Дело житейское (СИ)

Вдруг я почувствовал магический всплеск. Если сравнить то что было раньше с ливнем, что хлестал в лицо, то сейчас нас будто накрыла волна и мы оказались под водами настоящего моря энергии. От боли во всём своём естестве я непроизвольно зарычал, сжимая зубы до хруста. Но как и любая нормальная волна, эта благополучно схлынула и мы все вдруг почувствовали, что энергия за пределами саркофага больше не бушует. Означать это могло только одно, птица наконец догорела и всё закончилось.
Пожалуй никогда ещё мы с Петром не работали так быстро и усердно, как в этот день! Камень «пробки», что закрывала бутылочное горлышко пещеры стёк вниз едва ли медленнее воды, затем мы разделили саркофаг на две половины тонкой линией и я изо всех сил толкнул его переднюю часть, обжигая ладони и спину, которой упёрся в по прежнему неподвижную сторону своего убежища. Передняя крышка ещё падала вниз, моё сознание отмечало, что камень пещеры имеет красный цвет магмы, а я бежал к выходу, ощущая что мои ботинки горят на ногах. Но наконец короткий путь по этому филиалу инферно закончился и мне удалось, извернувшись в странном кульбите, вывалиться на вертикальную стену скалы, съезжая по ней на манер капли на стекле. Обожжённые ладони конечно были этим не совсем довольны, но буквально пару десятков метров. Затем мы с Петром остановили спуск, а кожа на руках ощутила прохладу камня. В теории конечно он был нагрет солнцем, но мне сейчас всё не раскалённое до красна казалось холодным. Да даже туши сейчас Океанида мои сапоги кипятком я наверно был бы не против!
Правда долго радоваться свежему горному ветерку, прижимаясь лбом к прохладной скале мне не удалось. Сверху раздались хлопки крыльев, кто-то приземлился мне на голову и я услышал в своём разуме голос:
— Как, вы уже уходите?
А потом наглая птица клюнула меня в макушку! Я так охренел, что даже не нашёл что матерного ответить! Только выдавил из себя:
— С дятлами чай не пью.
Надо мной раздались новые хлопки и на плечи приземлились ещё два феникса, которые размерами едва превышали голубей, но в остальном полностью повторяли своего орлоподобного огненного родителя. В моей голове вновь раздался голос:
— Не обижайтесь на моего брата, юноша. Тела малых детей порой шутят с нашими разумами странные шутки.
— Импульсивные поступки и слова едва ли не самое безобидное, что может выкинуть новорожденный феникс.
С уверенностью могу сказать, что сначала со мной поговорили с правого плеча, а потом с левого. Это было чертовски странно, всё таки телепатия отнюдь не звук. Но уж есть, что есть. Хорошо хоть голоса новорожденных птиц не звучали в моём разуме так громоподобно, как слова их родителя. Во время разговоров с ним ей духам хотелось непроизвольно зажимать уши, даром что даже ежу была понятна бесполезность этого действия при общении разумов.
— Ох, не было печали — проговорил я в ответ, потихоньку съезжая вниз на твёрдую землю, что бы не изображать из себя человека паука в турпоходе — Так вы все трое ещё и пацаны?
В ответ в моё разуме раздался смех на три голоса, а через несколько секунд с макушки раздалось:
— Мы лишены подобных глупых ограничений плоти — птица слегка подвигала лапами, удобнее вцепляясь в мои волосы и продолжила — Но если тебе так удобнее, то можешь смело считать нас мужчинами. Рациональный тип мышления нам всё таки ближе эмоционального.
— Сказал тот, кто первым делом в этой жизни уселся мне на голову и ударил по ней клювом — буркнул я — Как вас звать-то?
— Пока между нами нет договоров, наши имена ни к чему — ответили мне справа — И кстати да, сидеть на своём помощнике, пусть и невольном, не совсем вежливо.
— Помощнике? — приподнял я бровь, наконец спустившись вниз и посмотрев на птиц, перелетевших на камни.
— Наш родитель оставил нам часть своих воспоминаний — ответил мне один из фениксов — В числе прочего он упомянул и о вашем договоре и о своей задумке.
— Видишь ли, новорожденные фениксы чрезвычайно уязвимы — продолжила другая птица — Не в плане даже самих своих сил и возможностей. Просто сгорев мы можем возродится не здесь, чтобы объяснить своим недоброжелателям ошибочность их действий, а пойти дальше по дороге перерождений, не набрав сил и знаний за это. Разумеется на новом перерождении это скажется не лучшем образом.
 
— А ты одним своим присутствием впитал часть энергии, которая уходила во вне несмотря на все усилия нашего родителя по её закольцовыванию. Не говоря уже о заделанном входе, который надо было открыть едва мы родимся.
