В тишине космоса нам не рады (СИ)

Пилот от этого заявления сделал шаг назад.
Все разговоры пришлось отложить до момента, когда контейнер был установлен в тестовой зоне. Что и произошло еще через два часа, когда «пеликан» с явно выдохнувшим пилотом улетел.
— Сработало? — спросил Джейкоб, манипуляторами извлекая из ящика брусок материала. При том, что он должен весить пять килограмм, он весит одиннадцать, — сам факт того, что мы смогли воспринять нулевой элемент в чистом пространстве скольжения, это потрясающе! Моя теория была верна, аномальные свойства материала — следствие его многомерности! Да, мы не можем видеть более трех измерений, но они есть!
Одержимая улыбнулась.
— Ну, теперь это уже не совсем теория, раз мы её доказали.
Мужчина широко улыбнулся.
— Не прибедняйтесь, Дана. Ваша идея превратить старый корабль с двигателем скольжения в лабораторию по взаимодействию с одиннадцатимерным пространством и обнаруженные закономерности дали нашему проекту ничуть не меньше. Говоря простым языком, вы сделали микроскоп, а уже я начал класть под него всё подряд, рассматривая, что получится.
Просто использовала наработки собственного прошлого командования. Хотя успех приятен, не спорю. Создание аномальных по нынешним меркам материалов было доступно и Предтечам, и людям прошлого. Я просто подсказала как, дала условную удочку. Тем более, что по мере замены кораблей на более новые часть из их можно переоборудовать, для лаборатории скорость корабля значение не имеет, нужна только возможность входить в пространство скольжения.
Тем временем образец был извлечен. И температура в помещении резко начала падать, а манипулятор — покрываться инеем. Джейкоб улыбнулся. Датчики температуры так же пошли вниз очень быстро.
— Как интересно. Образец, прореагировав в пространстве скольжения, теперь поглощает тепло из окружающего четырехмерного пространства. Я ожидал, что со временем процесс остановится, но похоже это не следствие реакции, а новое состояние вещества. Оно извлекает энергию для существования из окружающего мира и постоянно охлаждает материю вокруг до абсолютного нуля.
Взвыла система предупреждения, когда помещение с образцом охладилось до минус пятидесяти, дверь блокировалась, чтобы никто не вошел.
— Отлично, — улыбнулась одержимая, — теперь проведем общие тесты, нужно больше информации. Я хочу знать всё.
* * *
Макс О́тто фон Шти́рлиц брел по коридорам внутренних комплексов Омеги, маскируясь под кварианца. За ним с мерным стуком по металлической решетке коридоров вышагивало двое штурмботов. Коридоры после налета коллекционеров и войны всех против всех все еще небезопасны. На станции — анархия.
Коридоры забрызганы засохшей, подгнившей кровью, из технического тоннеля тянет гнилью. Гнилым мясом, если точно. Ремонтом и уборкой после боев никто не занимается, так что станция выглядит даже более засранной, чем обычно. Хотите работать? Идете на верхние уровни, к ковенанту, там лучше и чище. Как вы будете выживать против всего того добра, что бегает по нижним уровням, волнует примерно никого.
И тут с каждым разом все опаснее. Культ модификантов, которые обещают избавление от боли и лишений, голодные ворка. Еще есть твари, которых Кхаэла назвала ягами, дикие звери, которые носятся по тоннелям, убивают, жрут и насилуют. Банды. Процветающий каннибализм, при том, что снабжение станции прекратилось. Хаос и смерть.
Редкие грибные фермы защищают ценой своей жизни, так как ковенант не выпускает никого со станции. Попытки формирования крупных сил и банд пресекаются дреллами.
Они появились на станции не так давно. Нет точной информации, сколько. Просто лидеров крупных банд убивают зеленые рептильные личности. Они в этом неприлично хороши.
Ступающий по решетке пола Макс остановился. Что-то не так? Да вроде ничего, просто показалось, словно ступающих ног стало немного больше, мерных стуков стало не три, а четыре. Посмотрев назад, «кварианец» никого не увидел. Как и впереди. Под ногами…
В этот момент блок решетки, на которой стоял агент, упал вниз, заставляя мужчину потерять равновесие. Чертовы кварианцы с их ходьбой на носках! Агент сгруппировался, но все равно упал на спину. Тут же пришлось принимать на наруч костюма удар ножа существа, покрытого зеленой чешуей и пустыми рептильными глазами. Дрелл. Кинжал рассек руку и застрял в ней, вызывая вспышку боли.
