Академия магических секретов
– Это мое последнее слово!
Развернувшись, он вошел в дом, а я подмигнула сестре:
– Не переживай, зато в карете я приведу себя в должный вид.
Алексана молчала, и в ее глазах снова застыли слезы. Мне было наплевать на слова отца, а она прекрасно понимала, что его пренебрежительная речь, по сути, предназначалась именно ей. Я ободряюще похлопала сестренку по плечу.
– Не переживай, тебя это уже не касается. Когда вы отправляетесь в столицу?
– На днях, – всхлипнула она, – когда будет готов мой новый гардероб.
– Отлично, не забывай рассказывать обо всем, что происходит. Зелья тебе надолго хватит, а в Академии, если потребуется, приготовлю следующую порцию. Думаю, как-нибудь смогу передать его тебе.
Сана порывисто обняла меня.
– Я буду скучать, – шепнула она.
– Я тоже…
Пришлось выдохнуть и подумать о насущных делах, чтобы не разреветься вслед за Саной. Только этого не хватало.
Но я все-таки расплакалась, в карете, по дороге в город. Ни разу в жизни я не уезжала из дома, но, самое главное, не расставалась с сестрой. Мы так и не легли спать этой ночью и проговорили до утра. Расставаться было очень больно, но, к сожалению, необходимо. Похоже, закончилось наше беззаботное детство…
Вытерев непрошеные слезы, я приступила к своему полному преображению. Захваченными из дома ножницами безжалостно состригла длинные волосы, и моя прическа приобрела привычный растрепанный вид. Остатками двух последних неудачных отваров – ядовито-желтого и иссиня-фиолетового – я намазала отдельные пряди, чтобы мои последующие эксперименты с бабулиной книгой не вызывали удивления на лицах сокурсников и преподавателей – если и поражать их своим видом, так сразу. Проверила, как держится родимое пятно, вдохнула аромат зелья, меняющего цвет и форму глаз, и в довершение образа нацепила на нос очки. Хоть в них и были простые стекла, но теперь точно никому в голову не придет заподозрить в моем облике наяну – они всегда отличались отменным здоровьем, и проблем со зрением у них не было. В желании полностью изменить внешность я задумалась, не навертеть ли чего на себя, чтобы скрыть тонкую талию, но справедливо решила, что с этим неплохо справится и студенческая мантия. Насколько я знала, ее крой был весьма просторным.
О Тарринской Академии магических секретов я почти ничего не знала. В книгах, доступных в домашней библиотеке, она упоминалась редко, а из нашей деревни в ней учился разве что Динор, и то, полагаю, это было давно и неправда. Но он любил хвастаться своим обучением, продлившимся ровно год. Поговаривали, что его исключили из Академии за пьянство, что Динор, брызгая слюной и картинно заламывая руки, рьяно отрицал, а я была уверена, что это чистая правда, судя по его пристрастиям. Кстати, после того, как мы спугнули сыновей предсказателя, в лес они больше не возвращались. Видимо, боялись, что в следующий раз могут просто не выжить после нападения очередной танарии. Оно и правильно, без Берта лес оставался практически беззащитным.
Скупые сведения, просочившиеся в нашу деревню, гласили, что в Академии существует четыре факультета. Я знала только о факультетах прорицателей и зельеварения, другие оставались для меня тайной, покрытой мраком. Впрочем, они меня не интересовали, хотя и прорицатели не входили в круг моих интересов. Мне еще предстояло как-то убедить приемную комиссию в ошибке отца. Как бы они не послали ему запрос… Хотя я и предупредила Сану, чтобы она приложила усилия и самостоятельно вскрывала любую почту из Академии. Наш план не должен провалиться из-за такой мелочи.
Мы въехали в город, и я с любопытством выглянула в окно. В городе мы с сестрой были всего пару раз, очень давно, при этом почти не покидали карету. Я категорически отказывалась ехать без Саны, а отец не хотел являть ее лицо миру, поэтому мы всего лишь прокатились по улицам, посмотрели на аккуратные домики, сложенные из белого и серого камня, узорные решетки на окнах, яркие красочные вывески и даже ни разу не заглянули в знаменитые кондитерские, хотя обе были сладкоежками. Отец нехотя зашел туда один раз и принес маленький пакетик с пирожными. Чем больше я вспоминала наше детство, тем больше меня охватывала злость на отца. Даже я не всегда замечала его пренебрежительного отношения к Сане, ведь все старалась делить с нею пополам, а она страдала и оттого, что я многого лишаюсь из-за нее. Глупая. Нужны мне эти кондитерские, если сестренка будет несчастной.
