Спасите меня, Кацураги-сан! Том 5 (СИ)

— То есть, вы полагаете, Кацураги-сан, что этот свиток или гора Фудзи тоже могут повлиять на Сакамото Рин таким образом? — понял мою мысль Кикуока Горо. — Здесь я могу сказать вам лишь одно, Кацураги-сан. Пока не попробуете — не узнаете.
— А я намерен попробовать, — заключил я. — На данный момент Сакамото-сан — это одна из немногих людей, кому я действительно никак не могу помочь. Я намерен это исправить.
После разговора с Кикуокой Горо, я поехал домой. К концу подходил четверг, а значит, вопрос с поездкой к горе Фудзи нужно было решать уже сейчас. Придётся придумать логичное оправдание для Рин, с какой стати я вообще намерен тащить её на Фудзияму. Хотя… Один вариант у меня на уме всё-таки есть.
На часах было девять вечера. Поздновато для звонков, но думаю, что спать она ещё не легла.
Я набрал номер Сакамото Рин, девушка ответила очень быстро. Будто ждала, что я позвоню. Странный сегодня день, все заранее знают о моём появлении или звонке.
— Кацураги-сан, что-то случилось? — напряглась она.
— Добрый вечер, Рин-тян, — позволив себе более свободное обращение, поприветствовал девушку я. — Ничего не случилось. Я тебя не отвлёк?
— А… — замялась она, явно забыв о том, что нам уже доводилось общаться на «ты». — Нет, не отвлёк, Тендо-кун. Хотя в последнее время спать я ложусь достаточно рано из-за тех успокоительных, которые ты мне назначил. Напомни, пожалуйста, сколько мне ещё нужно их пить?
— Рин-тян, думаю, совсем немного, — перешёл к делу я. — Вообще-то, я звоню как раз для того, чтобы обсудить планы на ближайшие выходные. Помнишь, не так давно мы с тобой договаривались, что обязательно съездим в Осаку вместе? Я повидаюсь с родителями и заодно посмотрю твоего отца. Ты говорила, что он плохо себя чувствует.
— Да, Тендо-кун, чувствует он себя неважно, — ответил Рин. Её голос заметно оживился. — Я думала, что ты меня уже и не позовёшь! Ты правда сможешь поехать в эти выходные?
— Да, но звоню пораньше, потому что во всём этом путешествие будет одно большое «но», — заявил я. — Я провожу одно медицинское исследование для своей научной работы. И в мои планы входило посетить ещё одно место по пути в Осаку.
— Если ты намекаешь, что хочешь взять меня туда с собой, то… — пробормотала Рин.
— Нет, я говорю тебе прямо, — перебил её я. — Пойдём со мной на гору Фудзи.
По ту сторону линии послышался гулкий звук, и связь резко пропала.
Она что, бросила трубку?
Через пару секунду мой телефон вновь зазвонил.
— Тендо-кун, прости, пожалуйста, я от неожиданности телефон уронила, — протараторила она. — Просто… На гору Фудзи? Это так странно!
— Я собираюсь подняться на самую вершину, — сказал я. — А после уже рвануть в Осаку — к родителям. Мы могли бы с тобой встретиться и после того, как я спущусь с горы, но я полагаю, что тебе это предложение может показаться интересным.
— Нет! Я согласна, — воскликнула Сакамото Рин. — Звучит захватывающе. Я ведь никогда не была у Фудзи. Даже издалека не видела, не говоря уже о том, чтобы на неё подниматься. Я даже не интересовалась, сколько времени это занимает.
Благо я прямо перед тем, как позвонить Рин, ознакомился со всей необходимой для подъёма на Фудзи, информацией.
— От четырёх до восьми часов, — ответил я. — Сейчас не сезон, поэтому сильных столпотворений других туристов там точно не будет. Возможно, будем подниматься вдвоём. Хотя я ещё на месте разберусь, стоит ли нам нанять человека, который поможет с подъёмом.
— Договорились! — ответила Рин. — Тогда… Во сколько туда отправимся?
— Завтра, сразу же после работы. Поэтому захвати с собой всё необходимое. Маршрут я построю сам.
— Поняла, Тендо-кун, спасибо за приглашение! — воскликнула Рин. — Я хоть и не ожидала такого, но очень рада, что ты меня позвал.
— Это будет интересный опыт для нас обоих, Рин-тян, — улыбнулся я. — Спокойной ночи.
