2022. Кровь Миров (СИ)

Так надо.
Кто, если не мы?
Шашка в моей руке. Но, что толку, что я считаюсь чуть ли не лучшим клинком фронта? Как мне это сейчас поможет, когда до австрияк ещё сотни метров?
Конная лава с ржанием лошадей, дикими выкриками горцев, сверканием шашек и пик, неслась на укреплённые позиции противника. Дым, запах собственного и лошадиного пота, лязг металла, хрипы и стоны новых раненных, падают лошади или седоки с них. Рвутся вокруг взрывы, свистят пули, крики боевого азарта и проклятий.
  
Космодесантники шли в атаку. Вертолёты остались где-то там, а мы здесь. Нет ничего быстрее верного коня.
Я скачу одним из первых, не давая дрогнуть, усомниться, увлекая за собой своих бойцов. Я их вождь, я их командир. Царственный брат Николай запрещал мне лично ходить в атаку. Грозил всеми карами. Обещал отстранить меня от фронта, требовал покорности Царской воле, готовили приказ о моём «повышении» в командиры корпуса, а то и в генерал-инспекторы кавалерии всей Русской Императорской Армии, подальше от фронта, в тыл, поближе к чванливым придворным тыловым крысам.
Шашка сверкает в руках. Позиции австрияк уже близко. Пули кажутся уже видимыми, настолько их много, настолько они горячи. Воздух становится плотным от их свистящего количества.
Чёрная стена земли и пламени, я лечу с коня на землю… Тьма… …
…
Рис. Император-Кесарь Михаил Александрович.
…Резко сажусь на постели. Испарина и тяжёлое дыхание.
— Любимый, что случилось? Опять кошмар приснился?
Маргарита прижалась к моему плечу и поцеловала в шею. Успокаивающий любящий шепот:
— Успокойся. Может тебе всё же доктору показаться? Твои кошмары всё чаще. — Императрица вздохнула. — Тебе нужно отпустить то твоё прошлое время. Того времени больше нет. Ты не там, ты здесь. Твой 1917-й, и всё что раньше, осталось ТАМ, за поворотом Реки Времени. Отпусти это всё. Этого больше нет в твоей жизни. Миша, ты здесь. На улице 2022 год от Рождества Христова. Это параллельный мир и твоя прошлая реальность осталась там, за Гранью Вселенных. Ты здесь, со мной, и я тебя люблю, попаданец ты мой. Так что…
Тру глаза.
Спрашиваю:
— Чего не спишь?
— Не знаю. Не спится. Тревожно как-то на душе. Долго сидела вечером в Хранилище. Даже планшет там забыла. Нужно слетать забрать. Есть запасной, но не хочу оставлять в Хранилище Тайн ещё одну.
Рис. Императрица-Августа Маргарита I Борисовна.
Браслет на руке не дал мне развить мысль, громко спросив голосом тестя по каналу Императорской связи:
— Миша, ты проснулся?
Хорошо хоть у него Браслет с ограниченным функционалом, и он нас не слышит, когда мы этого не хотим. А вот Боря наш Фёдорович слышит. В том числе и звуки наших с Марго утех. Впрочем, как и мы его слышим.
Смотрю на Марго вопросительно. Императрица-Августа пожимает обнажёнными плечами. Мол, она не в курсе, что её отцу вдруг понадобилось в такую рань.
Подношу Браслет к губам.
— Привет, пап. Что-то случилось?
— Прилетай на Остров.
— Пап, срочно? Мне на Луну лететь сегодня.
— Да хоть на Марс. Подождёт твоя Луна. Задержишь вылет с космодрома. Ты — Император Трёх Миров или кто? Я жду. Давай быстрее. Объект открыл глаза. Пришёл в себя. Лети сюда. Отбой.
Хмуро:
— Отбой.
Маргарита вздохнула и хмуро прокомментировала:
— Папке моему не спится. Помешанный на науке учёный — это худший вариант трудоголика. И сам не спит и другим не даёт. Он тебя и на Марсе достанет. И на Орфнее.
Хмыкаю.
— На астероиде он меня вряд ли достанет. Моя вотчина несётся сейчас к звёздам на третьей космической скорости.
