Затерянное небо, книга 1 (СИ)

Тут меня посетила гениальная догадка - а вдруг Васильич тут, на чердаке, оружие и припрятал? Подстегиваемый возникшей надеждой, начал усиленно рыться в наваленных шмотках. И нашел! Разбросав грязное тряпье, обнаружил промасленный сверток. А внутри - ручной пулемет Калашникова! От радости чуть не расцеловал блестящие заводской смазкой барабанные магазины. Коих имелось с запасом - шесть штук. Ну теперь держитесь, ящеры!
Глава 22.
Сборы заняли еще какое-то время и только утром четвертого дня я вновь покинул угрюмые, но безопасные недра бывшего военного склада. Снаружи ярко светило только что взошедшее местное солнце и манил к себе свежей зеленью близкий лес. Нет уж, спасибо, нагулялись по чащобе! В этих многоуровневых зарослях никогда не знаешь, с какой стороны тебя сейчас цапнет зубастая пасть. Здешнее небо тоже не подарок, конечно, но, хотя бы, опасность видно издалека. А с вот этой штуковиной, укрепленной на бывшем велосипедном руле, и вообще можно считать себя королем пятого океана (или какого по счету на этой планете? Трофейные карты всю поверхность шарика не покрывали). Если клювом не щелкать, разумеется. 
Велокрыл, как я его назвал, пришлось вытаскивать на относительно ровную площадку недалеко от берега по частям и там собирать заново. Много времени это не заняло и вскоре аппарат был готов к взлету. Не зная заранее, какова потребная длина разбега для собранной впопыхах и без малейших расчетов конструкции, на всякий случай выбрал место побольше. И поширше. Полсотни метров ровного, покрытого невысокой травой — почва была слишком бедная, почти квадратного прибрежного луга должно хватить за глаза. 
Уселся в привычное велосипедное седло и принялся за дело. В полном соответствии с общепринятой методикой летных испытаний начал с рулежки и пробежки. С первой дело обстояло плохо, а вернее — совсем никак. Управляемых колес моя конструкция не предусматривала, да и поверхность луга — не лучшее место для маневрирования, поэтому вся рулежка свелась к тому, что я слез и перетащил велокрыл в начало "взлетной полосы" на руках. Перешел ко второму этапу — пробежке по полосе с попыткой подлета. Крутанул педали, сначала осторожно, а после — с силой. Сзади донесся слабый шелест завертевшегося пропеллера. Аппарат чуть завибрировал, однако с места не сдвинулся. И вдруг как рванул вперед, будто являлся конем, которому внезапно воткнули шило в задницу! От неожиданности чуть не свалился с узкого седла, но схватился за перекладину трапеции, продолжая крутить педали. Велокрыл, тем временем, пару раз несильно подпрыгнув на каменистой почве, оказался в воздухе, не пробежав и трех метров. И бодренько полез вверх.
Испугавшись такой неожиданной прыти я прекратил раскручивать винт и вцепился в единственный орган управления, пытаясь осторожными движениями удержать оказавшийся достаточно динамичным аппарат от случайного опрокидывания. Оставшийся без тяги крылатый велосипед на секунду, казалось, завис на месте, после чего потерял скорость и, свалившись на крыло, мягко плюхнулся обратно на луг. К счастью, из-за маленькой скорости и низкой силы тяжести повреждений удалось избежать.
Слез на землю, немного пришел в себя от неожиданного поведения велокрыла и перетащил его опять в начало полосы. На второй попытке старался держать крыло почти горизонтально. Сейчас аппарат пробежал метра на два больше, чем во время первой попытки, и легко, но устойчиво взлетел. Я сразу же прекратил разгон и плавно приземлился. Устойчивость на пробеге оставляла желать лучшего, пришлось отталкиваться ногами, чтобы не перевернуться. Даже без использования переднего ручного тормоза, который я предусмотрительно оставил, переставив на раму, до полной остановки машина пробежала метров семь-восемь. Нормально!