Я положил трубку и шумно вздохнул. Для неё это простое развлечение, необычный способ провести досуг. А вот меня в первую очередь беспокоит её здоровье. Я даже на выходных занимаюсь работой, вместо того, чтобы дать себе отдых.
 
Перед пятницей решил хорошо выспаться, поскольку моё возвращение в служебную квартиру теперь состоится только в воскресенье вечером.
Я поднялся на час раньше, чем обычно, и собрал всё, что может пригодиться для подъёма на гору. Оставалось только надеяться, что очередной рабочий день не окажется слишком уж перегруженным непредвиденными обстоятельствами, которые и без того постоянно меня преследуют.
И к счастью, почти весь приём у меня оказался забит повторными пациентами. Теми, кого я наблюдаю уже достаточно давно. Всё, что от меня требовалось — проверять динамику их состояния по анализам и корректировать дозировки препаратов.
И в таком темпе приём шёл практически до самого конца, пока не появился один из сотрудников отдела «айти». Я уже видел его ранее, когда мы проверяли весь этаж на наличие признаков кори.
Стоило ему войти в мой кабинет, и я почувствовал, что с пациентом что-то не так. Он был красный, как варёный рак. Я видел бледных японцев, видел смуглых японцев, но краснокожих граждан страны восходящего солнца ещё не встречал ни разу.
Пациент прижимал к животу большую сумку, в которой, судя по всему, находился ноутбук. В целом мужчина выглядел очень испуганным, отчего я даже потерялся в догадках, с каким вопросом он мог ко мне прийти.
— Добрый день, — первым начал я. — Вы Фуридзуси Ёхио?
— Д-да, Кацураги-сан, — с трудом выдавил из себя он.
— Фуридзуси-сан, присаживайтесь, пожалуйста, не стесняйтесь, — предложил я. — Не стойте у двери.
— Я не стесняюсь! — замотал головой он и ещё сильнее прижал сумку к животу.
Вот уж действительно странный парень. На диспансеризации он мне таким не показался.
Фуридзуси Ёхио расположился напротив меня, но сумку со своих колен так и не убрал.
— Фуридзуси-сан, — улыбнулся я. — Вы можете положить сумку на пол или на кушетку. Как вам удобно.
— Н-нет, — замотал головой он. — Я её лучше в руках подержу.
Кажется, перспектива выпустить из рук свою сумку его не на шутку напугала.
— Ладно, — пожал плечами я. — Тогда рассказывайте, что вас беспокоит?
— Э… — он покосился на Огаву Хану.
Медсестра, как всегда, развесив уши, внимательно слушала мой разговор с пациентом.
— Кацураги-сан, честно говоря, я не могу рассказать вам это при вашей коллеге, — заявил он.
Мне уже надоело каждый раз выгонять Огаву из своего кабинета. Одно дело, просить её выйти, когда со мной хочет поговорить кто-то из врачей, и совсем другое дело — делать это по прихоти пациента.
— Фуридзуси-сан, поймите меня правильно. Огава-сан — тоже медицинский работник, как и я. Её не нужно стесняться. Никакая информация из этого кабинета не выходит. Более того, ни я, ни моя медсестра вас ни за что не осудят.
— Ох… — вздохнул он. — Ладно, вы правы, Кацураги-сан. В общем, у меня начались проблемы с сексуальным влечением.
— Снизилось либидо? — уточнил я.
— Да, — кивнул он. — Раньше всё было не так. А теперь я… В общем, я не могу объяснить жене, что со мной происходит. Понимаю, что вы терапевт, а не андролог, но к вам был свободный номерок и меня записали, так что…
Фуридзуси Ёхио начал оправдываться, как провинившийся школьник.
— Фуридзуси-сан, успокойтесь, — велел я. — Ничего страшного не происходит. Вы можете поговорить об этом со мной.
Странно, что сотрудника отдела «айти» записали ко мне. Этими этажами занимается Такеда Дзюнпей. Видимо, его так нагрузила стажировка Акихибэ Акико, что он убедил регистратуру закрыть себе несколько талонов.
— Ладно, — вздохнул мужчина. — Несколько месяцев назад у меня начало снижаться либидо. Но это — не главная проблема, которая меня сейчас беспокоит.
— А какая главная? — поинтересовался я.
Фуридзуси Ёхио шумно выдохнул и убрал с колен свою сумку. И только тогда до меня дошло, зачем он так тщательно прижимал её к своему животу. К счастью, Огаве Хане не было видно этого из-за своего компьютера.