Спасите меня, Кацураги-сан! Том 5 (СИ)

Помнится, я даже знал одного целителя с таким расстройством. Он спокойно работал, лечил людей, сам носил белый халат и находился в обществе таких же целителей.
Но стоило ему снять этот халат и обратиться за помощью к кому-то… Давление снимали всем отделением. Да уж, бывает и такое.
Я вернулся к осмотру суставов и подметил, что кроме общего повышения температуры тела, сами суставы тоже очень горячие. Можно было бы предположить, что у Сакамото Генджиро ревматоидный артрит, но в таком случае я бы точно ошибся.
Не стоит игнорировать шишки над его кожей. Я уже изучил их с помощью анализа и теперь точно знал, что передо мной…
— Тофусы, — объяснил я больному. — То, что вы называете натоптышами, на самом деле — тофусы. Отложения мочевой кислоты.
— Точно не натоптыши? — нахмурился Сакамото.
— У вас они даже на ушах есть, Сакамото-сан, — усмехнулся я. — Если на ушах вы не ходите, то это точно тофусы.
— А что это ещё за дрянь такая? Откуда у меня моча в коже? — удивился он.
— Не моча, а мочевая кислота, — пояснил я. — У вас развилось нарушение обмена веществ.
Я внимательно осмотрел содержимое его суставов и тофусы с помощью тканевого или, если выражаться на медицинском языке, «гистологического анализа». Кристаллы мочевой кислоты в суставах и под кожей.
— Ваша болезнь называется подагрой. Подагрический артрит, — объяснил я. — Нарушение обмена определённых веществ в вашем организме привело к тому, что эта кислота начала откладываться в суставах и под кожей, вызывая воспалительный процесс.
Странно только, что этот артрит беспокоит Сакамото Генджиро настолько сильно. Обычно обострение проходит достаточно быстро в течение семи-десяти дней.
Я пробежался взглядом по его организму ещё раз и «анализ» быстро выявил нарушение работы почек. Одна из почек была сморщена, а главный сосуд — почечная артерия стенозирован — пережат. Слева этой проблемы почти не было, а вот справа картина сморщенной почки была очень яркой.
И давление у Сакамото Генджиро, что бы он там ни говорил про боязнь врачей, было слишком высоким. Вот и объяснение — почему подагра начала проявлять себя так активно. Пострадавшая из-за нарушения кровообращения почка перестала участвовать в обмене мочевой кислоты, и теперь это вещество ещё более активно откладывается в суставах.
И трудно сказать, как давно этот патологический процесс беспокоит Сакамото Генджиро. Возможно, что ему уже десятки лет. И всё это время мужчина находится без лечения.
— Я бы крайне порекомендовал вам госпитализироваться, Сакамото-сан, — подытожил я. — Вам нужно лечить суставы у ревматолога и проверить почки, после чего пообщаться с нефрологом. Вторичная гиперурикемия — увеличение мочевой кислоты из-за нарушения работы почек.
— Я никак не могу лечь, Кацураги-сан, — замотал головой он. — В Камагасаки меня прикончат. А в Осаку ехать слишком далеко. Даже если бы я захотел госпитализироваться, но меня никто бы не смог довезти дотуда.
— А если я уберу болевой синдром и помогу вам подняться? — спросил я. — Вы сможете добраться до больницы Осаки на своей машине?
— Если такое случится, я туда и пешком готов побежать, — усмехнулся он. — Только, уж простите, Кацураги-сан, но даже вам я всё равно не верю. Я знаю, как это обычно бывает. Вы дадите мне таблетки, скажете пить их месяц или два, а сами уедете. Мне легче не станет, и всё начнётся с самого начала.
— Решили взять меня на слабо, Сакамото-сан? — усмехнулся я. — Ладно. Тогда давайте с вами поспорим. Завтра утром вам станет лучше. И если я окажусь прав — вы встанете с кровати и поедете в больницу Осаки. Пойдут вам такие условия?
— По рукам, — кивнул Сакамото Генджиро.
Я сел за столик напротив мужчины и расписал перечень препаратов, которые ему нужно будет принимать в дальнейшем. Самостоятельно их купить он не сможет, поскольку необходим рецепт. Но если он покажет мои записи другому врачу, шанс того, что мужчине выставят правильный диагноз и окажут квалифицированную помощь, куда выше.
