Маленькая проблема (СИ)
Нигде. Потому что от тоскливых воспоминаний никуда не деться. Куда бы ни пошла — они всегда, как верные спутники, со мной.
Когда мне хотелось поделиться произошедшим хоть с кем-то, я взяла и призналась своей подруге Светке.
— Обалдеть, ты даешь! — воскликнула она, разливая вино по бокалам. — А он, каков сукин сын! Почему ты не рассказала ему правду? Утерла бы нос этому малолетнему кобелюге. А у тебя есть его фотка? Наверняка, хорош, засранец, если даже ты не устояла перед таким молодым и страстным напором.
— Ты же знаешь почему не рассказала. Он меня в самое дно втоптал. На дверь предельно ясно указал. Дураку было ясно, что под юбку ко мне залез, чтобы унизить и пинка под зад дать. Я сама клуша, поддалась дурацким чувствам и позволила этому всему зайти так далеко.
— Думаешь, у вас ничего не могло быть?
— Ты серьезно? Двенадцать лет разницы, Свет!
Подруга фыркнула, развалившись в кресле.
— Вон Галкин с Пугачевой…
— Ой, не начинай даже! — перебила эту ерунду, поморщившись.
А еще через час, когда я слегка перебрала красного, подруга успокаивала меня, уложив мою голову к себе на колени и поглаживая. Потому что я отчаянно плакала, размазывая слезы по лицу.
— Анют, ну ты чего… Влюбилась, что ли?
Я только еще громче заревела.
Разве я хотела? Да я все делала, чтобы этого не произошло, ведь знала, что непременно будет больно. Что ничего нормального из этого не выйдет. Не для меня это все. Зачем я вообще туда устроилась? Повелась на место и хорошую зарплату. Ох, и дура. Да мне бежать оттуда надо было в тот же день, когда увидела этого подонка…
— Тшш… А знаешь, ты поплачь. Легче станет. И себя винить не надо — ты не человек разве? Откуда ты могла знать, что все так получится? Во всем надо искать плюсы — кончила же феерично. А малыш, смотрю, не промах… Ну прости, прости, лишнее ляпнула. Хочешь Толику скажу — он ему накостыляет? Я тебе не рассказывала про своего нового хахаля? Он у меня боксом занимается. Тупой, как пробка…
В тот вечер откровений подруга бормотала надо мной про своего Толика, про их несуразные свидания и прочую ерунду. Увела меня в сторону от болезненной темы. Потихоньку ее болтовня успокаивала меня. Легче не становилось. Нет. И со слезами боль не уходила. Но дышать нужно было, и только я сама могла вытащить себя из этого депрессивного болота.
Доев кимбап, бросаю обертку в ближайшую урну и прибавляю шаг. Когда я подхожу к дому, мое внимание привлекает фигура у подъезда — тучная и низкорослая, упакованная в норковую шубу до пят. С неподдельным удивлением смотрю на Лидию Семеновну, маму Коли. Сначала даже мелькает мысль, что она здесь по чистой случайности. Абсурдно думать, что она ко мне. Но когда она делает шаг вперед, я понимаю, что ошибаюсь. Лидия Семеновна пришла по мою душу.
Прищурив глаза и поджав и без того тонкие накрашенные губы, превратив их в леску, она перегораживает проход.
— Аня, добрый вечер.
— Здравствуйте, Лидия Семеновна, — растерянно произношу, еле сдерживаясь, чтобы не начать озираться — а ну как Коля сюда пришел. С подмогой.
Все оказалось гораздо хуже — поговорить со мной он отправил свою маму.
В квартире (да, я пригласила ее на чай), она пристально разглядывала скромное убранство, морщила нос на кухне, но молчала, никак не комментируя увиденное.
Ее жилье было гораздо просторнее и современнее. Лидия Семеновна работала главным бухгалтером в приличной компании, и ремонты освежала с завидной регулярностью.
Чай стынет, к сладостям она не притрагивается. Я хмуро смотрю на нее, пытаясь понять истинную причину ее присутствия здесь.
— Так что вы хотели, Лидия Семеновна? — спрашиваю, теряя остатки терпения.
— Ну и стоит этого того? — вопросом на вопрос отвечает женщина, отвернувшись от созерцания побитой плитки вокруг раковины.
— О чем вы? — не понимаю.
— Стоило рушить отношения с моим сыном, чтобы продолжать жить вот так? — обводит взглядом кухню.
— Как так? — чуть ли не скреплю зубами.
