Заложница Демона (СИ)

Сканирую исподлобья посиневшего от напряжения Арчибальдова. Кажется, он не ожидал подобного поворота событий. Испугался. Занервничал.
Что ж, придётся использовать козырь. Хоть я и обещал Элеоноре Васильевне оградить её сына от родного отца, не рассказав тайну её молодости. Но я не могу больше молчать.
Судьба Авроры и моего сына тревожит меня гораздо больше гнева покойницы.
В конце концов, я и так ждал слишком долго.
— Кит? Зайди в кабинет. Пора раскрыть карты…
Глава 43
Демон
*****
Ухмыляюсь, глядя на поверженного Арчибальдова.
Старик приподнялся в кресле, вперившись ледяным взглядом в нерешительно топчущегося у двери Кита. Вижу, как задрожал кончик его носа, а костяшки пальцев побелели, вцепившись в подлокотники кресла.
Прямо сейчас он перестал быть таким всесильным и влиятельным, каким его знали все, кто хоть однажды встречался с господином Арчибальдовым. Сейчас, после этой сокрушительной фразы, которая произвела в моём кабинете эффект разорвавшейся бомбы, передо мной предстал совершенно другой Арчибальдов.
Обычный утомлённый жизнью мужик. Плешивый. Сморщенный.
Простой пенсионер из Российской глубинки.
И если бы не этот шикарный костюм от Дольче, который в одночасье стал как будто велик ему, в этом старике бы никогда не признали всесильного криминального авторитета.
Интересно…
Поджимаю губы, понимая, что у этих двух есть что-то общее во внешности. Во взгляде. Что-то дьявольски — цепляющее, заставляющее перевести дух. Отдышаться. Замереть хоть на мгновение.
— Проходи.
Вальяжно киваю подбородком в сторону пустого кресла и расплываюсь в мягкой улыбке. Кажется, этот престарелый маразматик, наконец-то, дрогнул. От былой напыщенности не осталось ни следа, а по серой дряблой шее пошли багровые пятна.
Разнервничался.
Неужели увидел что-то общее? А может, его цепанула та же ямочка на щеке у парнишки, что и у бывшей любовницы? Такая же мягкая, едва различимая, но очень пикантная.
Понял ли он о чём я толкую?
И кто мог родить от него этого пацана лет шестнадцать назад?
Уверен, что у Арчибальдова было полно баб. Вряд ли он был кому-то и когда-нибудь верен. Но с этой женщиной его связывали самые жаркие отношения. Она затмила всех бабочек-однодневок в его чёрством сердце и пошла против его воли.
Я знаю это.
— Кто это?
— Твой сын, Арчи. Самый настоящий.
— Брешешь…
— Смотри сам.
Ухмыльнулся, достав из ящика стола заключение экспертизы. Да-да, услугами клиники Марка Аркадьевича по установлению отцовства я уже пользовался неоднократно. И, каждый раз — успешно. Всё-таки этот чёрт в белом халате делает свою работу очень хорошо. Быстро и точно. Без лишней пыли и с улыбкой на лице. В особенности, когда получает из моих рук нехилое вознаграждение за своё молчание.
Четыре года назад пришлось делать анализ на отцовство Арчибальдова, взяв украдкой несколько его образцов.
С фужера коньяка, с затушенной сигареты, с расчёски…
И, как оказалось, успешно. Отцовство было доказано.
На все 99.99%
С тех пор я решил скрывать Кита, поселив в своём особняке. Повиноваться решению его матери. Согласился взять над ним шефство.
Хоть мне это было и нелегко.
Не знаю, почему перед смертью Элеонора Васильевна решила довериться именно мне. Может быть, она знала, что Арчи дорожит мной, как сыном, а может, видела во мне хорошие черты. Но она попросила позаботиться о Никите.
И я исполнил её волю. Перевёз двенадцатилетнего пацана в свой дом, поручая ему мелкие делишки. Ничего криминального. Так — больше роль принеси-подай. Понимая, что однажды он может мне пригодиться.
И вот, этот день настал.
— Как зовут твою мать?
Прохрипел, слегка склонив голову на бок.
Стал похож на огромного чёрного ворона, присматривающегося к незнакомому пареньку.
Ага, всё-таки до него дошло, о чём я говорю.
— Элеонора Васильевна Кутергина.
— Элеонора… И какого чёрта ты здесь оказался?
— Мама скончалась четыре года назад. Сказала, что Дмитрий Алексеевич — мой дядя. И я переехал жить к нему.
Посерел ещё больше. Слился по цвету кожи с цветом моих обоев. Закусил нижнюю губу, которая затряслась как в центрифуге.
 
