Препод 6 (СИ)

Сказать, что они были удивлены, ничего не сказать. Профессор просит помощи у студентов, — такое, в их картине мира, никак не хотело умещаться. Но что значит гибкость мышления, которую я в них все эти годы воспитывал. Спустя полминуты, переглядываний между собой, они оживились и вразнобой принялись выражать свою полную готовность в помощи мне. А Силлана, поднявшись, вытянула вперёд руку, добиваясь тишины в аудитории и громко заявила:
  
— Профессор Локарис оказал нам высочайшее доверие, которое мы оправдаем любой ценой, даже если для этого придётся… — она не договорила, а только весомо ударила кулаком в ладонь.
— Оправдаем, не посрамим, костьми ляжем но сделаем! — поддержали её полные энтузиазма выкрики с мест.
— Да, Силлана, — спохватился я, — я уже направил прошение, на награждение вас королём, ну и от магической гильдии чего нибудь присовокуплю. Да, я знаю, что вы делали это не ради славы, но любая инициатива должна быть вознаграждена.
Я не стал ничего скрывать от студентов, потому что только полнота информации может показать всю картину. Поэтому коснулся не только звездных аспектов, непосредственно питавших проклятие Икая, но и того, что называлось божественными созвездиями десяти богов Яола. Объяснил, что это не настоящие звезды, а объекты, находящиеся где-то в пространстве за пределами нашей звездной системы. Тут, конечно, пришлось немножко отвлечься на вопросы космической механики, естественно, на том примитивном уровне, которым я сам обладал. Что такое космическое пространство, наша система и положение Яола в ней.
Что меня порадовало, так это то, что студенты, коллективно и активно обсуждая новые для себя факты, пришли к выводу, что эти объекты искусственного происхождения. Тут же часть людей загорелась выяснить, кто эти звёздные аспекты создал, но я несколько притормозил энтузиастов, напомнив, что сейчас мы решаем немножко другую проблему. А вот потом, как только мы эту проблему решим, вот тогда можно будет задуматься и над возникновением звёздных аспектов божественных созвездий.
Что бросилось в глаза сразу, так это то, что народ быстро сбился в отдельные кучки: Силлана с девчонками и примкнувшими к ним парочкой парней, Барри с товарищами, и еще несколько давно плотно взаимодействующих друг с другом студентов. Вот и готовые бригады, подумал я, что немедленно озвучил, предложив им самим назначить себе старших.
Затем объявил еще одну новость:
— А теперь хочу сказать, что в своих изысканиях вы не ограничены одним лишь колледжем. Я со своей стороны обещаю вам любую разумную поддержку как силами, так и средствами королевства и гильдии магии для проведения ваших изысканий.
— То есть мы можем потребовать что угодно? — деловито уточнила староста.
— Ну, не что угодно, — усмехнулся я, — а в рамках разумного. Но да, практически всё, что в наших силах.
Тут я увидел, как сразу у нескольких студентов жадно загорелись глаза и даже чуточку пожалел о своих словах, но потом отбросил сомнения. В конце концов, они уже показали себя ответственными и вдумчивыми людьми, а значит, совсем уж пуститься во все тяжкие не должны.
— Что ж, — резюмировал я, — не тороплю, но в течении декады жду от вас заявки и предложения. А пока чуть углубимся в тему высшей магии.
  
