Печать Света или Зарница Нового мира (СИ)

— Подтёрты? — шмыгнула я носом.
— Так вот почему Градаша здесь нет! — выпалила Мила, заметив отсутствие одного из своих мужей. Кажется, он менталист, как и мои Инти с Ринтасом.
— Он довольно опытен в этом, учитывая его бывшую работу в дознавательстве, — кивнул король вампиров. — Мы посчитали его самым способным для такого деликатного дела, как память будущей Императрицы.
— Может вы и правы, — согласилась с его выводами подруга, а потом кивнула мне.
Ну раз всё хорошо. Да, всё же двоякая ситуация. Вроде и горе, что такое произошло с парой Гэвиаса, но и хорошо, что всё закончилось, она выжила и скоро будет в относительном порядке. А дальше дело уже за деверем и их чувствами — в этом сильном, почти монументальном ирлинге я уверена.
Остатки ночи мы провели в тишине, редко переговариваясь. Мужчины принимали различные вестники и письма, сообща работали над бумагами. А мы с подругой тихо сидели на диванчике. Сначала я рассказала ей всё, что успело со мной произойти с нашей последней реальной встречи в том Первом Храме. Потом мы вместе стали думать над тем, что же тогда видели обе в едином сне.
Иногда, конечно, замирали, слушая очередной донесение служб, работающих по всему миру почти в авральном режиме. Но снова уносились в свои мысли и догадки. И самая большая, что нас интересовала — возможно ли той дверью воспользоваться?
Нет, мы не собирались возвращаться в свой мир! Здесь у нас есть почти всё, что могут пожелать наши души и сердца — своё место здесь, свои семьи, любимые мужчины, большие силы и чувства. Да мы есть друг у друга, в конце концов. А в том мире… там у нас всё же кое-что осталось.
И мы хотели знать, можем ли привести в этот мир через эту Дверь наших матерей? Что будет, если не получится? Или что будет, если всё же выйдет? Да, этот мир неидеален настолько, насколько нам казалось. Страшно приводить сюда дорогого человека. Но и оставлять их в одиночестве там тоже нет сил.
Под самый рассвет от нас отделились наши Истинные Защитники. Дэриаш приветственно кивнул мне, а Эриан — Миле, потом полностью перешли на общение друг с другом. Не знаю как, но поняла — они говорят о том же, что и мы.
— Всё хорошо? — повернулся к нам Рэинтил, одни из первых заметивший появление грэса и тэса.
— Да, — ответил ему Эр. — Ядро и Сфера мира стабилизировались.
— Зарница прошла, и Новый Мир открывает свои глаза, — добавил Дэриаш, указав в окно, где отлично виднелись первые лучи солнца, показавшиеся из-за горизонта.
Новый день настал, но работы меньше у мужчин не стало. Что ж, таково их бремя, ведь почти каждый из них так или иначе занимает не последние места в верхушках власти. Разве что Инти и Рин больше старались проводить время рядом со мной. Они не могли слушать мои мысли, что не мало их тревожило, но вмешиваться в наши с подругой переговоры не решались. Лишь следили, чтобы мы набирались сил и могли поесть или попить сразу, как только захотим.
В итоге на улаживание самых важных дел у наших мужчин ушёл почти весь первый день. Нам даже пришлось едва ли не ультиматумами уводить их отдыхать, угрожая, что и сами не будем отдыхать, коль они не желают этого. Получилось, но на утро снова все собрались вместе и продолжили работу. Даже на приёмы пищи прерывались условно — ели почти не отрываясь от документов и вестников.
Так прошло ещё трое суток. Казалось, что документам не будет конца. Я уже находилась на грани такого состояния, когда хотелось просто схватить все этим бумажки и порвать на мелкие клочки. Но понимала — легче от такого не станет никому. Только работы больше добавит. Но мужчины хотя бы стали полностью от них отрываться к концу третьего дня. А к концу четвёртого и вовсе задышали легче. Даже улыбки появились на лицах.
Да и, если судить по их разговорам, стабилизация всех проблем и дел мирового масштаба проходит успешно. Общими усилиями, как говорится.
А вот на пятый день появились заметные изменения. По крайней мере, мы с Милой чувствовали это на каком-то душевном уровне. Хотели даже поговорить об этом с мужьями, да только грэс и тэс перебили нас, сообщив мужчинам, что ненадолго забирают своих женщин, подхватили нас и мгновенно перенесли в Первый Храм.
 
