Я не ваша, босс (СИ)

И помедлив, добавила:
- Кроме того… Это получается, что благодаря мне вы ликвидировали опасного и коварного преступника, поймав его на живца, правильно? При этом я цела и невредима, а наша свадьба не просто попадет в новости, а надолго запомнится? Это же такие приключения, Марк! Как в моих сериалах. Я же всю жизнь мечтала побыть героиней какого-нибудь вестерна.
Став на колени возле кресла, Марк обнял меня. Крепко, но очень осторожно прижал к себе и прошептал, что любит. Я понимала, что он, ввиду своего опыта, скорее всего, в той или иной мере ждал от меня как минимум каких-то жалоб и претензий, а как максимум и вовсе разрыва, а не поддержки. Но я и правда ни капельки не злилась и ни в чем не винила его. Как бы могла? Я гордилась Марком. Его силой, талантом, отвагой и бесстрашием. Была счастлива от того, что жизнь соединила меня с таким удивительным мужчиной, тем более в момент, когда я решила поставить крест на отношениях и оставить мечты о любви и счастливой семье в прошлом. Быть может, глупо и бездарно потерянные годы как раз и были нужны, чтоб я встретила Марка. Ведь, случись иначе, мы, возможно, просто никогда бы не столкнулись. Жизнь же ни что иное, как цепочка определенных событий, неразделимо связанных между собой. И теперь я это понимала.
На следующий день мне сделали пластическую операцию, чтоб откорректировать форму носа из-за перелома. А еще через два дня отпустили домой. Еще примерно две недели старалась не смотреть в зеркало пока с лица сходили все синяки и отеки я, несмотря на все пережитое и полное отсутствие причин для сомнений, все равно каждый день напоминала себе, что Марку я из-за них не разонравлюсь.
Но вот отражение в зеркале снова стало почти прежним. А если накраситься, так вообще как будто и не случилось ничего.
Был теплый летний день. Не жаркий, а именно теплый и приятный. И мы с Марком поехали гулять по городу. Улицы родной столицы, которые я не видела всего-то пару недель, казалось выглядели совершенно иначе. Новыми, безумно красивыми, удивительными. Словно я уезжала на много лет и вот только-только вернулась. Это все было последствием пережитого потрясения. Как будущий психолог я прекрасно это понимала.
На обратном пути заехали в гости к моим родителям. Я сожалела о том, сколько им пришлось пережить и была благодарна за то, что и они не стали ни в чем винить Марка.
Как только мы сели пить чай в зале, Фокси запрыгнула Марку на колени и, громко мурлыкая, свернулась клубочком даже не пытаясь привычно залезть в тарелку.
- Вы что правда думаете снова провести торжество? - спросил папа.
- Конечно. Но только в сентябре, чтоб не было очень жарко, - подтвердил Марк. - Я не позволю, чтоб не осталось воспоминаний о таком событии.
Мы все рассмеялись. А я мысленно выдохнула, ведь раз Марк способен шутить, то он как минимум на пути к тому, чтоб простить себя. Возможно даже не только за случившееся со мной, но и за то, что не смог спасти своих товарищей тогда, восемь лет назад. Все потому, что столкнувшись с тем же врагом и расправившись с ним, он словно пережил те же события, но уже с другим исходом, закрыв наконец гештальт.
Свадьба и правда была в сентябре. Очень красивая и романтичная, как мы и мечтали. Но запомнилась она вовсе не красивым торжество, точнее не только им. Ведь мое утро невесты началось с двух полосок на тесте.
Поздним вечером, когда мы вместе с гостями стояли на лужайке у ресторана и готовились смотреть фейерверк, я рассказала об этом Марку.
- Марк, мы скоро станем родителями..
- В смысле? - расслабленное удовольствие сменилось на его лице удивлением и легкой растерянностью.
- В прямом смысле, Марк. Я беременна.
Засмеявшись, он подхватил меня на руки и закружил как раз в момент, когда в небо вспыхнуло всеми цветами радуги.
Эпилог
Десять лет спустя
Марк
У меня натурально тряслись руки. Вот вроде бы все это уже было, пусть и девять лет назад, и тогда детей было двое, а не один, а все равно, как впервые. Но я изо всех сил сохранял лицо потому, что на меня смотрели мои сыновья. А им нельзя видеть, что папка нервничает.
