Моя недотрога (СИ)

— Счёт, — приподнял руку я.
Его подали уже через несколько минут. Я извлёк карточку, но Ася…
— Я заплачу сама! — строго сказала она. — Знаю я вас. Заплатите, потом как предъявите… а я за часы ещё не рассчиталась.
Я засмеялся, а девушка достала кошелёк. Из него стопку купюр, достоинством от пятидесяти до пятисот рублей. Медленно считала, шевеля губами и сверяясь со счётом. Потом поняла, что не хватит, вынула из потайного кармашка двухтысячную купюру, вложила в счёт и удовлетворённо кивнула.
Не буду говорить ей, что счёт за напитки выставляется отдельно, иначе она точно разорится — вино стоит в десятки раз дороже, её куска курицы с листьями.
— Спасибо за ужин, — поднялась она.
— Я вас отвезу.
— Я…я пешком пойду.
— Зачем?
— Полезно после ужина ходить пешком. Для фигуры и пищеварения.
Я утомленно закатил глаза.
— Тогда я тоже с вами пойду. Пешком. Позабочусь о своём пищеварении и немного о том, чтобы вас в этих шортах не изнасиловали в подворотне.
Ася явно была не в восторге от моей идеи, но не знала, как меня прогнать. Так мы и вышли вдвоём на улицу, пошли по тротуару, смешавшись с толпой гуляющих парочек. И я вдруг с удивлением понял — мы и есть гуляющая парочка. Осознавать это было странно, я давно такой херней не страдал. Подумав мгновение, я потянулся и взял Асю за руку. Она вздрогнула и попыталась руку отнять.
— Ну, не будьте бякой, — мягко пожурил я. — Конец мая, вечер, воздух как парное молоко, мы просто идем вдвоём по улице, вы мне нравитесь. Мы просто обязаны идти за руки.
— А вы мне не нравитесь, — возразила она.
Но руку отнимать не стала. Мы шли. Я знал, что где-то за нами едет мой автомобиль с водителем за рулём, не нужно было даже оборачиваться. Ночная улица была полна молодёжи и всяческих фриков. Каждый мужчина смотрел на ноги Аси. Я чувствовал и гордость, и абсурдную, неуместную ревность. Только бы кто нибудь шаг сделал, разбил бы ему лицо. Это моё.
А эта дурочка ещё пешком хотела идти, далеко бы она ушла?
Шли мы минут сорок. Молчали все время, но это молчание было таким гармоничным. Словно так и нужно. Я даже рад был, что она мне отказывает. Так эту стадию недостижимого, но такого желанного её тела можно немного растянуть. Предвкушение тоже очень вкусное, чуть терпкое и щекочет изнутри.
Из центра мы уже удалились, перешли по мосту и оказались в районе плановой советской застройки. Каждый квартал здесь как две капли похож на другой, но район достаточно дорогой, за счет близости к центру, его активно развивают.
— Дальше я сама, — высвободила руку Ася. — Меня брат встретит. Боксер. И его друг, он тоже боксер.
Не хочет, чтобы я знал, где она живёт, подумал с улыбкой я. Наивная. В наше время так легко найти человека, и не ищу я её только потому, что мне нравится игра, которую она затеяла.
— Я вам завтра позвоню, — сказал я.
Она снова замялась, не зная, как подобрать слова.
— Не нужно, Вадим… мне и правда все это не нужно. И деньги ваши тоже. Я просто вас боюсь…
— Вы просто не знаете, от чего оказываетесь, — она в кинула на меня взгляд едва различимых в темноте глаз. — Я покажу.
Она едва успела пискнуть, когда я легко подхватил её и прижал к стене. Романтика — ночь, кирпичная стена, кусты цветущей сирени…
— Вадим, — забила она кулаком в грудь.
— Да расслабьтесь вы… я не буду вас насиловать.
И правда, не стал бы. Зачем? Всё, что мне нужно мне дают и так. Я расстегнул её шорты, рывком спустил их вниз, удерживая второй рукой Асю, и закрывая её рот своим — чтобы не вздумала верещать и просто потому, что целовать её хотелось.
Накрыл её промежность ладонью и Ася затряслась всем телом.
— Только рукой, — шепнул я в её рот. — Только рукой, не бойся.
И почувствовал, как намокает тонкая ткань, подавил стон — это будет сложнее, чем мне казалось.
  
