Затерянное небо, книга 1 (СИ)
Далее, "эшелон" высот примерно между сорока и ста метрами занимало месиво из переплетенных крон средних по размеру деревьев, сдобренные чем-то типа лиан. Это и был самый насыщенный жизнью слой, и там уже встречались не только летающие, но и планирующие и даже прыгающие с ветки на ветку виды. И не страшно же им на такой высоте прыгать! Размер обитавших в этой зоне животных не превышал (не учитывая размах крыльев) величины земного медведя - иначе пролезть между густыми ветками не получится. А большинство зверей были гораздо меньше, особенно не хищные - в таких условиях подвижность и способность раствориться в зеленом лабиринте значили гораздо больше, чем физическая сила. Ну а хищные как раз по размеру приближались к верхней границе. Вчера вот оттуда на нашу группу пытался спланировать крокодил - самый натуральный, четыре метра в длину. Если бы это было первое, что я увидел на планете - подумал бы, что мне подсыпали наркотик. Летающий птеродактиль - еще куда ни шло, но крокодил!
От привычных нам он отличался только перепонками между передними и задними лапами, позволявшими ему планировать, а также сплюснутым в вертикальной плоскости хвостом, служившим для руления. А пасть была точно такая же! Этому, иногда абсолютному сходству земных и местных животных и растений у меня пока объяснения не имелось. Но случайностью такое никак быть не может!
В тот раз разошлись мирно. Крокодил, подлетев поближе, углядел, что нас много (зрение, видать, далеко не орлиное), разочарованно отвернул в сторону и, воспользовавшись подвернувшимся восходящим потоком, взмыл обратно в родной слой. Такие термики, как их называют планеристы, кстати, здесь были очень распространены из-за болотистой местности и часто выходящих на поверхность кипящих гейзеров - с вулканизмом на планетке было все в порядке, недра активно бурлили, несколько раз за день вызывая несильные землетрясения. Вкупе с пониженной тяжестью и плотностью атмосферы, эти потоки, хорошо заметные визуально и, нередко, довольно мощные, позволяли набирать высоту даже существам с формой тела, весьма далекой от аэродинамической.
Однако вернемся к растительности. Деревья второго слоя тоже не содержали каких-либо фантастических форм. Их было много десятков видов, и почти каждому я мог легко подобрать аналог из земных. Больше всего росло дубоподобных и других лиственных деревьев, но встречались также гигантские кедры и сосны. Гораздо больше хвойных имелось в третьем слое, занимавшем пространство от высоты трех-четырех до двадцати-тридцати метров. В этом слое наблюдалось заметно меньше деревьев, чем в предыдущем и гораздо скромнее размером, ничем, практически, не отличаясь от земных аналогов. Что было связано, видимо, с недостатком солнечного света, большую часть которого задерживали верхние слои.
Зато тут царствовали лианы и прочие висяче-ползучие растения, образовывавшие плотную, почти непрерывную сеть. По которой и перемещалась всякая живность, здесь уже, по преимуществу, не летающая. Например - обезьяны, совсем как наши! И какие-то кошачие, размером с тигра, но совершенно другой окраски. Рев их слышался постоянно, но близко они пока не подходили. Короче говоря, третий слой слой являлся практически полным отображением наших тропических джунглей, за исключением тут и там встречающихся хвойных деревьев.
Завершал архитектурно-экологическое устройство местного леса последний, четвертый слой. Включавший заросшую высокими кустами и травой поверхность земли, а также многочисленные, занимавшие не менее трети площади леса болота и речушки со всеми их обитателями. Здесь иногда встречались и крупные животные. Я их пока не видел, зато осматривал оставшиеся в мягкой болотистой почве следы, сразу вызывавшие ассоциации с тираннозаврами или другими подобными тварями. Радовало лишь то, что вряд ли их тут могло быть много - среда не больно подходящая, мало открытых пространств. Зато десяти-двенадцатиметровых крокодилов в более-менее крупных реках оказалось пруд-пруди! Причем безо всяких там перепонок и недокрыльев, вполне обычные земноводные крокодилы. Так что купаться тут действительно противопоказано!