Теперь, когда известны длины разбега и пробега, можно совершить более серьезный подлет. Так я и сделал. Потом решился и на полет по кругу вокруг "аэродрома". С управлением освоился быстро. Особых сюрпризов мой самодельный велодельтаплан больше не принес, а с недостаточной устойчивостью по тангажу и, наоборот, несколько чрезмерной по крену научился справляться за пару первых полетов по кругу. Освоившись, попробовал более энергичное маневрирование. Не высший пилотаж — такого издевательства сделанный по-быстрому, "на коленке" аппарат конечно не выдержит, но виражи и боевые развороты вполне получались, хоть и немного вяловато. Однако для боя с большими ящерами можно обойтись и простым маневрированием. Главное — чтобы враг попал в сектор обстрела закрепленного на трапеции пулемета. 
 
Тут же представилась возможность опробовать эти теоретические построения на практике. Во время очередного тренировочного полета над лесом показался знакомый крылатый силуэт, быстро превратившийся в птеродактиля. Не гигантского, но и не маленького. Так, средненький, с размахом крыльев метров пятнадцать. Ящер приближался по широкой дуге, явно пребывая в недоумении от созерцания невиданного существа с серебристым треугольным крылом. Раньше явно таких не встречал! Пока тот раздумывал (впрочем, совсем недолго), еще раз проверил пулемет. Тестовый отстрел нового оружия я, конечно, произвел сразу, как вылез наружу, надолго распугав стайку маленьких — метра три в размахе, клювастых уродов, круживших над берегом, но береженого бог бережет, как известно. 
Проверив, развернулся и встал на пересекающийся курс с демонстрировавшим уже готовность напасть ящером. Тот, обнаружив, что меньшая впятеро по размеру жертва изъявила вдруг намерение напасть сама, опять попал в ступор, позволив мне сблизиться метров до тридцати. Тут я плавно довернул, взял упреждение, как учили, и дал короткую, патронов на десять, очередь по все еще пребывающему в недоумении чудищу. Дальше стрелять все равно не имело смысла, так как легкий аппаратик задергался от отдачи, как сумасшедший, и прицельная стрельба оказалась невозможной. 
Но больше и не потребовалось. Промахнуться с двух десятков метров по такой туше было бы затруднительно и птеродактиль поглотил собой почти всю очередь. Несколько секунд тот еще летел по инерции, как будто ничего не произошло, а потом обмяк и все так же беззвучно врезался в крутой берег реки. Я сам был немного в шоке от простоты, с которой удалось завалить такого зверя. Ну все, теперь полностью готов к путешествию. Испытательные полеты совершил, оружие в боевых условиях опробовал, так что пора в путь. Тем более что из обеспокоенной молчанием экспедиции Метрополии вот-вот может прийти еще один дирижабль...
Путь к памятному еврейскому поселению занял около трех часов, учитывая небольшой перерыв на обед. Сверяясь с закрепленной на перекладине трапеции, рядом с пулеметом, трофейной картой, проследовал вдоль реки и достиг того самого ущелья с гигантским водопадом, где сволочной попугай сбросил меня с километровой высоты без парашюта. У него, правда, имелась уважительная причина в виде неожиданно напавшего огромного птеродактиля, гнездившегося на одной из террас, украшавших крутые склоны ущелья, но тем не менее... 
Кстати, ящер с тех пор никуда не делся и, завидев потенциальную добычу, тут же ринулся в атаку. Мне "повезло" пересечь край ущелья почти прямо над его гнездовищем, и тому пришлось изо всех сил переть вверх, так как велокрыл летел на сотню метров выше. Для вертикального подъема у чудища силенок оказалось маловато, поэтому он шел под углом градусов шестьдесят к горизонту. Я, кроме преимущества по высоте, был еще и чуть впереди, пролетев пару сот метров, пока противник собирался с мыслями, сидя в своей засаде. 
Обернулся назад. Ящер, раза в два побольше предыдущего, размеренно трудился крыльями, открыв уже в предвкушении обеда вытянутую зубастую пасть и издавая мерзкий крик, больше похожий на скрежет огромной и давненько не смазывавшейся цепной передачи. От вида этой картины и ее звукового сопровождения мне стало несколько не по себе. Точнее, просто страшно, уж очень явственно представил, как чудище догоняет мой аэроплан и захлопывает пасть. Подавится, конечно, стальными трубками конструкции, оставшимися в наследство от велосипеда, но мне от этого будет не легче.