В тишине космоса нам не рады (СИ)

— Раааааррррр!
Щит еще раз вздрогнул от сильного попадания. И еще. А затем сектор щита раздвинулся, открывая вид на колдунов, раздвигающих щит гравитацией, и с той стороны щита обнаружились выстрелы вражеских воинов. С той стороны приказали:
— Гранаты! По уродам огонь!
Гранаты влетели в брешь и ударились в генератор, и началась перестрелка. Генератор взорвался, сжигая оператора. Щит, превратившись просто в стену жидкости, начал падать вниз. Более не сдерживающий пули, они начали пролетать насквозь, ранить и убивать.
— В атаку! Убить их всех!
И с ревом толпа бросилась сквозь магнитную жидкость, сквозь пули и снаряды. Над головой вспыхнули лучи снайперов киг-яров, загрохотали дробовики и пулеметы. До линии обороны оставалось менее пятидесяти метров, и в стену полетели плазменные гранаты, прилипающие к защитному сооружению. Голубые вспышки испаряли стволы оружия, плавили саму стену, превращая укрытие в полужидкий, плывущий состав, раскаляя воздух в коридоре, по большей части для защитников. Те, у кого не было полной брони, хрипели, пытаясь дышать и уже более не заинтересованные в битве. Они стали легкими жертвами для оружия нападавших. Колдуны немного прикрыли своих щитами, но те не пропускали не только воздух, но и выстрелы, давая время правоверным на перегруппировку.
— Вперед! Вперед!
— Убейте их!
— За Пророков!
— Х-Хасссшшшш!
Наконец и щиты колдунов не выдержали, и нападавшие прорвались в последнюю крепость этой мерзости, Омеги, населенной еретиками. Завязалась яростная рукопашная, в которой аколиты показали своё численное и силовое превосходство.
— Путешествие грядет!
— Умри! Умри! Умриииррррр!
В проход ударили тяжелые пулеметы, круша прорывающихся через дыры воинов, в ответ полетели гранаты и плазма. Кровь, обрывки горящего мяса и части тел начали образовывать лужи и мерзкие кучи, но вал не прекратился, нет.
Более того, под потолок проникли многочисленные летающие зеленые инсектоиды-дроны, столь эффективные в рамках станции. Они хаотично летали под потолком, умирали десятками, но поливали из плазменных пистолетов защитников, заставляя тех отступить к зданиям, оставляя и двор правоверным. И тут была она, ведьма.
Гравитация сдавливала броню и воинов в них, дроны были сброшены с небес на землю, пусть не все. В атакующих полетели элементы конструкции, а внезапные изменения гравитации бросили воинов, разбивая их о стены. Ведьма стояла гордо, не в броне, но в платье, обнажающем её плоть и насмехаясь над нами. Грязная похотливая еретичка! Сдохни!
— Убить её! Убить матриарха!
Но фиолетовый щит ведьмы слишком уж хорошо держал пули. Трое кроганов смогли добраться до ведьмы в ближнем бою, но она выхватила длинный тонкий клинок, и первым же взмахом лишила рук первого крогана, закрылась его телом от выстрела второго и сдавила прямо в броне третьего. Пара сангхейли с мечами так же были зарублены изгибающейся под немыслимыми углами ведьмой, словно нарочно демонстрирующей своё тело и его гибкость при убийстве его подчинённых. Меч рассек воина прямо через доспехи, слегка вспыхнув фиолетовым, похоже её сила слегка раздвигает щиты. Хм. Второй попытался насадить ведьму на энергетическое лезвие, но та легким пируэтом ушла в сторону и вертикальным ударом обезглавила воина сбоку. Сангхейли упал на колени, заливая бетон фиолетовой кровью, но ведьма двигалась дальше, словно это не бойня, а ритуальный танец.
— Красиво, — буркнул сангхейли, стоя рядом и обстреливая еретиков из лучемета.
Верно, красивая самка. Но еретик, так что пора вмешаться лично. Тем более, что пока она перекрывает проход, атакующие не могут добраться до зданий, а у защитников снаряжение лучше.
С рычанием Тел’Вадам сделал вид, что бросился на ведьму, но тут же ушел в сторону перекатом от атаки. Попытка сблизиться и достать ведьму клинком потребовала разрубить безрукого крогана, которого ведьма бросила в сангхейли, а потом уклониться от лезвия. Хороша, опасна. Но с нами вера, вера наш щит. И все же… Она хороший воин, очень опытный в использовании своего оружия.
