Факультет Романтики. Ромфак (СИ)

– Стейси, – представилась девушка с приятной улыбкой, внимательно осматривая мое лицо, – ты что, действительно ничего не помнишь?
– Ну эм… привет, Стейси, – ответила я, тоже глупо улыбаясь и делая вид, будто не слышала ее вопроса. Я резко вскочила со своего стула и приготовилась спешно дать деру в любом из четырех направлений. – В общем, давай пока, Стейси…
Я уже нацепила на нос свои темные очки и развернулась, чтобы смыться, как вдруг…
– А хочешь все вспомнить? – тихо произнесла блондинка, будто бы могла это сделать по щелчку пальцев, – ты же ведь даже свое имя не знаешь!
– А вот и знаю, – быстро ответила я, – меня зовут Ани… Ани…
Что-то мне подсказывало, что мое имя должно быть на пару слогов длиннее, и к нему еще должна была прилагаться фамилия.
– Ани, стой! – окликнул меня Даниэль, ставя на высокую барную стойку миниатюрную белую чашечку с черным, как ночь, экспрессо и большой полупрозрачный стакан золотистого холодного чая с лимоном и свежими листьями мяты. – Ты же еще ничего не выпила!
– Ой, спасибо, конечно, – отмахнулась я, понимая, что сейчас важнее всего было как можно скорее увеличить расстояние между мной и этой странной не предвещающей ничего хорошего блондинкой. – Я… мне надо это… туда… бежать скорее… а то закроется!
– Что может закрыться глубокой ночью? Очнись, скоро уже рассвет! – удивленно спросила Стейси, саркастически поднимая вверх правую бровь, – тебя что, где-то кто-то ждет? Впрочем, и тут тоже никто не держит!
Я опустила вниз глаза и, не найдя, что соврать, села обратно на стул, нервно перебирая в кармане пластиковые банковские карточки.
– В твоих карманах – целое состояние, – тихо продолжала блондинка свою странную игру, словно ведущая телешоу с интригами и загадками, – а ты даже не можешь заплатить за кофе из-за своего упрямства. Прямо, как маленькая глупая овечка…
– Сама ты овечка! – выпалила я и нечаянно призналась, – и да, блин, я ни одного пин-кода не знаю!
– Все очень просто! Пин-код – это дата твоего рождения, – спокойно произнесла Стейси, устало моргнув своими густыми накладными ресницами. Я резко обернулась и уставилась на нее. Девушка продолжила таким сухим и безъэмоциональным тоном, словно говорила о цифрах в математическом уравнении, а не о пин-кодах от платиновых карточек. – Точнее – это дата рождения его самого близкого друга, только вот она совпадает с твоей.
– Но… откуда ты-то знаешь? – нахмурилась я, медленно присаживаясь обратно на свой стул. Кажется, нам было о чем с ней поговорить. Скорее всего эта блондинка просто видела, как ее парень много раз за нее расплачивался картой и использовал именно этот пин-код. Важнее всего сейчас был другой вопрос, который я тут же задала, не дождавшись ответа на свой первый. – И когда он? Мой день рождения?
Стейси лишь покачала головой и, хитро улыбаясь, кивнула на миниатюрную белую чашечку с крепким черным кофе.
– Выпей его до дна! Тройной эспрессо со льдом, и тут же все вспомнишь!
– Тройной?! – Я недоверчиво уставилась на нее, не понимая, какая связь между напитком и моей памятью. – Да еще и со льдом!
– Ага! – кивнула девушка, тряхнув своими золотыми локонами. – В твоем случае – это самый лучший вариант! Лед притупляет боль, охлаждает гнев. Поверь мне, тебе есть, что вспомнить!
Я нахмурилась, с ужасом пытаясь представить свою прежнюю жизнь. Да что же со мной такого случилось, что для восстановления памяти мне требуется аж тройной экспрессо и даже со льдом?! Эх, мне хотя бы вспомнить свой день рождения! И тут мне в голову пришла гениальная идея.
– Дани? Эй, Даниэль! – громко позвала я баристу и, всецело завладев его вниманием, я окинула взглядом разноцветные бутылки с дорогим алкоголем, что стояли позади него на полке. – Можно мне в кофе добавить что-нибудь погорячее? Вон тот, ликер, например! Мне же ведь уже можно по возрасту, верно?
