
Там, у подъезда. Мне было трудно рядом с ней просто дышать. Но, как оказалось, это все чушь собачья. Потому что без нее и вовсе нечем. Хоть падай и, хватаясь за горло и задыхаясь, елозь по грязному снегу, пытаясь выжить без воздуха. И так каждый гребаный день. Ничего не мог с этим поделать. Ни-че-го. Анна вгрызлась в мое нутро, впорхнула в каждую пору на теле. Она внутри меня, в крови. Надави сильнее — все равно не вытечет.