— В убогой бедности. Что ты смотришь на меня своими ясными глазенками? Для тебя это новость, что ли? Квартира не твоя, съемная. Ремонта здесь со времен государя Николая не было, мебель — дешевая и допотопная. Чай в заварочных пакетах, конфеты заскорузлые по акции. Ты этого хотела? Брак с Коленькой все бы изменил для тебя. Накопили бы на свою квартиру, я бы помогала. Да и сын у меня один, моя квартира тоже вам бы досталась после смерти.
С каждым ее словом я хмурюсь все сильнее, сжимая пальцы в кулаки.
— Он тебе не изменяет, не пьет, не курит. Умный, образованный, интеллигентный. К тому же, уважаемая должность есть. Машина. Да его уже за это целовать в ноги надо. Что тебе еще не хватало, не пойму? — сварливо отчитывает меня она, вцепившись темным взглядом, будто коршун.
— Перестаньте, Лидия Семеновна, — утомленно вздыхаю.
Надо было дать ей от ворот поворот еще там, у подъезда. Все мои хорошие манеры…
— Откуда ты там, напомни-ка. Чепурово? Даже не слышало о таком селе. Коля — коренной москвич, да за ним табуном девки готовы броситься. Я и на это глаза закрыла, благословила ваш союз. Хотя ты ничего из себя не представляешь…
— Я думаю вам лучше уйти, — прерываю ее монолог.
— Вернись к нему! — лупит по столу мясистым кулаком.
— Вы шутите?!
— Какие уж тут шутки, я серьезно.
— Я не вернусь! Все кончено! Так и передайте Коле. Вы с ума там посходили? Ну зачем вы вмешиваетесь?
— Коленька страдает, жениться на тебе хотел. А ты как змея, что на груди пригрели, поступила. Или, лиса хитрая, крутить им вздумала? Цену себе набиваешь?
О Боже! Ну и цирк!
— Уходите!
— Думаешь, я позволю моим сыном крутить? Одна уже пыталась, и где она сейчас? Даю тебе время подумать…
— Вон отсюда! — повышаю голос, устав слушать этот бред. Все свои манеры и вежливость душу в зародыше. — Катитесь на хрен, вместе со своим потрясающим сыночком.
Выпучив глаза, женщина хватает воздух открытым ртом, как рыба.
— Ну и воспитание. Позорище. Смотри, милочка, как бы локти не пришлось кусать. Второй раз не приму, — пригрозила пальцем прямо у моего носа и грозно поднялась из-за стола. Отшвырнула от себя ни в чем не повинные конфеты. — Гадость какая!
В дверях, когда Лидия Семеновна уже стояла в своей шубе, появилась Алина. Размалеванная как всегда, на ногах шпильки, острые и тонкие, как две останкинские башни. Короткая, не смотря на мороз, юбчонка.
Они оторопело уставились друг на друга, потом мама Коли скривилась и бросила на прощание:
— Ну и семейка! Срамота!
— Это что за карга старая? — недоуменно спросила сестра, когда та ушла.
— Колина мама.
— И чего она тут забыла?
— Да так.
— Погоди-ка… Только не говори, что этот мудень свою мамочку на переговоры отправил? Ха-ха-ха! — Алина начала гоготать, схватившись за живот, проигнорировав мой предупреждающий взгляд.
— Прекрати так выражаться.
— Капец! Кому расскажешь — не поверят! Это просто улет!
Еще какое-то время она заливисто хохочет, затем начинает скидывать обувь и верхнюю одежду. Автоматически беру ее прилично сдобренную парфюмом шубку и вешаю на плечики.
— А ты откуда такая нарядная? В университет разве пускают в таком виде? — скептически оглядываю ее вид, с неудовольствием отмечая про себя, что сестрица больше напоминает эскортницу.
— А я со свидания пришла, — она расплывается в счастливейшей улыбке.
Неожиданно хватает меня за руки и начинает кружить, потом и вовсе обнимает, прижав к себе. Такого всплеска сестринской любви в ней давно не было, я конечно же начинаю улыбаться в ответ. Радостно сжимаю ее плечи.
— Что за мальчик? Расскажешь?
— Ань, только ты не бухти. Я знаю, что вы с ним не смогли сработаться, — моя улыбка мгновенно меркнет на ее словах. Я уже чувствую, что сейчас она скажет что-то очень плохое. — Но мне он очень давно нравится, ты же знаешь. А тут он сам позвал меня в кино, представляешь? Я даже не поняла о чем фильм, сидела все два часа и кайфовала от его присутствия. От него так пахнет!