  
— Как тебя зовут, еретик? Я хочу знать, кого убью.
Ведьма насмешливо дернула клинком, сбрызгивая кровь на землю.
— Я матриарх Республики азари. Бенезия Т’Сони, мясник.
Санхейли остановился, приложив руку к груди и держа клинок вертикально, признавая мастерство врага.
— Моё имя Тел’Вадам, ведьма. И ты достойна того, чтобы погибнуть от моего клинка. Твоя ересь закончится сегодня!
Они бросились в атаку одновременно. Ведьма, не забывающая бросаться фиолетовыми сферами, блоками заграждений и обломками в атакующих и сангхейли с клинком. Быстрый обмен ударами, но на предельной дистанции, так как попадание по оппоненту будет смертельным, ведьма явно усиливает своё оружие, оно светится тусклым фиолетовым светом. Подставляться под удар нельзя.
Это был танец, танец смерти, кто первый проведет успешную атаку, тот победил. И первым успел сангхейли, резко сменив направление удара и вместо руки отрубая половину лезвия клинка. Ведьма резко оказалась в неудобном положении, так как уже не доставала ударами. Она попыталась отбросить воина сферой, но тот принял её на меч, который выбило из рук, и прыгнул на ведьму, игнорируя боль, когда её обрубок лезвия вошел в грудь.
Бенезия попыталась остановить его, но сангхейли уже схватился за нее, и «бросок» ударил по обоим, бросая их в сторону атакующих. Крутанувшись Тел’Вадам перевернулся в полете, тормозя своей соперницей, и едва та ударилась о бетон, одним движением свернул той шею.
Бой вокруг продолжился, но воин в золотом, превозмогая боль, поднялся. Клинок намертво застрял в груди и в броне. Там, где у людей сердце, но не у него. Тяжело дыша, Тел’Вадам произнес.
— Хороший бой, ведьма. Но твоя ересь предопределила твою судьбу. Твоё тело будет брошено под ноги Пророкам. Ибо таково моё покаяние. Ибо такова судьба всех еретиков. Такова истина.
Битва была завершена, покаяние закончено. Омега обрела истинную веру. Теперь нужно её защитить, но это уже чужая битва. Сангхейли в золотом вернется к своим обязанностям как победитель, а эту помойку будет охранять кто-то еще.
 27. Омега — это начало 
Лиара Т’Сони.
Джокер ввалился в кают-компанию «Серого Трона» с обеспокоенным видом. Ну как ввалился, аккуратно вошел. Мама сделала Джеффу легкий экзоскелет под одежду, чтобы он мог чувствовать себя безопаснее. Пилот через камеры может следить за многими помещениями, хотя раньше Джокер лично так часто сюда не бегал. Видимо, засиделся на мостике, ну или волнуется.
Возможно, его заинтересовал вид меня, сидящей за столом и медитирующей на закрытую бутылку из запасов Посредника. Пилот посмотрел на меня, на бутылку, снова на меня и спросил:
— Что случилось Лиара? И не говори, что ничего, когда всё нормально, девы азари не сидят с бутылкой кроганского ринкола. Неразбавленного!
Я отмахнулась. Все таки волнуется. А, ну да, он же не знает.
— Я не пила, Джефф. Отстань. Ты все равно ничем не поможешь.
Тот, насколько смог быстро с его болезнью, подошел и сел рядом. Все же осторожничает, несмотря на экзоскелет.
— Значит, с тем, что у тебя всё плохо, ты согласна?
Ну вот же. И не отстанет. Тем более, что сидящая неподалеку десантница слушает. Ну, они бы узнали рано или поздно. Еще один источник моих проблем, так как это десантницы не мои, а Бенезии. Но, ладно. Я вздохнула и произнесла:
— Маму убил ковенант. Её тело показали по общей сети Омеги как доказательство, что станция под их контролем и все «еретики» убиты. Можете верить в единственно правильную веру и почитать единственно правильных пророков. Так что и её, и наемников, и десантниц, показали крупным планом, Джалим. Можешь посмотреть, опознать. Вот и всё, Джефф. Доволен? — вот бы он сейчас свалил куда-нибудь.