Нежеланная императрица, или Постоялый двор попаданки (СИ)

Эгберт подводит к нам под уздцы черного коня. Эдвард легко взлетает в седло, наклоняется и поднимает меня. Усаживает боком перед собой. Одной рукой придерживает меня, второй правит лошадью.
Я прижимаюсь к нему и с иронией спрашиваю:
— Прогуляемся, значит?
— Хочется семейного уютного праздника, — усмехается муж и направляет коня к городскому парку, в зарослях которого скрыта моя таверна.
  
Он всё предусмотрел! Таверна встречает нас уютом, теплом и кошачьим мурлыканькем. Вскоре к нам присоединяются мой отец, Фарквал и Брейдерн с женами. С нами за столом Бетти и Джейкоб, которые поручили таверну слугам. С нами лишь свои, самые близкие.
Я за весь день успела съесть пару канапе, и теперь меня мутит. Повара по рецептам Бетти наготовили множество вкусных сытных блюд. Деревенская простота меню никого не смущает. Наоборот, кажется, что отсутствие за столом рангов, чинов и подобострастия сближает.
Эдвард наполняет бокалы, собравшиеся произносят тосты, чокаются и пьют.
От мужа не ускользает, что я не притрагиваюсь к вину, лишь для вида немного смачивая им губы. Он с немым вопросом вглядывается в мое лицо.
Я хранила этот маленький секрет целую неделю! Мечтала порадовать мужа именно в наш день, но не знала, как сказать. Но он и сам всё понял. Я, сдерживая полусумасшедшую улыбку Джоконды, киваю. Он не знает еще самого удивительного!
Необыкновенные глаза с золотистыми искрами вспыхивают, как два огня. Эдвард берет под столом меня за руку, нежно пожимает ее и не отпускает. Мне хорошо. Я с любимым и среди дорогих мне людей. Хочется, чтобы так было всегда.
А завтра я огорошу своего дракона отличной новостью.
  
Эпилог
 
Эдвард
Восемь лет спустя
Ловлю крыльями поток воздуха и взмываю ввысь, к серебряной луне. Кажется, ещё пара махов — и коснусь звёзд. Они жемчужинами переливаются в тёмном небе. Летняя ночь спокойна и безмятежна.
За спиной остался дворец, а в нем государственные заботы. За главного тесть, мудрости и благородству которого я всецело доверяю. Я же взял короткий отпуск, чтобы навестить семью, коротающую лето в Адельмонте.
Адель разбудила во мне что-то, что способно любоваться красотой. Теперь я получаю удовольствие от тишины, спокойствия, лёгкого ласкового ветра, перемигивающихся звезд и магнетическим притяжением луны.
Адель… Утром я увижу ее, обниму, прижму к груди, чтобы наши сердца бились в унисон. Зароюсь лицом в волосы, от которых пахнет полевыми травами. Невольно, представляя это, втягиваю носом прохладный горный воздух.
А потом мы пойдем будить детей. У нас их четверо. Все как на подбор красивые, умные, упрямые… Наша гордость!
Внутренне улыбаюсь, вспоминая, утро после свадьбы. Я, размякший и довольный, нехотя вылез из постели, набросил рубашку и застёгивал пуговицы.
В этот момент Адель, которая нежилась среди воздушных подушек и белоснежных одеял, приподнялась на локтях, хитро глянула на меня и лениво спросила:
— Не хочешь узнать, кто у нас будет.?
Скольжу глазами по ее лицу, плечам, груди и не могу оторваться.
— Эдвард! — со смешком зовёт она. — Ау! Как думаешь, кого мы ждём?
С трудом и некоторым сожалением отрываю взгляд от ее прелестей и смотрю в насмешливые глаза.
— Какая разница! Это же будет наш малыш, — сам от себя не ожидал такого, ведь для любого императора самые желанные — наследники мужского пола.
— А если, — Адель переворачивается на живот и по-девчачьи болтает ногами, поднимает лицо и лукаво заглядывает мне в глаза, — это будет не один малыш?
Я сажусь на кровать и стремительно притягиваю к себе смеющуюся жену, глаза которой лучатся от радости.
— Продолжай, — хрипло шепчу, не веря своему счастью.
— Перси говорит, что у нас будут мальчик и девочка…
Вспоминаю этот разговор и неосознанно ускоряю полет. Олаф и Офелия — наши первенцы, такие похожие и такие разные. Проказники с нескончаемым потоком энергии. Олаф уже освоил драконью ипостась и теперь учится маневрировать в полете.
Офелия — слишком упрямая и независимая, но с ясным умом. Если ей надо, она способна очаровать любого.
Когда близнецам было два года, на свет появился Людвиг, а ещё через год — Мартина.
Адель прекрасно справляется с нашим драконьим выводком, хотя жАру они ей задают ежеминутно.
Няни, гувернантки и воспитатели у нас, конечно, тоже есть. Прекрасные, душевные и при этом строгие люди. Но летом мы отпускаем их восстановиться и подлечить нервы.
На этот период на помощь Адели приходит Бетти. Они с Джейкобом превратили таверну в самое популярное место Адельмонта, в которое стремятся как местные, так и заграничные купцы.
Бетти пожалован пожизненный статус почетной фрейлины, но она пока не спешит возвращаться во дворец. У нее и тут всё хорошо. Джейкоб в ней души не чает. Он входит в городской совет и является уважаемым жителем Зеленой жемчужины империи, как называют выросший на месте Зеленой деревни город. У Бетти и Джейкоба два сына и дочь, с которыми мои дракончики тесно дружат.
Адельмонт процветает. Он действительно прекрасен. Через него проходят главные торговые пути на север. А императорский зелёный, который попал на наш государственный флаг, покорил близкие и далекие страны без всякой военной поддержки. Императорский зелёный — это наша мягкая сила, с которой мы постепенно завоевываем мир.
И все это было бы невозможно без одной маленькой, но стойкой и неунывающей женщины. Подданные ее обожают. Она смягчила сердца заносчивой знати.
Эгберт, которого она милостиво простила, предан ей как собака. Она дала ему шанс, и он его оправдал: возмужал, посерьезнел, вник во все тонкости своего дела — и теперь отвечает за личную охрану императрицы и наследников. И справляется на отлично.
Постепенно приближаюсь к четко расчерченному улицами на одинаковые кварталы городу. Он ещё спит. Делаю круг и направляюсь к городскому парку. Пролетаю над спрятанной среди зелени наверное и в просвет между деревьями замечаю на крыльце хрупкую женскую фигурку. Она меня ждёт.
Приземляюсь. Обращаюсь. Иду к ней. Я прилетел, моя Адель!