Глава 7
 
Ася
Когда его рука коснулась там, я вздрогнула. Меня там никто не трогал, если не считать гинеколога. А если учитывать, что половую жизнь я не вела, то у гинеколога я была два раза в жизни, и врач ограничивался поверхностным осмотром. Что-то мне подсказывало, что сероглазый миллионер действовать поверхностно не будет.
 
Нет, умом я вполне соображала, что нужно сопротивляться. Оттолкнуть его. Закричать — Анька точно шла за нами следом, и сейчас наверное голову ломает, куда я подевалась. Услышит, вызовет полицию. На деле же я замерла, как вкопанная, просто оцепенела и дышала через раз, хотя и сумела высвободиться от его поцелуя. Уткнулась лицом ему в плечо да так и замерла.
— Раздвинь чуть чуть ноги, — попросил он.
И я…раздвинула. Много можно придумать оправданий. Что мне двадцать три года. Давно пора. Но тогда я даже не думала, я вся сконцентрировалась на том, что происходит ТАМ. А там горело огнём. Он гладил меня через трусы и я со стыдом чувствовала, как они намокают. Стыдно было за такую реакцию своего организма, а Вадим дышал так тяжело и я ощущала его дыхание на своей коже.
Затем белье оказалось сдвинуто в сторону и палец коснулся моих половых губ. Скользнул по ним вперёд и назад, тут я вообще забыла, как дышать надо. А потом… палец дал себе воли и начал проникать внутрь. Тут я почти пришла в себя и забилась в его руках.
— Не надо, не надо, — почти плача попросила я.
— Не буду, моя хорошая…
Палец вернулся наверх и коснулся клитора. Он неожиданности и полноты ощущений я негромко вскрикнула. Вадим же продолжал чуть поглаживать по кругу, иногда надавливая чуть сильнее, а иногда едва касаясь словно дразня. То, что я принимала за бабочки в животе, сейчас превратилось в огнедышащего дракона, и он извергал огонь требуя вырваться на волю. Я не знала, что меня ждёт, но точно знала — если не получу этого, умру. Прямо сейчас, немедленно. Я, Господи, просто как шлюха принялась тереться о его руку, поторапливая то, что меня ждало. А Вадим… остановился. Я огорченно застонала.
— Вадим…
— Попроси.
Мне было стыдно. Ужасно. Но все внутри меня ныло, требуя продолжения банкета.
— Пожалуйста…
Оказывается, до финала оставалось лишь несколько движений мокрых уже его пальцев. Я закричала. Если бы не поддержка Вадима — упала бы на землю. Казалось, внутри меня была туго сжатая пружина, которую вдруг отпустили. Удовольствие пробежалось по всему моему телу, до самых кончиков пальцев разрядами тока, вызывая судороги в теле и тепло.
Это было невероятно.
Колени тряслись, но через несколько минут я обрела возможность владеть своим телом. Оттолкнула Вадима. Натянула обратно шорты. Не могла на него смотреть.
— Я позвоню завтра?
Подняла взгляд. Смотрит на меня. Улыбается едва различимой в темноте улыбкой. Какая ему разница, что я отвечу? Все равно же позвонит… а он вдруг взял и засунул в рот палец. Тот самый, которым меня трогал…там. Сумасшедший!
— Вкусная, — сказал Вадим. — Тебя точно не проводить?
— До свидания, — ответила я.
Оттолкнулась от стены, пошла домой, не глядя назад, только надеясь, что ушёл. До моего дома тут всего пара дворов осталась, мне нужно было побыть одной. Как-то переварить произошедшее.
Не получилось. У подъезда сидела Анька.
— Я тут поседела вся! — вскочила с лавки она. — Тебя где черти носят?
— Да вот же я, — вяло отозвалась я, махнув рукой. — Иди домой.
Анька внимательно на меня посмотрела и всплеснула руками.
— У тебя был секс?!
— Не секс…
Домой она конечно же, не пошла. Потопала за мной. Сказала, что до прихода тёти уберется прочь. А одну меня сейчас оставлять нельзя, хотя именно этого мне и хотелось больше всего на свете. Я пошла в душ, за это время Аня согрела чай, разлила по чашкам и нарезала бутерброды.
— Рассказывай, — велела она.
Рассказывать меня не тянуло.
— Я все ещё девственница, Ань.
Пила чай. Ресторанной курицей я совсем не наелась, а сейчас вдруг ощутила дикий голод. Успела слопать три бутерброда, потом виновато подумала — тётя заметит, что я ела ночью. На ужин сегодня были макароны, их мне и полагалось есть.