  
Нападавший, увидев, что только ранил цель, сделал шаг назад, выхватывая пистолет. Внезапно он замер, когда через его череп сверху вниз прошел металлический штырь. Агенту понадобились доли секунды, чтобы узнать конечность робота. Если бы он применил излучатель, погибли бы все, но робот с силой всадил одну из своих ног, чтобы раздвинуть решетку и нанести удар. И проломил череп нападавшему.
— Спасибо, железка, — усмехнулся агент, — нам следует вернуться. И остановить кровь, — он поднял здоровой рукой нож и передал роботу, — острые ножички у этого парня. Похоже, мы привлекли внимание.
Штурмовой робот не ответил, но пошел впереди мужчины. В наушнике раздался голос напарника.
— Прости, Макс, я его не заметил. Гад двигался так, чтобы не попадать на камеры в коридоре.
Зажимая руку, на которую робот накладывал жгут (оказывается, они это умеют, а не только окружающих плавить и резать), мужчина ответил.
— Виктор, не парься. Если бы эти уроды не были так хороши, их бы не использовали. Если бы не мой железный друг, мы бы не разговаривали. Ты же ничего не видел?
— Нет, — ответил оператор, — когда платформа провалилась, ты пропал из кадра. Я ничего не увидел.
Хитрые сволочи. А чтобы понять, кто убил, пришлось бы идти лично. Тааааааак.
— Заблокируй отсек, мы сами войдем.
— Блокировка начала. Готово, — отчитался напарник, — думаешь, нас нашли?
Мужчина пожал плечами, двигаясь по коридору в сторону базы.
— А шут их знает. Обратили внимание точно. Что мы вообще знаем об этих дреллах? Вик?
Оператор сделал запрос.
— Интересные ребята. Обитатели пустынной планеты Рахана, которую успешно загадили до разрушения экосистемы, спасены ханарами от полного вымирания. Живут на планете Кахье, применяются ханарами в качестве агентов и убийц.
— А ханары явно договариваются с ковенантом… — задумчиво произнес агент, — у нас проблемы. Эти поганцы хороши.
— Хотя и излишне стремятся к ближнему бою, — заметил оператор.
— Нет, он все сделал правильно, — возразил Макс, разглядывая руку, — роботы бы отреагировали на выстрел, жгли бы по площади. Удар в сердце ножом не вызвал бы ненужной реакции и у убийцы было бы время сбежать. Хороши, как я и сказал.
Спустя еще несколько шагов мужчина услышал топот. Из бокового коридора выбежало четверо саларианцев и яг, направляя на раненого оружие.
— Стоять, приказ Цитадели. Ты арестован.
О, класс. Учитывая роботов, это неудивительно, конечно. Но все же.
— У меня ранение, рана, нужны антибиотики, инфекция… — сбивчивым тоном, подражая кварианцу произнес агент.
Яг все это время отстраненно пялился в пространство, словно тут никого и не было. Не похоже это на боевого маньяка, рвущего брутов один на один в рукопашную. Он словно укурен до полной потери мировосприятия. И это напрягает.
— Вам окажут медицинскую помощь на месте. Отключите роботов и пройдите с нами. Немедленно.
Агент, имитируя дрожь кивнул, произнося по внутреннему динамику.
— Уничтожить.
Роботы синхронно выпустили голубые лучи в саларианцев, ярко освещая полумрак покрытого засохшей кровью коридора. Их лидер успел скомандовать:
— Огонь!
Прежде чем лучи раскалили их броню, а затем те рассыпались горящими хлопьями. Счетчик Гейгера, который с некоторых пор носит с собой агент, тут же отреагировал на применение дезинтегратора. Как и яг, резко бросившийся в нашу сторону. Молча, большими прыжками. Учитывая, что эта туша как два крогана, мы имеем примерно полтонны яга, который что-то от вас хочет. Ну нахрен такие развлечения, про этих ребят нехорошие слухи ходят. Что они как наркоманы.