— Что мы тут забыли? — не поняла Мила.
— Да и где вы пропадали всё это время? — поддержала я её. Действительно, этих двоих мы после утра Нового Мира так и не видели. Исчезли и даже словечком не обмолвились. А тут явились, похватали нас и утащили.
— Не злись, Ири, прошу, — состроил просящую мордашку Эриан. — Это было всё ради вас.
— Верно, — поддакнул ему Дэриаш. Надо же как сильно они всё же спелись. Прям как братья-близнецы, даром, что на лица разные!
— Так что мы делаем в Первом Храме? — решила добить этот вопрос подруга.
— Мы искали Дверь, Мила, — ответил ей грэс. — Ту дверь, о которой вы так переживали. По всему миру, всем доступным нам Граням. Пока не поняли, что есть в этом мире единственное место, куда нам было так просто не попасть.
— Без вас и вашего желания даже мы не можем просто так войти в это место, — добавил Эр. — И мы посчитали, что скорее всего Она находится здесь. А если и не в главном зале, — осмотрелся тэс, — то где-то в соседних или даже под ним.
— Вы так хотите найти её, — удивилась Мила.
— Потому что это очень важно для вас, — ответил ей её Хранитель и погладил по щеке. — А теперь попробуйте почувствовать Её. Призовите свои силы на это, пусть они помогут.
Мы послушались и попробовали. Но сколько силы ни бродили, ни содрогали стены, ничего не давало нужного отклика. Пока я не приметила одну странность. Она была с самого начала, но такая не важная на тот момент, что была откинута на границы сознания. А наткнувшись снова, я попросила и Милу проверить её.
Нашему удивлению не было предела, когда оказалось, что под алтарём была лестница, ведущая в неизвестность. Мы все вместе осторожно спустились по ней в ещё одну залу. Меньше, чем верхняя, вся из чёрного камня, мерцающего белыми искорками изнутри. А у дальней её стены была она — Дверь. Точно такая же, как виделась нам во сне.
А отражение в ней… там стояли наши матери. Они видели нас, звали, плакали и смеялись сквозь счастливые слёзы. Но пройти к нам не могли. Мы тоже не могли толком сдержаться и сами, тихо всхлипывая и утирая слёзы, не знали, как подступиться к своим родным и дорогим.
— Протяните к ним руки, — одновременно сказали тэс и грэс.
Мы протянули. Ладони прошли через границу так легко, словно её и не было. Мамы тут же схватились за них. Казалось, что нет прикосновений желаннее. А потом шаг, второй и вот мы уже в самых тёплых и нежных объятьях. Я даже не сразу поняла, что Милка заливисто вскрикивает и смеётся.
А повервнушись к ней, поняла — тётушка прихватила и их котиков сюда! Вот же пушистые негодники, всю подругу облизали, областили и обмурмурили — соскучились бедняжки по хозяюшке. Наблюдая за этим представлением, мы с мамой невольно рассмеялись и сами.
— Ну, рассказывайте, как вы тут? — усмехнулась тётя Лиза, а потом откровенно посмеялась с наших краснеющих мордашек. Вот как им рассказать, что тут происходит, да так, чтоб со стыда не сгореть.
Эпилог
Уже третий час я пыталась доказать матери, что эльфийский князь из Стилийской долины будет ей прекрасным третьим супругом. Но нет! Эта женщина упёрлась, что ей хватает и этих двоих несносных! И даже слушать не хочет, что, возможно, является его истиной!
О, Боги! Это так похоже на то, как я уговаривала её обратить внимание на Старшего, а потом и второго супруга. Она тоже тогда во всю упиралась, что не нужно ей всё это, и главное для неё — что доченька счастлива и любима.
 
Вон, тётя Лиза уже четвёртого мужа осчастливила согласием — к нагу, ашкуру и василиску с удовольствием присоединился и драгас, что, кажется, был правой рукой Вардана. Мы даже на свадьбе и клятвах побывали, где я с его помощью смогла, наконец, повидаться с Милой. А моя мать упёрлась и всё тут. И ведь даже скидку мне не даёт, не хочет с ним просто встретиться ещё раз.