Честная игра (ЛП)

— Я думал, фейри бессмертны, — сказал Чарльз. — По крайней мере, такой сильный.
Боклер начал что-то говорить, но замолчал, когда Чарльз поднял руку.
Над ними послышались шаги. Кто-то был наверху.
— Айзек? — позвал Малкольм.
— Мы здесь, — крикнул Чарльз, расслабляясь, хотя братец волк расстроился. Команде следовало оставаться в безопасности там, где он их оставил.
Малкольм, ведьма и агенты ФБР пришли на помощь, принеся с собой много шума и хаоса. Гольдштейн и Лесли Фишер взяли руководство на себя, и Чарльз, уставший, с болью в каждой косточке тела, позволил им.
Лесли сняла с себя непромокаемую куртку до колен и помогла Боклеру закутать в нее его дочь. Что-то ворча, ведьма порылась в своей сумке. Наконец она нашла пакетик с солью, заставила их снять с девушки куртку и рубашку Боклера, после чего посыпала Лиззи солью с головы до ног.
Жестоко, но эффективно. Черная магия рассеялась, но соль причиняла боль из-за открытых ран. Лиззи плакала, но, похоже, была под сильным воздействием того, чем ее напичкали похитители, чтобы сильно протестовать. Чарльз почувствовал запах кетамина и чего-то еще.
— Мы могли бы искупать ее в океане, — предложила Холли. — Но холод не принес бы ей никакой пользы. Лучше использовать соль. Полчаса должно хватить, но больше не повредит. Это также предотвратит заражение.
Они снова укутали Лиззи, и Чарльз взял ее на руки, к ее очевидному огорчению, несмотря на то что в ее организм были введены какие-то лекарства. Она находилась в руках похитителей недолго — чуть больше дня — но ее пытали, и кто знает, что еще делали. Вряд ли она хотела иметь дело с мужчинами.
Но Анна не могла измениться обратно, а Лесли была человеком и не донесет Лиззи до лодки.
Чарльз попытался спеть ей ту же песню, что пел ее отец. Боклер и Малкольм присоединились, и музыка, казалось, помогла.
Гольдштейн использовал палку и полоску от нижней части своей хлопчатобумажной рубашки, чтобы наложить шину на запястье Боклера. И когда они начали подниматься по лестнице, он подставил плечо под руку фейри и помог ему удержаться на ногах, очевидно, решив, что Боклер будет его личной ответственностью. Боклер бросил на Чарльза удивленный взгляд и позволил помочь себе.
Айзеку явно было больно, он тяжело дышал, но поднялся на ноги и последовал за Малкольмом, который уверенно шел рядом с ним. Чарльз некоторое время внимательно следил за ними, волки могли быть немного непредсказуемыми, когда более доминирующий волк ранен. Это подходящее время, чтобы устранить доминанта и занять его место. Обычно такого не случалось, когда рядом еще более доминирующий волк вроде Чарльза, который поддерживал мир и защищал стаю, но лучше перестраховаться. К счастью, Малкольм, казалось, искренне беспокоился о своем альфе.
Анна иногда шла рядом с Чарльзом, но в основном бегала широким кругом вокруг них, высматривая опасность. Лесли прикрывала тыл, вытащив пистолет и приготовившись стрелять. Холли шла впереди них, указывая дорогу, и по большей части игнорировала их всех.
Они шатались и спотыкались, раненые, но торжествующие, распевая старую валлийскую народную песню «Ar Lan y Môr». И если и было что — то странное в том, что, возвращаясь с битвы, они распевали о лилиях, розмарине, камнях — и по непостижимой для Чарльза причине — о яйцах у моря, по крайней мере, у троих из них неплохо получалось. Хорошо, что только Чарльз и Боклер знали валлийский язык.
Глава 10
На лодке Чарльз вытянул ноги и попытался игнорировать боль от последнего изменения. Анна ёрзала на месте, пытаясь усесться поудобнее, но сиденья были слишком узкими для волка, и как бы она не цеплялась за него когтями, все равно скользила по нему при каждом ударе волны. Наконец она тяжело вздохнула и свернулась калачиком у ног Чарльза.