— С чем ты успешно справился, чтобы не зажарится самому.
Птицы говорили друг за другом и было не совсем понятно, дразнят ли они меня таким образом или сейчас их разумы тоже связаны и параллельно плотно общаются между собой. Хотя в принципе верны могли быть оба варианта. Уж больно вид у них был хитрый, даром что клювы вроде бы чисто анатомически не могут изображать озорные ухмылки.
— В целом ясно, папаша ваш сказал мне не всё — ответил я, тоже примостившись на камне — Кому кстати может приспичить вас убить?
— Ну вообще таких хватает. Здесь нам могут причинить неприятности драконы из-за нашей давней хоть и тихой вражды, а так же демоны, которые вечно ненасытны в погоне за энергией магии.
— К счастью на этом ваш мирок в целом и исчерпывается. А так хватает мест, где даже алхимики могут представлять для нас опасность.
— Не говоря уж о просто магических тварях.
— А я то считал, что этот мир как раз невероятно богат на магию — осталось мне рассмеяться. Подумать только, есть места где феникс может стать просто наборов алхимических ингредиентов!
— Ну вообще довольно богат. Просто есть и богаче.
— Кстати о богатстве — посиди здесь, я сейчас.
Проводив взглядом одну из птиц я буркнул, что никуда пока в общем-то не иду и стянул остатки сапог, начав осматривать ноги. Адреналин схлынул и они стали чертовски сильно болеть. Забег по лаве не прошёл для меня даром, не смотря на то что был всего на несколько шагов, а обувь укреплена камланием. Однако процесс похоже придётся начинать заново с новыми подошвами говнодавов. Да и не только подошвами. Птица тем временем вернулась с пером своего родителя в клюве, которое бросило мне. Я поймал презент налету, пёрышко кстати оказалось весьма тяжёлым. Не как нож схожего размера конечно, но и не пушинка. Всё это сопровождалось весёлым смехом и словами:
— Держи, младший брат и носи с честью.
— А это тут каким боком? — насторожено спросил я птиц, склонив голову набок.
— В тебе закрепилась та же магия, что дала нам возможность родиться.
— Конечно это жалкие крохи. Просто то, что родитель не смог направить нам.
— Но однако чисто технически ты нам действительно теперь некоторым образом родственник.
— Слабый правда и бескрылый. Но пусть хоть одно перо появится, чтоб совсем уж нас не позорил.
— Яблоками смотрите не подавитесь, шутники х@евы — осталось сказать мне, закатывая очи горе.
На это мелкие огненные курицы только рассмеялись улетев в свою пещеру. Очень многие мои вопросы остались без ответа, но лезть и задавать их «старшим братьям» мягко говоря не хотелось. Нет, мне конечно было интересно, что за демоны тут бродят по миру. Их силы, вид, цели, задачи, пароли, явки и так далее. Они ведь должны быть весьма сильны и опасны, как не крути, да и сомнительно, что подобные твари могут отправляться сюда просто в отпуск поохотиться. Фениксы же могли знать больше смертных. А Красное писание щедро заплатит мне за любую информацию подобного рода. Да и чисто из инстинкта самосохранения неплохо бы знать намеренья врага всех живущих в этом мире. Не меньше хотелось знать о драконах и их давней взаимной нелюбви с фениксами. Одна из огненных птиц сказала, что вражда у них тихая, но опять же из-за чего? В связи с этим мне начали вспоминаться магические миры о которых я слышал или читал в прошлой жизни. Вспомнился и мир военного ремесла, где у принца эльфов таки был феникс. А воплощение магического источника сил оных эльфов при взрыве взял и скрысятничал хитропопый дракон. Ушастые, чей фактический правитель с жар-птицей дружил, там после этого страшно страдали от жажды магии, а рептилия в процесс не вмешивалась, лишь наблюдала. Возможно даже гнусно подхихикивая… Впрочем поди разбери было ли вообще что-то такое. Вполне возможно, что вся история плод воображения её авторов, а наличие в этом мире драконов и фениксов с некими тёрками просто совпадение. Так же мне хотелось узнать и о самих огненных птицах. О том как они перерождаются и в одном мире и в новых. Как долго набираются сил, взрослея. Когда станут серьёзнее. И вообще когда приступят к своим обязанностям согласно договору! Но так как мелкие пернатые шалопаи очевидно сейчас надо мной только поглумятся, вопросы я задам позже. А пока пусть из пола яблоки выковыривают, если те не сгорели к демоновой матери. Последнее впрочем вряд ли, из родитель всё таки не выглядел клиническим идиотом. Наоборот, просто попользовал меня в тёмную.