Из воспоминаний меня вырвала резкая остановка кареты, причем настолько резкая, что я слетела с сиденья и едва не ткнулась носом в противоположную стену. Больно приложившись коленками об пол, я ойкнула и поправила съехавшие на кончик носа очки – как же раздражал меня этот дополнительный аксессуар! Я уже сомневалась в своем решении его использовать, но, с другой стороны, оно было оправдано – очки точно отвадят желающих разглядеть черты моего лица. С трудом поднявшись, я плюхнулась на сиденье и выглянула из окна, недоумевая, что же послужило причиной такой непредвиденной остановки.
Наискосок от нашей кареты я заметила другую – видимо, мы неудачно выехали на общую дорогу и лошади банально шарахнулись друг от друга, да так, что кареты развернуло и чужое окно оказалось едва ли не напротив моего. Я высунулась, с интересом разглядывая невольную помеху, и ее хозяин, что неудивительно, сделал то же самое.
– У вас все в порядке? – произнес приятный мужской голос, а я уставилась на своего визави. Он был молод, не старше тридцати, ярко-голубые глаза на смуглой коже смотрелись необычно, а ямочки на щеках смягчали черты лица. Его внешность вряд ли можно было назвать совершенной, но притягательной – определенно. Аккуратный, идеально выглаженный костюм довершал образ, и я невольно потянулась к складкам на своем платье, которые мужчина никак не мог видеть.
– Да, все в порядке, – вышла я из оцепенения. – Простите, похоже, это вина моего кучера.
Мужчина улыбнулся:
– Ничего страшного, вы тут точно ни при чем. Торопитесь?
– Немного.
Почему он так действует на меня? Впрочем, я быстро догадалась – в отличие от остальных представителей сильной половины человечества, приходящих в наш дом, он не смотрел с вожделением, и у него не было в отношении меня никаких матримониальных планов. Да и не могло быть, я же теперь выгляжу, как…
– Не смею вас задерживать, попрошу кучера придержать лошадей, – снова улыбнулся мужчина, а я даже пожалела, что поторопилась с изменением облика. Хотя, о чем это я, будь у меня внешность наяны – у мужчины загорелись бы глаза, точно так же как у всех остальных, а в мыслях замелькали наши будущие дочери и золото, которое он мог за них получить. И в довесок – вечно юная жена… Впрочем, с таким-то мужчиной… стоп, Алексия, куда это тебя занесло! Неужели забыла о бесчисленных предложениях, сыпавшихся на твоего отца? Правда, кандидаты на мою руку были весьма небогаты, что совершенно не устраивало папочку, даже несмотря на репутацию нашей семьи.
– Леди, с вами точно все хорошо?
Ох, я же не ответила, увлекшись собственными, довольно-таки грустными мыслями. Я улыбнулась, при этом поправляя очки и сдувая челку со лба.
– Конечно, не беспокойтесь, – машинально кивнула ему, – вы очень любезны.
– Счастливого пути. – Незнакомец махнул мне рукой и скрылся внутри кареты. Чего и следовало ожидать. Наверное, стоило порадоваться, что маскировка работает, но почему-то от непонятной тоски защемило сердце.
Договорившись с коллегой, который уступил дорогу с явной неохотой, ведь правда была на его стороне, мой кучер прикрикнул на лошадей и пустил их почти в галоп. Другая карета осталась далеко позади, а жаль, мне было интересно, куда она направлялась.
Перед высоким двухэтажным зданием стационарного портала я вышла полностью преображенной, даже шнуровку на платье ослабила, чтобы талия не казалась такой тонкой. Причем я хорошо постаралась, служитель на входе вздрогнул и, кажется, приобрел нервный тик правого глаза. Надо же, какой впечатлительный. Это он меня после шестого заклинания пятого десятка не видел!