— Ой, Светлейший Князь Орфнейский, плохо ты знаешь моего отца. А я тебя хотела ещё привлечь спинку мне потереть.
Она потянулась на постели всей своей восемнадцатилетней гибкой красотой и наготой, явно дразня.
Хмыкаю.
— Про потереть спинку, я, конечно, не против, но явно не сейчас. Распоряжусь лучше насчёт вертолёта. А то тесть и вправду вытащит меня обратно из Африки или прямо с Луны.
— Что-то серьезное?
— Не знаю пока. Объект открыл глазки.
Императрица кивнула.
— Хм… Да, я слышала Браслет. Ну, дерзай тогда. Планшет мой из кабинета забери, чтоб я не летала почём зря.
— Ага.
Государыня Великой Терры, Трёх Миров и всего Сущего сладко зевнула и прокомментировала очевидное положение вещей:
— Ладно, мне тоже пора вставать. Сегодня куча дел, совещаний и выступлений. Первое сентября. Буду сеять разумное, доброе, вечное.
Парирую:
— Дерзай. Гимназисты и лицеисты оценят твою неземную красоту и захватывающую дух фигуру, Ваше Всевеличие.
— Обязательно. Чтоб они были всячески здоровы, охламоны и бездельники.
— Кто бы говорил. Сама давно из Лицея выпустилась?
— Мой голографический портрет очень популярен.
— Многие жалеют о лишней приставке «графический». Лишь жутко драконовский «Закон об оскорблении Величия» не позволяет им разгуляться дальше своих фантазий.
— Ой, муж. Лети уж.
Вздыхаю.
— Стихами жена заговорила. Не к добру. Пора валить отсюда. Где мои вертолёты?
* * *
ИМПЕРИЯ ТРЁХ МИРОВ. ЗЕМЛЯ. ВЕЛИКАЯ ТЕРРА. РОМЕЯ. МРАМОРНОЕ МОРЕ. 1 сентября 2022 года.
Я листал планшет. Донесения. Сводки. Аналитика. Соображения. Отчёты.
Нет, не могло быть и речи о том, чтобы я успел за считанные минуты хотя бы просмотреть хоть часть поступивших на утро докладов. Так, пробегаю заголовки, делаю пометки, переношу в Избранное, для более детального изучения впоследствии. Может уже по дороге на Луну, а скорее уже там, ближе к вечеру. По Терранскому времени, разумеется. Откуда на Селене время? (шутка).
Спросите — а зачем тебе, дорогой господин хороший, секретари и прочие референты? Чего ты сам читаешь всё подряд? Так это «всё подряд» уже после их отсева. Мусор убрали и спустили по инстанциям.
В общем, только сверхсрочные новости.
Что первое и самое важное? Антарктида.
Ну, высадкой на ледяном континенте моя возлюбленная Бель меня не удивила. Всё шло к большой свалке между Террой и Южноамериканским союзом, то бишь между мной и Изабель. Любовь любовью, а державные интересы плевать хотели на наши с ней чувства друг к дружке.
Мы готовились. И они готовились. Чили — так, ерунда. Острие копья Бразилии и лично Бель. Просто повод начать вторжение.
Ещё после 3-й Тихоокеанской Великий стал собирать отказы близких к Антарктиде стран от своих прав на неё в пользу Единства. Где-то эти отказы входили в акты капитуляции, где-то, как с Францией в договора о покупке островов, а где-то, как с Аргентиной в соглашения о разграничении островных территорий и совладений… Уступив прилегающую к Гренландии часть Арктики Дании, Михаил Великий закрыл попутно и притязания на Антарктиду всего Нордического Союза. Всемирный Сенат закрепил за Террой статус опекуна Антарктиды, а неурегулированность претензий Чили после смерти Великого как-то забылась. Чили вопрос не поднимала, своих станций на Южном континенте не размещала. Ученые же остальных стран запрашивали разрешения на экспедиции в уполномоченных органах Терры. После же включения Антарктиды в состав Великотерранской империи ситуация резко изменилась. Получив от нас укорот в космосе ЮжАС не мог не попробовать взять реванш на близкой к себе территории. При этом латиноамериканцы особо и не рисковали, в бой против терранскго Голиафа они толкали своего Давида — Чили. Хоть за его спиной явно стояли кланы и власти самых мощных стран континента.