Помощница стража тьмы. Брак по контракту (СИ)

  
Глава 26
 
Глава 26
По правде, я надеялась, что все как-то обойдется. Когда ничего не можешь сделать, только это и остается. Надеялась, что пройдет время, люди смирятся и примут новые реалии. Постараются в них вписаться, приспособиться. И мы вернемся наконец домой. Да, с ключниками придется расстаться. Просто по соображениям безопасности. Никто не может дать гарантий, что они не заражены тьмой и не станут по ее указке мстить. Но если мы перестанем быть стражами, можно будет нанять обычную прислугу.
Однако мои надежды развеялись, как утренний туман, когда на нас с Алланом чуть не упало дерево. Оно и упало бы, если бы он что-то не почувствовал и не закричал во всю глотку:
— Лиза, стой!
Мы гуляли в саду — заросшем, неухоженном, больше похожем на кусочек дикого леса. Майкель говорил, что после развода с женой увлекся садоводством, сажал деревья и цветы, ухаживал за ними. Но потом интерес пропал, и все пришло в запустение. Клумбы скрылись под травой, плодовые деревья одичали и пошли в рост. И вот одно такое дерево, достаточно мощное, с густой кроной, рухнуло прямо перед нами. Аллана не задело, а мне поцарапало щеку веткой.
Какая-то тень метнулась в гущу кустарника. Или мне показалось? Но нет, Аллан тоже заметил и сказал, цепляясь за мою юбку:
— Лиза, там кто-то был!
Озираясь во все стороны, я подошла к основанию упавшего дерева и убедилась в том, что это не случайность. Ствол был аккуратно подпилен, и только в одном месте щетинились острые щепки. Кто-то, наверняка тот самый убежавший в кусты человек, ждал нас и просто подтолкнул дерево в нужный момент.
— Идем! — я схватила Аллана за руку и потащила к дому, едва ли не бегом.
— Что случилось? — Эйдар выглянул из гостиной, когда мы буквально вломились в прихожую. — За вами что, гонятся?
— Нас чуть не убили, папа! — Аллан сел на пол и расплакался.
— Кто-то подпилил дерево в саду, — я опустилась на корточки и обняла его. — Оно упало прямо перед нами. Этот человек ждал нас и убежал, когда понял, что не получилось.
— Вы видели его? — Эйдар подошел и подхватил Аллана на руки. — Разглядели?
— Нет. Только то, что там кто-то был. И убежал.
— Сидите здесь! — приказал он, отдал мне Аллана и открыл дверь.
— Эйдар! Не ходи! — испугалась я, но его уже не было.
Опустив Аллана на пол, я прилипла к окну, выходящему в сад, и попыталась что-то разглядеть, однако обзор закрывали густо разросшиеся кусты. Наконец Эйдар вернулся и буркнул мрачно:
— Никого.
— Ну да, конечно, а то он стал бы тебя дожидаться, — съязвила я, но он не заметил. Или притворился, что не заметил.
— А дерево действительно подпилено. Вот этого-то я и боялся.
— Чего? Что нам будут мстить?
— Мстить? — удивился Эйдар. — Нет, не думаю. Какой в этом смысл? Помнишь, я говорил, что, возможно, кто-то из стражей задумается, а нельзя ли все вернуть так, как было? Чтобы тьма пыталась прорваться, а стражи с ней героически боролись.
— Подожди! — до меня наконец дошло. — Они думают, если убрать нас, все станет как прежде?
— Не исключено, — он направился в гостиную, мы с Алланом следом. — Не исключено, что думают. Не исключено, что даже не ошибаются.
— В смысле?
Эйдар сел в кресло и посадил Аллана к себе на колени. Я пристроилась на подлокотнике.
— Ты не думала, Лиза, что треугольник никуда не делся? Я говорил с Оссимом, и он тоже склоняется к этой мысли. Сначала мы втроем изменили темную энергию сущностей и укрепили ткань пространства. По сути, сработали как ликвидаторы, только гораздо мощнее. А теперь — возможно! — поддерживаем это состояние. Тьма ведь никуда не делась, она там, — он показал пальцем в потолок. — Это ее обычное свойство. Как у воды. Вода течет, а тьма просачивается сквозь ткань, разрыхляет ее и разрывает. И это было бы хорошо — то, что мы втроем способны делать то, для чего требовались тысячи стражей во всех мирах. Вот только стражей такое положение не устраивает.
Мне стало так жутко, что мгновенно замерзли ноги и руки. Горло сжало тугим спазмом. С трудом прокашлявшись, я спросила хрипло:
 