 
За эти часы я уже успел сосчитать все плитки на полу в коридоре и выпить четыре чашки кофе вперемешку с какими-то каплями. Кстати, сколько их прошло? Всего-то шесть, а по ощущениям все десять. Вот нехрен было слушать Леру с этими ее бабскими заморочками, что мужику не место на родах. Нет, если там что хоть на копейку что не так, я всем коновалам бошки снесу начиная от главного и они это знают. Но… И почему Лерка не согласилась на кесарево? Нет, она охуенно сексуальная, но ей все-таки уже тридцать девять лет. А это может быть проблемой для родов, хоть она и полностью здорова, я читал. Но нет же, ничего нет лучше естественных для ребенка. Она и близнецов рожала сама. Для здоровья. Типа.
Как же бесит невозможность все контролировать и хоть как-то влиять на процесс!
Из лифта вышел Андрюха. В одной руке подставка с картонными стаканчиками, в другой - какие-то бумажные пакеты с едой.
- Пацаны, налетаем! - крикнул он и Лева с Яром бросились к нему.
Не-ет, я все-таки херовый отец. Во времени потерялся и завтыкал, что пацанам давно уже пора пообедать. Не-ет, надо было их с Леркиными родителями оставить. И те бы не названивали по стопятьсот раз и сыновья были бы накормлены. Ну, захотели “с мамой”. Я их понимаю. Сам бы хотел “с мамой”. Причем в этом, как же его… Родильном зале, вот. Но нет, нельзя. Это, мол, зрелище не для мужиков. Короли заходили к королевам, когда те уже держали маленьких принцев на руках. Мы что в семнадцатом веке? Какие короли? И чего я там такого могу увидеть, чего раньше в жизни не видел?
- Поешь, - Андрюха с видом заботливого папки протянул мне круассан с торчащими из него какой-то травой и мясом и стакан с кофе.
- Отвали.
- Марк, не тупи. Это может часами длиться, сам знаешь. Давай-ка, пацанам пример показывай.
Я покосился на сыновей. Те успев проглотить пару кусков и утолив первый голод теперь напряженно сидели, тиская бутерброды и смотрели на долбанную зеленую дверь, никак не желающую открываться.
- Лева, Яр, ешьте, - сказал им и сам принялся жрать.
Вкуса не чувствовал, как и не понимал, проголодался или нет. Просто механически, кусал, жевал, глотал и запивал жидкостью из стакана, оказавшейся кофе с молоком.
- Ну че они так долго-то, а? - рявкнул, выбрасывая стаканчик в мусор. Медсестры на посту подскочили. - А если че не так?
- Нам бы сказали, - многозначительно кивнув на настороженно притихших мальчиков, сказал Андрей.
- Да. Ты прав.
Стало стыдно за себя. Психую, как нервная тетка. Включился телефон. Звонил тесть. Сделав глубокий вдох, взял трубку.
- Да.
- Марк, что там?
- Нормально все. Еще в процессе. Я наберу, как родит, - отчеканил я и распрощался в который раз порадовавшись, что оставил их дома.
Снова уставился на долбанную зеленую дверь. Прислушался, желая уловить шаги за ней. С тем, как много вокруг людей, абсолютно бестолковая задача. Снова запиликал телефон. Сообщения в мессенджер как из рога изобилия. Сказал же Сашке, нет меня. Понимал, конечно, что хоть она и смекалистая девчонка, иначе не была бы одним из моих заместителей, но не в состоянии все вопросы потянуть. Потому не злился. Но и ответил только ей. Что, мол, в процессе пока. Нет новостей. Был благодарен, что несмотря на желание тоже поехать сюда и быть рядом с подругой, она согласилась остаться в офисе. Вообще она молодец. А Роман мудак. Чтоб свалить через семнадцать лет брака, оставив жену с двумя детьми ради какой-то малолетней метелки!
Дверь открылась, выпуская врача в маске светло-синем скафандре с завязками на спине.
- Поздравляю вас, Марк Александрович. У вас только что родился сын. Здоровый мальчик, весом три семьсот, пятьдесят один сантиметр. Роды прошли без осложнений. Валерия пару часов отдохнет и сможете увидеться.