— Она умерла? Эля… Но она была совсем молодой… Гораздо моложе меня… Как же это?
Выдохнул, покрывшись испариной. Окинул каким-то дрожащим взглядом Кита. Протянул трясущуюся руку.
— Можно, я тебя потрогаю?
Парнишка сделал неловкий шаг. Споткнулся. Задрожал под натиском взгляда Арчибальдова.
Я выдохнул ртом раскалённый воздух. Склонил голову на бок. Ох, зря Элеонора Васильевна волновалась за реакцию Ивана Ивановича. Он, кажется, растрогался…
Проняло старика…
— Что, Арчи, не ожидал?
Смерил собеседника ехидной улыбкой.
Тот поднял на меня свои блеклые глаза. Захрипел.
— Эля была беременна, я знал об этом. Но я велел ей сделать аборт. Дал денег. А потом разорвал с ней отношения, чтобы никто не смог сделать мне больно. Не узнал о моей ахиллесовой пяте. Постарался забыть, ты понимаешь?
Сглотнул слюну.
— Она, получается, ослушалась. Родила, и ничего мне не сказала. Скрывала сына!
Вижу, как отшатнулся от гостя Кит. Нахмурился, открыв бледные губы. Окинул предполагаемого отца недоверчивым взглядом.
И я его понимаю.
Нелегко принять то, что твой настоящий отец — известная в криминальных кругах личность. Опасный тиран, у которого руки по локоть в крови.
Но я уж тут совершенно ни при чём.
— Я никогда тебя не видел здесь…
— Дмитрий Алексеевич не велел мне выходить из комнаты, когда вы приезжали…
— А учёба?
Вытаращился на меня, сцепив зубы.
Я непринуждённо пожал плечами.
— Кит обучается в Англии. Дистанционно. Всё схвачено, Арчи. Я дал твоему сыну всё самое лучшее.
Побарабанил пальцами по столу, пригубив коньяк.
Прищурился.
Да, если как следует посмотреть на Кита и Арчибальдова — можно найти общие черты лица. Излишняя бледность, блеклые глаза, острый нос. Но от матери мальчишке достался хороший неконфликтный характер. Ему, к счастью, не перепала кровожадность сумасбродного отца, который больше всего на свете боялся быть уязвимым.
И, как оказалось, не зря.
— Что скажешь, Арчи? Приятно иметь сына?
— Я не знаю…
— Ладно, мне всё равно. Можешь сделать хоть сотню ДНК — экспертиз, Элеонора Васильевна не лгала. Кит — твой наследник. Хорошо, что он оказался намного спокойнее и порядочнее тебя. Ты даже можешь гордиться таким сыном. Его мать воспитала достойного человека. А я лишь помог.
— Какого чёрта ты не сказал мне раньше?
— Кутергина не хотела, чтобы ты смог повлиять на мальчика. Но она тебя очень любила. До самой смерти.
Выдохнул, и я заметил, как задрожал его подбородок. Затрясся мелкой-мелкой дрожью.
— Поехали.
Прохрипел, вставая с кресла.
— Куда?
— Забирай Лозинскую и своего сына. Не нужны они мне.
В моей душе поднялся обжигающий фонтан волнительного напряжения. Разошёлся приятной волной по телу, рассыпаясь на миллионы частиц. Выдохнул.
В принципе, только ради Авроры я и решился открыть эту тайну, о сокрытии которой меня просила Элеонора Васильевна на смертном одре.
Так что своего я добился.
Пусть и таким способом. Всё равно.
— Едем.
Глава 44
Аврора
*****
— Не спишь, цыплёночек?
Мерзкий мужик с липким взглядом с придыханием шепчет, врываясь в спальню. Оглядывается так, будто за ним гонится стая голодных волков. Ощупывает мерзким взглядом мои стройные ножки.
— Где мой… жених?
Голос противно срывается на последнем слове, и я судорожно делаю вдох носом. Никак не могу привыкнуть к новому статусу Демона. И осознание этого приводит меня в замешательство. Лишает способности рассуждать трезво.
 
Мужик быстро захлопывает дверь, чуть прищурив противные, и без того узкие глаза. Вставляет ключ в замочную скважину, дважды проворачивая его в замке.