Боклер запретил расспрашивать свою дочь до тех пор, пока ее не осмотрит врач. Гольдштейн и Айзек решили остаться на острове и дождаться представителей правоохранительных органов. Малкольм сказал им, что когда услышал шум отплывающей от острова лодки, то решил, что Боклеру и волкам пришлось бежать. Чарльз чувствовал себя в безопасности, посчитав, что рогатый лорд уплыл на той лодке. Это означало бы, что опасность невелика, но был рад, что Айзек все равно остался для охраны.
  
Чарльз подозревал, что Айзек решил отложить морскую прогулку до тех пор, пока не почувствует себя лучше, хотя ему удалось превратиться снова в человека. Холли осталась с Айзеком, чтобы убедиться, что остаточная магия не коснется никого из криминалистов, которые собирались прочесать остров вдоль и поперек.
Таким образом, на обратном пути в лодке было меньше пассажиров, чем в начале.
Лесли оставила Боклера в задней части лодки и села рядом с Чарльзом.
— Девушка в плохом состоянии, — сказала она. — На причале нас будет ждать машина скорой помощи.
Агент ФБР выглядела не очень профессионально, завернувшись в одеяло, ее волосы были растрепаны ветром. Как и Чарльз, и Анна, она провела на ногах чуть больше суток. От недостатка сна и размазанного макияжа после беготни по острову, Лесли выглядела старше.
Чарльза заинтриговало, что она решила сесть рядом с ним при таком количестве свободных мест.
— Ты меня не боишься? — спросил он.
Лесли закрыла глаза.
— Я слишком устала, чтобы чего-то бояться. Кроме того, если бы ты видел моего мужа, то понял бы, что нужно постараться, чтобы напугать меня.
Это разожгло его любопытство.
— Кто он?
— Он был полузащитником «Тигров ЛГУ» в течение трех лет учебы в колледже, — ответила она, не открывая глаз. — Повредил плечо в выпускном курсе, иначе стал бы профессионалом. Ему сорок шесть с половиной лет и двести сорок два фунта веса. Даже сейчас в нем нет жира. Он учитель второклассников. — Она посмотрела на него. — Чему ты улыбаешься?
Чарльз широко раскрыл глаза.
— Ничего, мэм.
Она слегка улыбнулась.
— Джуд говорит, что любит детей больше, чем когда-либо любил футбол. Но он все равно тренирует местную школьную команду.
— Ты села рядом со мной не для того, чтобы рассказывать мне о своем муже, — заметил он.
— Не для этого, — Лесли посмотрела на него, а затем отвела взгляд. — Сколько тебе лет?
— Я старше, чем выгляжу, — ответил Чарльз. — Намного старше.
Она кивнула.
— Я поспрашивала о тебе. У нас есть несколько оборотней, которые общаются с ФБР. Они сказали мне, что ты детектив «всех волков». Ты приходишь и раскрываешь преступления.
Чарльз задумался, сказали ли ей что-нибудь еще. Он не ответил, потому что не знал, было ли согласие с ней большей ложью.
— И ты многое знаешь о мире, о котором мы только начинаем узнавать. Мы вырвали Лиззи из рук убийцы, потому что ты знал, что нужно привлечь ведьм, и потому что эта ведьма боялась тебя и потому вела себя прилично.
Это звучало достаточно честно. Он ждал, когда она перейдет к делу.
— Лиззи говорит, что их было трое, — поведала ему Лесли. — Двое молодых людей и старик. Один из молодых людей назвал старика дядей, прежде чем его заткнули. Старик сделал порезы на ее коже. Сначала оба молодых человека изнасиловали ее, «пока она была еще хорошенькой». Они сказали ей, что старик предпочитал женщин после того, как они были сломлены.
Чарльз надеялся, что им удалось спасти Лиззи до того, как над ней надругались, но ошибся.
— Я думал, Боклер приказал не допрашивать ее, — отозваался Чарльз. Он слышал, как Лиззи говорила, но Лесли не стоит знать, насколько хорош у него слух.
— Я не задавала ей вопросов. Она сама начала говорить. Сказала мне, что хочет, чтобы их поймали и посадили в клетку, откуда они больше никому ничего не могли бы сделать. Сильная женщина. Она заснула на полуслове и думаю, что ее отец имел к этому какое-то отношение. Могут ли фейри усыплять людей?
— Я не эксперт в магии фейри, — осторожно произнес Чарльз.
Лесли кивнула.
— Ты очень хорошо умеешь увиливать от правды. — Она вздохнула. — Ты опытный детектив и встретился с врагом. Что думаешь?