Несколько препаратов для почек, аллопуринол для снижения уровня мочевой кислоты, мочегонные препараты, и хорошие противовоспалительные.
 
Перечень вышел приличный. Но в ближайшие несколько дней он Сакамото Генджиро не понадобится. Поскольку я собираюсь поработать над его суставами своей целительской магией.
Я достал из сумки противовоспалительное в ампуле и попросил Сакамото Генджиро повернуться ко мне ягодицей.
— Я сделаю один укол, Сакамото-сан, — сказал я. — И завтра вам станет лучше. Только обещайте, что сдержите своё слово. Не станете и дальше рассиживаться дома, когда суставы отпустит.
— Обещаю-обещаю, Кацураги-сан, — закивал он. — Колите!
Я ввёл иглу, но эта внутримышечная инъекция была лишь отвлечением внимания. Мне захотелось испытать новый уровень целительской магии. Жизненной энергии во мне стало куда больше после посещения горы Фудзи. И я почувствовал эффект сразу же, как только направил свои силы на суставы Сакамото Генджиро.
Волна жизненной энергии пролетела по всем конечностям мужчины. Судя по данным «анализа», воспалительный процесс сразу сошёл на «нет». А кристаллы мочевой кислоты начали растворяться, освобождая полость сустава от повреждающих факторов.
— Странно, мне кажется, будто укол уже мне помогает… — удивился Сакамото Генджиро. — Что вы мне ввели, Кацураги-сан?
— Обычное противовоспалительное, Сакамото-сан, не беспокойтесь, — улыбнулся я. — Это просто самовнушение. Сейчас вам нужно обязательно лечь спать. Завтра утром оцените результат.
— Хорошо, уговорили, — шутливо махнул рукой Сакамото и забрался под простыню.
Каково же было его удивление, когда проскользившая по суставам простынь не вызвала резкой вспышки боли. Гиперчувствительность на поверхности суставов уже исчезла.
Неплохо же у меня поднялся уровень целительской силы! До былых способностей очень далеко. Рассасывание кристаллов и снятие воспаления отобрало у меня почти весь запас. Но это уже куда лучше, чем манипулировать элементарными процессами в организме. Теперь я могу полноценно воздействовать на патологические механизмы.
— Нет, Кацураги-сан, — усмехнулся Сакамото Генджиро. — И всё же вы что-то во мне поменяли. От прикосновения с простынкой мне больше не хочется на стенку лезть.
— Отдыхайте, Сакамото-сан, — поклонился я своему неофициальному пациенту и направился к выходу из его комнаты. — До встречи.
Когда я вошёл на кухню, Рин и Хитсуко одновременно вскочили из-за стола.
— Ну что там? — хором спросили женщины.
— Да не переживайте вы так, — успокоил я их. — Подагрический артрит на фоне нефропатии сосудистого генеза.
— Э-э-э… — протянула Сакамото Хитсуко. — А как это будет по-японски, Кацураги-сан?
— Почки и суставы у него больные, — объяснил я. — Укол я ему сделал. Завтра сам встанет и поедет в Осаку. Если не поедет — гоните его метлой. Ему обязательно нужно обратиться к хорошим специалистам. В Осаке неплохая больница, там ему помогут. Полежит две-три недели, получит рецептов на год вперёд и дальше будет чувствовать себя прекрасно.
— А он… Точно доедет? — испугалась Сакамото Хитсуко. — Может, лучше…
— Не переживайте, — уверил её я. — Суставы к утру придут в порядок. А ему это нужно. Ваш муж не сильно-то хочет, чтобы с ним кто-то нянчился. Поверьте, если он самостоятельно доедет и лично обратится к врачу, то шанс на его выздоровления будет в разы выше.
Так он убедит свой мозг, что это — важно. А если Сакамото Генджиро увезут на скорой или помогут добраться соседи, мужчина будет уверен, что это нужно всем им, но не ему. Знаю я такой тип пациентов. К ним тоже нужен особый подход. Как, в общем-то, ко всем людям.
Я выпил приготовленный Сакамото Хитсуко чай. Больше из вежливости. Время уже было позднее, а мне хотелось поскорее добраться до родителей. Всё-таки завтра уже отправляться обратно. Даже суток не получиться с ними повидаться. Нужно будет предложить им приехать в Токио погостить. С моей работой куда-то вырваться на длительный срок невозможно.