— И как узнать, правда это или нет? Что мы теперь единственные стражи?
— А никак, — дернул уголком рта Эйдар. — Когда нас убьют, тогда и станет ясно, кто был прав.
— Эйдар! — я сердито сдвинула брови, заметив, что Аллан снова собрался плакать.
— Хорошо, хорошо. Если нас убьют. Но мы же не будем сидеть и ждать, когда это случится, правда?
— А что мы можем сделать? Я предлагала куда-нибудь уехать, но если все так, как ты сказал, это не поможет. Нам даже из города выехать не дадут. И если раньше мы опасались только ключников, то теперь против нас еще и стражи. Причем они гораздо сильнее заинтересованы в том, чтобы от нас избавиться.
Я подумала вдруг, что это похоже на борьбу с коррупцией, когда самыми злостными коррупционерами оказываются те, кто по долгу службы обязаны ей противостоять. Прямо какая-то аллегория наоборот.
— Я могу вам помочь.
Эйдар повернулся так резко, что я потеряла равновесие и упала бы, если бы он не поддержал меня. На пороге гостиной стояла Мирра и теребила фартук. Мы совсем забыли, что она рядом, на кухне, и говорили, не опасаясь быть услышанными.
— Значит, все это правда? Стражи — это не сказка? — она смотрела на нас, широко раскрыв глаза. — Мне рассказывала в детстве бабушка. Что есть такие люди, которые берегут наш мир от темных сил.
— Да, Мирра, стражи — это не сказка, — Эйдар ссадил Аллана с колен и встал, а мне снова захотелось вцепиться ей в волосы. — И как же ты можешь нам помочь?
— У нас… у нашей семьи есть домик на побережье. Мой дедушка был смотрителем маяка, а когда ушел на покой, купил поблизости рыбачью хижину и жил там. Меня отправляли к нему на лето, когда была маленькая. Дышать морским воздухом. Сейчас в ней никто не живет. Я могла бы спрятать вас в повозке и отвезти… Там, конечно, бедно и запущенно, но зато никто не узнает, где вы.
Прекрасно! Забиться в щель, как таракан, и сидеть тихо всю оставшуюся жизнь. Что-то мне эта идея не слишком нравилась. Тем более опять побережье. Маяк — это ведь там погибла Мелия? Хотя если это единственный способ спасти жизнь нам и Аллану…
— Спасибо, Мирра, — ответил Эйдар, явно задумавшись. — Мы обсудим и скажем тебе, хорошо?
Она кивнула и вышла.
— А нам обязательно туда ехать? — спросил Аллан. — Что-то мне не хочется жить в хижине.
— Туда — нет. Но уехать из Тагро надо. И тут она действительно может нам помочь. Никому и в голову не придет, что мы обратились к кому-то не из стражей.
— А если за домом следят?
— Тогда они знают, что Мирра работает у Майкеля. Приехала девушка на повозке, уехала девушка на повозке. Двор за забором, с улицы не просматривается. Нам главное выбраться из города. Хотя бы в Мерчану, там легче затеряться. А оттуда уже уехать куда-нибудь подальше.
Как все резко меняется, когда речь заходит о жизни и смерти! Совсем недавно Эйдар даже слышать не хотел о том, чтобы куда-нибудь уехать. Тут его дом, да и чем он будет заниматься. А как дошло до реальной опасности, сразу понял, что нужно крутить педали. Тем более опасность эта грозит не только нам, но и Аллану.
Хотя сейчас все стало намного сложнее. Да, имение Эйдара приносило неплохой доход ежемесячно, но вот как получить эти деньги, находясь в другом городе или даже в другой стране? Банковская система здесь имелась, но мы не могли ею воспользоваться, потому что это означало обнаружить себя. Чтобы переслать деньги в другой город, кто-то должен был внести нужную сумму в банк и дать поручение с указанием этого города. Значит, надо было брать с собой столько денег, сколько возможно. А дальше надеяться на помощь Майкеля или Оссима. Причем мы даже не могли воспользоваться ментальной связью из опасения быть подслушанными.
Когда вечером Майкель вернулся домой и мы рассказали ему обо всем случившемся, он согласился с тем, что нам надо уехать.