Глава 3
 
Всё своё внимание я сконцентрировал на третьекурсниках, почти позабыв, что на мне не только они, а весь колледж, и, как оказалось, зря. И ведь ничего не предвещало. Нет, я изредка осведомлялся у профессорского состава, как идут занятия. И всё вроде было неплохо. Преподавали уже по-новому, по рукам не били, старались давать информацию как можно более широко. Всё по моей методике. Вот только, похоже, это в ещё неокрепших умах юных волшебников вызвало несколько иной эффект, чем я ожидал. Всё-таки первый год надо пожёстче с ними, а то перестают видеть, что называется, берега.
Разбудили меня прямо посреди ночи. От суматошного стука в дверь я подскочил с кровати, машинально кастуя в руке средних размеров фаербол. Ну, что поделать, если огненные заклинания у меня получаются почти на инстинктивном уровне. Но услышав за дверью знакомый голос старосты, в котором присутствовали лёгкие нотки паники, тут же огненный шар погасил и, дёрнув за щеколду лёгким телекинетическим усилием, открыл дверь, впуская Серафима внутрь.
— Мессир ректор, беда! Беда! — вытирая крупные бисеринки пота со лба, вбежал внутрь мужчина.
Если бы это был кто-то другой, я бы, пожалуй, отнёсся к подобным заявлениям с некоторым скепсисом. Но бывший ветеран тингландского флота на пустом месте паниковать бы не стал. Поэтому я тут же бросился к шкафу, натягивая на себя первые попавшиеся шмотки и на ходу уточняя, что случилось.
— Гончая пропала, — выдохнул тот. — И три студента.
— Ё-моё! — только и смог произнести я, мигом понимая, что произошло, и покрываясь холодной испариной.
Гончая у нас в колледже была только одна, единственная. Это была та самая ледяная тварь, которую мы притащили с собой из мёртвых земель и периодически использовали с третьим курсом для опытов. Только я-то был свято уверен, что зверушка сидит себе под замком и не жужжит. И тут вдруг такое. Так мало того, как бы убежала бы и убежала, и чёрт с ней, но три пропавших студента — это уже ЧП хрен знает какого масштаба. Колледжу года нет, а у нас уже в перспективе три жмура.
Зло выматерившись, я уточнил, что за студенты, откуда, какой курс.
— Первый, — выдохнул Серафим, по всей видимости, единственное, что впопыхах успел выяснить.
— Все трое из одной комнаты?
— Никак нет, вашество, — по-военному доложил наш староста-хозяйственник, — две девушки из тридцать седьмой и парень из двадцать первой.
Так сходу вспомнить, кто жил в этих комнатах, я, честно говоря, не то что не мог, я к своему стыду толком даже не знал этого, полностью переложив всё на педсостав и по сути самоустранившись от того, чтобы более плотно наблюдать за внеучебной жизнью младших курсов колледжа.
— Понятно, — только и смог протянуть сквозь зубы, хватая со стола связку магических амулетов и выбегая наружу. Быстро спустившись на второй этаж, прошёл в основной корпус. Коротко поздоровался уже с стоящими там нахохлившимися преподавателями.
— Ваши? — хмуро спросил я, оглядывая бледных профессоров.
Самая молодая и самый старший. Передо мной опустив глаза стояли Карен и Олаф.
— Мои, — тяжело вздохнув, кивнула девушка.
Олаф тут был, видимо, как более опытный товарищ, с целью помочь и поддержать младшую коллегу.
— Поспешим! — мотнул я головой и быстро направился туда, где в отдельном помещении склада на заднем дворе недалеко от полигона у нас сидела гончая.
На улице стояла темень, но нас дожидались двое серафимовских работников с факелами. Правда, света они давали не очень много, поэтому я тут же сотворил магический шар, разом отодвинувший тьму на два десятка метров, и подвесил его над своей головой. После этого на ходу принялся расспрашивать про троицу пропавших: кто такие, почему именно они, при каких обстоятельствах пропали. Поспевающая за мной Карен быстро перечислила имена:
— Сандра, Кассия и Иофалот. Я замечала, что они как-то за первый семестр сдружились между собой. Но что в этом плохого? На занятиях сидели рядом, вместе выполняли задания. В столовой я их тоже вместе замечала, но ничего плохого в этом не видела, — словно оправдываясь, произнесла она.
— А ничего плохого в этом и нет, — оглянувшись через плечо, бросил я, — но, по крайней мере, понятно, что втроём они пропали не случайно. Что сказали их соседи?
— Да, толком ничего, — слабо улыбнулась девушка, — сказали, что те решили прогуляться вечерком. Ну, вы знаете, молодые девушки и юноши иногда имеют потребность вечером встретиться друг с другом.
— Ну, да, — буркнул я, — когда один мальчик и одна девочка. А когда две девочки и один мальчик, это уже подозрительно.
— Господин ректор, — тут Карен замялась, — у вас же тоже не одна жена.