Даниэль нахмурился, что-то припоминая, затем кивнул, видимо, сложив числа в уме, и произнес с наигранной строгостью:
– Приходи сюда через 27 дней – я добавлю тебе, что хочешь! А пока, извиняй, могу выдать только молоко к кофе!
 
Я с торжествующим видом повернулась к Стейси – вот теперь то мы обе знаем, когда у меня день рождения, но та лишь закатила глаза.
– Погоди, может быть, на этой платиновой банковской карте ничего нет? – обеспокоенно спросила я. – Даже мелочи на чаевые для Дани!
– Тут даже больше, чем ты себе представляешь, – спокойно ответила Стейси, – хватит, и на чаевые, и на новую кофейню, и на сверхмощный мотоцикл…
Мои глаза загорелись восторгом и азартом! Сам же бариста, поймав последнюю фразу, даже повернулся к нам в пол-оборота, чтобы лучше подслушивать наш разговор.
– Выпей кофе до дна одним залпом – и тут же вспомнишь всю свою жизнь до мелочей! – заинтригованно произнесла Стейси, пододвигая ко мне маленькую фарфоровую чашечку. Я только сейчас заметила, как на одном из ее длинных музыкальных пальцев ярко сверкает кольцо с ромбовидным драгоценным камнем синеватого оттенка.
– А этот чай для чего? – кивнула я на стакан с лимоном и свежими мятными листьями.
– Чтобы все забыть! Логично же, – ответила Стейси, словно поясняя маленькому ребенку, – мята успокаивает, выпьешь все до дна, и забудешь о нашем с тобой разговоре. И о карточках, и обо мне!
– Но как же я смогу жить ничего не помня? Ведь я даже не знаю, кто я и зачем я живу? – пробормотала я, опуская взгляд все ниже и пряча глаза. – Куда мне теперь идти? И что делать?
От моих слов Даниэль невольно вздрогнул, но зато Стейси ничуть не смутилась и продолжила.
– Ой, ну все теперь! Да ничего страшного! Так живут почти все смертные в этом мире! Без цели и без смысла! Совершенно не имея понятия, кто они, что здесь делают и что вокруг происходит! Их часы плавно перетекают в года, утро – в зиму, а вечер – в осень. Даже старенький ксерокс в офисе делает копии листов более разными, чем сплошные серые будни у этих смертных. – Блондинка подняла голову, ее карие глаза встретились с серыми Даниэля. Парень нахмурился и, не выдержав ее пристального взгляда, принялся рассматривать платиновую карточку, небрежно брошенную на отполированной до блеска барной стойке. Словно прочитав его мысли, Стейси продолжила. – Этой суммы не хватит на то, что ты так мечтаешь купить, Дани. Но ее хватит на новенький мотоцикл для участия в гонке Дьяволов. Кто знает, если тебе повезет в ближайшее полнолуние, бариста, то ты сможешь построить себе не только кофейню! Твоя Дженни уже присматривает для себя колечко…
При последних словах глаза Даниэля заблестели интересом, продолжение речи загадочной блондинки он уже не слышал, а очень зря…
– Но ради участия в гонке тебе придется потерять все то, что нельзя купить за деньги, – вкрадчиво добавила Стейси, от ее слов по моей спине побежали мурашки.
Уж слишком размыто и неоднозначно говорила блондинка, и слишком много знала из того, что казалось, никак не могла знать. Мы что, были с ней лучшими подругами в прошлом? А, может быть, соперницами и бегали вдвоем за одним парнем? И теперь она решила надо мной поприкалываться? Я уже открыла рот, чтобы ее серьезно спросить о том, где и как она столько всего про меня узнала и научилась так умничать, но я так и не успела ничего произнести.
– Приятного вечера, милейшие леди! – раздался негромкий голос парня над моим ухом, полный фальшивого энтузиазма и притворного задора. Даже мои неопытные уши не могли их не услышать. – Мы с Диланом покупаем вам коктейли, если вы примите участие в небольшой движухе! Это так… глупые пустяки, просто розыгрыш фантов на вечеринке…
Я вздрогнула и быстро обернулась на звук: рядом с нами стояли два весьма хороших собой парня. Высокие, стройные, одетые по моде и по погоде, правда, кажется, наспех – мятые дизайнерские рубашки застегнуты не на все пуговицы, шнурки дорогих кроссовок не завязаны. Белокурый и рыжий, они оба стояли, вытянувшись по стойке смирно и не сводили глаз с блондинки, словно солдаты, ожидающие приказа от генерала.