Дорог или, хотя бы, нахоженных тропинок здесь не существовало. Что не удивительно - при такой-то насыщенности леса разнообразными хищниками! Поэтому продвигались мы с черепашьей скоростью, по пять-семь километров в сутки. Странно, если у моих спутников имеются прирученные попугаи, умеющие нести на себе наездника или, точнее, налетчика, то почему мы не не отправились в путь на них? Нашу дневную норму мы бы пролетели за полчаса! Если бы, конечно, по дороге нас кто-нибудь не съел, что вполне вероятно. Наверное, поэтому и не полетели.
Шли мы весьма своеобразно. Иногда продвигаясь "вслепую" в высоченной плотной траве, потом пробираясь мелкими перебежками по кочкам между болот, то вдруг переходя на второй "этаж" и двигаясь по широким лианам, образующим мосты над непроходимыми по земле пространствами. Только такие знатоки леса, как эльфы, могли найти здесь безопасную дорогу. Даже гномы постоянно путались, не зная точно куда и как идти, вызывая этим презрительные усмешки у эльфов, что уж говорить обо мне! Самостоятельно я бы не прошел здесь и километра. Или съели бы внезапно появившиеся с неожиданной стороны хищники, или утонул бы в болоте. Кстати, зачем, интересно, с нами увязались гномы? Толку от них в лесу никакого, и эльфы к ним относятся явно не как к равным. Может быть, это рабы? Тоже не очень похоже...
Насчет пользы от гномов я оказался сильно неправ. На закате третьего дня пути, когда мы уже разбивали лагерь для ночевки, на нас неожиданно набросилась стая небольших, с меня ростом, двуногих динозавров. Которые тихо просочились вдоль берега ручья, возле которого мы остановились. Лагерь, кстати, эльфы обычно обустраивали весьма качественно, находя углубление в почве и перекрывая его сверху срубленными на месте с помощью копий (широкие наконечники которых прекрасно заменяли топоры) стволами молодых деревьев. В получившийся блиндаж мы и заползали, лежа чуть ли не в обнимку, так как размеры укрытия обычно оставляли желать лучшего. Мне-то еще ничего, даже спальник расстилать удавалось - под утро бывало довольно прохладно, а вот эльфы во сне обычно даже выпрямиться не могли! А им еще надо было меняться местами ночью, заступая на дежурство возле перекрывавшего единственный вход в блиндаж костра, отпугивавшего хищников, а также служившего для приготовления ужина. Огонь, естественно, они разводили через задницу, то есть с помощью кремня и трута. В первый же день, отодвинув чиркавшего камешком эльфа я, жестом фокусника, одним коротким движением разжег приготовленную кучку сухих веточек, вызвав этим действием нездоровый ажиотаж среди зрителей, которым показалось поначалу, что огонь вышел у меня прямо из пальца. Пришлось показать зажатую в кулаке одноразовую зажигалку и даже подарить ее Адиэлю. Хотя по глазам гномов было заметно, что тем тоже очень хотелось заиметь подобную вещь, но им пока ничего не дал. Сначала надо разобраться в их статусе тут.
Но вернемся к динозаврам, которые поймали нас в самый неудобный момент - когда мы только приступили к обустройству лагеря и еще ничего не было готово. Адиэль, второй эльф и один гном чуть в стороне рубили стволы, последний эльф с луком наизготовку стоял на страже метрах в десяти ниже по течению ручья. А я со вторым гномом (надо бы их имена узнать, только как - они со мной вообще не хотят общаться!) сидел в яме, выбранной для ночлега и с помощью мачете вместо саперной лопатки старался ее расширить.
Внезапно раздался вскрик и какая-то тень перемахнула через яму над нашими головами. Мы сразу же вскочили и прямо перед своими глазами обнаружил зубастую пасть и горящие голодным огнем маленькие злые глазки. От неожиданности я потерял впустую первую драгоценную секунду, когда еще можно было что-то предпринять, и пасть уже готова была сомкнуться на моей шее, благо они находились на одной высоте, как раздался короткий свист и морда ящера провалилась куда-то вниз. А обезглавленное тело, смешно ковыляя на своих куриных лапках, промчалось мимо меня, разбрызгивая кровь из обрубка шеи. Пробежав метров пять, оно рухнуло в ручей, продолжая семенить когтистыми лапами.